<<
>>

Глава 21 КЛАССИЧЕСКОЕ РИМСКОЕ ПРАВО

Уже в эпоху Республики, как отмечалось выше, римское пра­воведение достигло высокого развития, но лишь на протяжении двух столетий, отделяющих Северов от Августа, оно поднялось на уровень, который соответствовал задачам мировой империи со всем разнообразием и блеском представляемых ею историчес­ких традиций и правовых норм.

Никогда еще в истории человече­ства правовая мысль, призванная сгладить растущие обществен­ные противоречия и выявлявшиеся сепаратистские тенденции, равно как и конфликты между различными ветвями власти, не до­бивалась такой изощренности и классической завершенности.

Источники права. C установлением нового политического ре­жима, в котором была сведена на нет роль народных собраний и огра­ничены властные полномочия сената, а вся мощь власти сосредоточе­на в руках новой политической фигуры, принцепса, изменились ис­точники права. Законодательные функции народных собраний пере­шли к сенату, его постановления (senatus consulta), первоначально являвшиеся инструкциями выборным должностным лицам, приобре­ли характер законов. Инициатива сенатских постановлений постепен­но перешла в руки принцепса. Будучи внесены на обсуждение сената, они, как правило, утверждались и также становились законами.

Все большее и большее значение приобретали императорские указы, имевшие различные формы. Это эдикты (edicta), общие распоряжения

для всего населения империи, подобные тем, какие ранее издавали выс­шие республиканские магистраты, рескрипты (rescripta), ответы импера­торов на юридические запросы частных и должностных лиц по спор­ным, в том числе и судебным, делам, мандаты (mandata), императорские инструкции должностным лицам и наместникам провинций, декреты (decreta), императорские решения по судебным процессам, поступаю­щим к нему на рассмотрение. Эдикты и мандаты рассматривались как административные решения, утрачивавшие силу со смертью императо­ра, рескрипты и декреты считались толкованием действующих законов и поэтому не зависели от смены императоров.

Постепенно различия в ха­рактере и силе императорских распоряжений сглаживаются, и во време­на Адриана им приписывают силу «как бы закона».

Как источник права республиканской эпохи сохранили значение эдикты магистратов (претора, курульного эдила, правителя провин­ции). Как и прежде, каждый новый претор, вступая в должность, из­лагал свои правовые принципы и определял круг охраняемых госу­дарством правоотношений. Однако с общим падением роли магист­ратуры правовое творчество преторов все более и более ограничивает­ся, и преторы, так же как и эдилы, лишаются возможности вносить в свои эдикты новые правовые нормы. Им было предложено пользо­ваться постоянным эдиктом (edictum perpetuum), составленным по поручению Адриана юристом Сальвием Юлианом. Будучи утвержден сенатом, постоянный преторский эдикт приобрел характер закона.

Юриспруденция. Изменения в общественной жизни и связан­ное с этим противоречие между развивающейся жизнью и консерва­тивным законом уже в конце республики привели к созданию юриди­ческой литературы, в которой толковались писаные законы, прежде всего законы Двенадцати таблиц. Эти толкования позволяли вносить в правовую практику изменения, обусловленные потребностями мо­дернизирующегося общества. Однако республиканские юристы про­должали боготворить словесную форму древних законов или «цепля­лись за слова», как охарактеризовал эту практику Цицерон. В эпоху принципата деятельность юристов приобрела невиданный размах, и I-III вв. считаются классическим периодом римской юриспруден­ции. Консультации юристов в республиканскую эпоху носили нео­фициальный характер. Со времени Августа положение изменилось. Он предоставил некоторым наиболее опытным юристам привилегию выносить решения как бы от имени императора с обязательной для судей силой (jus respondendi). Подобным образом действовали и не­которые другие императоры, и юристы, чье мнение становилось «как бы законом», впоследствии рассматривались как создатели права (conditores juris).

Во времена Августа такими учредителями права были Марк Анти- стий Лабиен и Гней Атей Капитон.

Первый из них был выходцем из аристократического рода и приверженцем республиканских идей, второй принадлежал к муниципальной верхушке и был сторонником нового политического режима. Соответственно Лабиен не достиг выс­ших магистратур, в то время как Капитон стал консулом и великим понтификом. От них идут две юридические школы, получившие на­звание от имен двух ближайших учеников — прокулианцы и сабини- анцы.

Видимо, это были два направления в развитии римского права, первое из которых, несмотря на республиканские убеждения Лабие- на, являлось новаторским, второе же, при всей приверженности Ка­питона принципату, консервативным. Этот парадокс становится по­нятным, если вспомнить, что Август, сломавший хребет республики, действовал в обличии реставратора римской религиозно-правовой старины.

Из школы прокулианцев вышли два видных юриста, отец и сын, носившие одно и то же имя — Ювенций Цельс. Отец упоминается в числе заговорщиков против Домициана в 95 г. Сохранив жизнь, он затем был претором, дважды консулом, а в 129 г. при Адриане — чле­ном совета принцепса. Главное его сочинение — юридический сбор­ник (дословно: digesta) в тридцати девяти книгах, в которых он разви­вает правовые идеи и критически оценивает взгляды своих оппонен­тов. Из сабинианцев выделялись Целий Сабин, давший имя всей шко­ле, Кассий Лонгин и Сальвий Юлиан. Последний, как уже говорилось, был редактором «постоянного эдикта». Ему, выходцу из африканского города Гадрумета, была там воздвигнута колонна с бла­годарственной надписью. Наибольшее значение имели дигесты Юли­ана в девяноста книгах и его «Изыскания» (Questiones), изданные од­ним из его учеников.

Институции Гая. Выдержки из сочинений некоторых из этих знаменитых юристов дошли в позднейших сводах римского права. Це­ликом же от классической эпохи римской юриспруденции до наших дней сохранилось состоявшее из четырех книг учебное пособие юри­ста II в. Гая (родовое его имя неизвестно)[********].

Никто из современников этого Гая не упоминает, а известность его относится лишь к V в., когда «Институции» начинают цитиро­ваться, сокращаться, переиздаваться.

Возможно, он был учителем,

жившим в одной из восточных провинций империи, и не относился к числу выдающихся юристов своего времени. Сам Гай причислял себя к сабинианцам.

В отличие от широко распространенного изложения права в фор­ме вопросов, ответов, споров Гай развертывает его как систему догм действующего практического права в трех направлениях: лица, вещи и обязательства.

Под лицами (persona) в римской правовой системе фигурировали «физические лица» — конкретные люди, обладавшие определенным общественным статусом, и «юридическое лица» — носители прав и обязанностей, могущие выступать через посредников. Полной право­способностью в принципе обладал лишь глава семейства (pater familiae), все остальные считались подвластными. Рабы с возникно­вением империи начинают рассматриваться как лица хотя и не право­мочные, находящиеся в сфере юрисдикции своего господина, но все же обладающие некоторыми имущественными правами и защищен­ными государством от произвола.

Понятие «вещь» (res) охватывало в римском праве множество зна­чений. Это и материальный предмет с обозримыми границами, и лю­бой объект, в том числе нематериальный, а также целый имуществен­ный комплекс. В вещном праве выделялись два основополагающих института — владение и собственность. Понятие «обязательство» (ob- Iigatio, от Obligare — обязывать) охватывало «действия» (actio), пред­принимаемые с целью разрешения имущественных споров, направ­ленные прежде всего на возвращение имущества или денег первона­чальному собственнику-кредитору. Согласно законам Двенадцати таблиц, кредитор мог связать должника реальной веревкой, наложив на него железо определенного веса. Еще во времена ранней республи­ки долговое рабство было отменено, и в классическом римском праве реальные оковы превратились в «правовые узы» (juris vinculum), над совершенствованием которых неутомимо работало римское право, защищавшее права собственников.

Четвертая книга «Институций» Гая, содержавшая сведения о раз­ных исторически сложившихся формах процесса, имеет как источник наибольшую ценность.

Папиниан и его последователи. В конце II — начале III в., в эпоху правления Северов, римская юриспруденция приобретает особен­ный авторитет. В это время исчезают прежние деления юристов на про- кулианцев и сабинианцев. Законодателем юридической мысли стано­вится Эмилий Папиниан, выходец из Сирии или Африки, возможно, родственник Септимия Севера. Поздние юристы ссылались на его труды «Процессы» в тридцати семи книгах и «Ответы» в девятнадцати книгах.

Последователями Папиниана были Юлий Павел и Домиций Уль- пиан, занимавшие поочередно при Александре Севере должность пре­фекта претория. Павел считался автором восьмидесяти шести сочине­ний более чем в трехстах книгах — как в форме критических замечаний к трудам предшественников, гак и собственных суждений по юриди­ческим вопросам. Ульпиан написал комментарии к преторскому эдик­ту в восьмидесяти трех книгах и к произведениям Целия Сабина.

Кодекс Юстиниана. Пятидесятилетие правления солдатских императоров знаменовало провал в истории римской юриспруден­ции — в это время не было нужды в советах юристов. В эпоху установ­ления неограниченной монархии, когда воля монарха стала един­ственным источником права, к юристам не вернулся прежний авто­ритет. Однако при византийском императоре Юстиниане, стремив­шемся возродить римскую мировую державу, достижения римской классической юриспруденции были востребованы. Юстиниан прика­зал составить единый свод законов, ставший таким же величествен­ным зданием, каким был построенный при нем в Константинополе собор Софии. В своде законов было три самостоятельных части: ин­ституции (элементарное изложение основ и принципов права), диге- сты (отрывки из трудов римских юристов) и кодекс Юстиниана (сбор­ник императорских установлений).

Подобно тому как здание храма складывалось из отесанных кам­ней, дигесты состояли из произведений римских юристов, живших самое меньшее за триста лет до Юстиниана. Из них выбиралось то, что, по мнению составителей, представляло наибольшую ценность.

И хотя отрывки только из Папиниана или Ульпиана в совокупности мог­ли бы составить объемистый том, целостного представления даже об этих авторах из дигест получить невозможно. И здесь нам остается либо упрекать компиляторов в том, что они практически разрушили творения, проникнутые духом определенного времени и конкретного творца, либо радоваться, что эти труды не были утрачены полностью.

Римляне делали все, чтобы заставить народы, какие они считали нецивилизованными, жить по своим законам. После завоевания Гер­мании туда вместе с солдатами пришли и римские юристы, пытавшие­ся научить германцев решать имущественные споры с помощью не оружия, а слова. Захваченным в плен после разгрома в Тевтобургском лесу законникам победители издевательски зашили рты, ибо римские законы были для них олицетворением чужеземного господства. Когда в IV в. варвары могучими потоками затопили античный мир, можно было думать, что римское право будет навсегда предано забвению. Но случилось обратное. Римские законы вошли в местные и нацио­нальные законодательства. Римское право воскресло, как феникс, и

было перелито в параграфы и статьи современных кодексов, римские законы, подобно железному обручу, связали рассыпавшуюся Европу Они стали важнейшей основой современного правового развития. И ныне в отточенных формулировках римского права перед нами пред­стает опыт многовекового общения людей, некая идеальная и вечная абстракция, подходящая к любой исторической ситуации, признаю­щей право собственности и существование государства, стоящего на его защите.

<< | >>
Источник: Немировский, А. И.. История древнего мира: Античность: учеб, для студ. высш, учебн. заведений. / А. И. Немировский. — 2-е изд. перераб. и доп. — M.: Русь-Олимп,2007. — 927, [1] с.. 2007

Еще по теме Глава 21 КЛАССИЧЕСКОЕ РИМСКОЕ ПРАВО:

  1. Глава 4 РИМСКАЯ РЕСПУБЛИКА: ГОСУДАРСТВО И ПРАВО
  2. Глава 7 ПРАВО НАСЛЕДОВАНИЯ
  3. Глава 6 ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ
  4. Глава 9 НОВЫЙ ПРИНЦИП УПРАВЛЕНИЯ. ОБЩЕСТВЕННЫЕ ИНТЕРЕСЫ И ИЗБИРАТЕЛЬНОЕ ПРАВО
  5. Глава 5 ВТОРОЙ ПЕРЕВОРОТ. ИЗМЕНЕНИЕ В СТРОЕ СЕМЬИ. ИСЧЕЗАЕТ ПРАВО ПЕРВОРОДСТВА. РАСПАДАЕТСЯ РОД
  6. АРХАИЧЕСКАЯ И КЛАССИЧЕСКАЯ ГРЕЦИЯ
  7. АРХАИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ, ФОРМИРОВАНИЕ КЛАССИЧЕСКОГО ПОЛИСА
  8. О СПЕЦИФИКЕ ГРЕЧЕСКОГО КЛАССИЧЕСКОГО ПОЛИСА В СВЯЗИ C ПРОБЛЕМОЙ ЕГО КРИЗИСА
  9. ГРЕЦИЯ В АРХАИЧЕСКИЙ ПЕРИОД х И СОЗДАНИЕ КЛАССИЧЕСКОГО ГРЕЧЕСКОГО ПОЛИСА
  10. Глава V РИМСКАЯ АДМИНИСТРАТИВНАЯ ПОЛИТИКА В ИСПАНИИ
  11. Глава 2 РИМСКОЕ ЗАВОЕВАНИЕ
  12. Право и судопроизводство