<<
>>

1. Гунны. Валент и вестготы. Феодосий Великий (375—395 гг. после Р. X.).

Во время правления Валента на Востоке одряхлевшее здание Рим­ской империи испытало такой удар, что последствия его привели им­перию к постепенному падению. Удар этот нанесли гунны, народ финско-монгольского происхождения.

Они вышли из глубины Азии, из родины своей, степей пустыни Гоби, прошли «Вратами народов» между Уральскими горами и Каспийским морем в Европу и перешли Волгу. То было началом чрезвычайного, всеобщего, имевшего гро­мадное по своим последствиям значение, движения германских пле­мен, которое называется переселением народов. Продолжа­ясь двести лет, переселение это совершенно изменило политическую карту Европы, так как на месте Западной Римской империи возникли основанные германскими племенами совершенно новые государст­ва, из которых одни просуществовали короткое, другие более продол­жительное время.

Современные историки Аммиан Марцеллин и гот Иордан (Иор- нанд) описывают гуннов следующим образом.

Гунны страшно дики и по наружности отвратительны. Они имеют крепкие, мускулистые члены и толстую шею. Вся фигура их настолько груба и нескладна, что их можно принять за двуногих животных или за те грубо вытесанные столбы, которыми подпирают мостовые перила. У детей тотчас после их рождения на щеках делают глубокие надрезы для того, чтобы при помощи сплошных рубцов уничтожить выраста­ние волос, вследствие чего гунны до самой старости остаются безборо­дыми и крайне безобразными. При такой отвратительной, отталкива­ющей наружности они настолько дики, что не имеют потребности ни в огне, ни в приготовлении пищи. Пищу их составляют корни диких растений и полусырое мясо первого попавшегося животного, которое они кладут вместо седла на спину лошади и распаривают его скорой ез­дой. Жилищами гунны пользуются лишь в случае крайней необходи­мости; они боятся их как могил мертвецов и, постоянно странствуя по горам и долинам, с самый колыбели приучаются переносить и стужу, и

голод, и жажду.

Одежду гунны носят или полотняную, или сшитую из кож лесных мышей, голову покрывают высокой шапкой, а ноги — ко­зьими шкурами. Грубо сшитая обувь стесняет их походку, почему они мало способны к пешему бою; но зато, как бы сросшись со своими крепкими, хотя на вид и невзрачными лошадьми, они отправляют на них все свои дела. Сидя на лошади, гунн покупает и продает, ест и пьет и, что может показаться невероятным фокусом, склонившись на шею быстрого скакуна, предается глубокому сну; даже, если по какому-ни­будь важному делу собирается совет, то и на нем он участвует верхом на коне. Битву гунны начинают отвратительным воем; затем с быстротой молнии бросаются они на неприятеля, в то же мгновение умышленно

Валент. С античной монеты.

рассыпаются в разные стороны, также быстро вновь возвращаются, без всякого порядка поражают здесь и там, и прежде чем их заметят, благодаря неимоверной быстроте нападают уже на вал или начи­нают опустошать неприятельский ла­герь. Издали гунны сражаются дротика­ми, острия которых с редким искусством обделаны костью; на близком же рассто­янии они дерутся саблями и в то самое мгновение, когда неприятель старается отклонить удар, накидывают на него ар­кан и с силой увлекают его за собой. У гуннов никто не обрабатывает землю и

не касается плуга; все они, не имея ни постоянного местопребывания, ни родины, ни законов, ни обязатель­ных обычаев, подобно беглецам, постоянно ведут бродячую, странни­ческую жизнь. Женщины у гуннов живут на телегах и на них ткут свои грубые одежды и воспитывают своих детей. Ни один гунн не в состоя­нии ответить на вопрос, где он находится. Гунны не соблюдают верно­сти в договорах и, подобно неразумным животным, вряд ли даже име­ют какое-либо понятие о правде и несправедливости. Без всякой при­чины и цели они способны предаваться самым неистовым образом своим страстям и выказывают непостоянство при малейшей надежде, сулящей им что-либо новое.

Гунны до такой степени изменчивы и вспыльчивы, что они способны в один и тот же день, без малейшей обиды их, покинуть своих союзников и точно также без всяких рассуж­дений вновь примириться с ними.

При своем переселении на запад гунны прежде всего столкнулись с аланами между Доном и Волгой. Аланы частью были прогнаны, ча­стью принуждены были пристать к гуннам. Затем гунны напали на ост-и вестготов. Готский король Германрих был разбит страш­ным неприятелем и сам лишил себя жизни. Те из остготов, которые не были еще покорены гуннами, направились в Паннонию; вестготы же, предводимые Фридигерном, отправили послов к императору Валенту

Феодосий. С античной монеты.

и просили его, не может ли он дать им поля и земли и в благодарность за это предлагали охранять границы империи. Валент, принадлежа как и сами готы, к арианству, дал им позволение поселиться в Мизии. Тогда около 200 000 воинственных вестготов с женами и деть­ми перешли через Дунай. Но римские сановники Лупицин и Максим обошлись с пришельцами самым бесчеловечным образом. Их принуж­дали покупать по непомерным ценам съестные припасы и притом час­то самого худшего качества. Сначала готы, за неимением наличных де­нег, платили одеждой, коврами, оружием и другими ценными предме­тами. Но затем, когда у них истощились все средства, то для утоления голода они даже вынуждены были продавать в рабство своих детей. Когда же в довершение всего Лупицин, пригласив готских князей на обед в Мар- ционополь, обнаружил попытку коварно убить их, то раздражение за нанесенное оскорбление разразилось всеобщим вос­станием. Тогда Лупицин поспешно со­брал все свои войска, но был разбит и должен был бежать. Дыша мщением, готы двинулись во Фракию, страшно опустошая все на пути своем. Император Валент выступил против них со всем сво­им войском, но потерпел совершенное поражение при Адрианополе (в 378 году). Две трети римского войска пало на поле битвы; сам Валент, скрывшийся было в хижине простого поселянина, был окружен неприятелями; они подожгли хижину, и Валент погиб в пламени мучительной смертью.

Западноримский император Грациан явился со своими вспомога­тельными войсками слишком поздно и не мог уже предотвратить ужас­ного бедствия. Получив известие о смерти своего дяди, Грациан назна­чил своего полководца Феодосия императором восточных стран. Феодосий, как Траян и Адриан, был родом испанец и, подобно обоим этим государям, отличался сильным характером. С осмотрительно­стью, но твердостью вел он оборонительную войну против готов. Вме­сто того, чтобы вступать в открытый бой, он ограничивался удержива­ем за собой таких городов, о крепкие стены которых постоянно разби­валась дикая храбрость варваров. В то же время, пользуясь раздорами между отдельными племенами, он завязывал сношения то с тем, то с другим предводителем и даже убедил некоторых из них перейти в рим­скую службу.

По смерти Фридигерна, самого опасного из готских предводителей, благоразумному Феодосию удалось заключить мирный договор, по ко­торому вестготы за известное ежегодное денежное вознаграждение и наделение их земельными участками во Фракии и Мизии обязывались помогать ему своими войсками. С их помощью Феодосий после умер­

щвления Валентиниана II (в 392 году), победил при Аквилее поя­вившихся на западе искателей императорского престола, слабого ри­тора Евгения и храброго франка Арбогаста, и затем сделался единовластителем всей Римской империи (в 394 году). По утвержде­нии своем на императорском престоле Феодосий издал самые строгие постановления с целью окончательного искоренения язычества. Ка­пища были закрыты и большей частью разрушены, жертвоприноше­ния богам отменены, последователи древней языческой религии объ­явлены преступниками и беспощадно преследуемы.

Тем не менее смертельная борьба с язычеством продолжалась еще целое столетие. Теперь преследуемые обратились в преследователей. Таким образом положение вещей совершенно изменилось. Как вели­ки были в это время значение христианской церкви и могущество епи­скопов, выразилось поразительным образом при следующем случае. Будучи раздражен за убийство в Фессалониках императорского воена­чальника и некоторых других должностных лиц, Феодосий под пред­логом приглашения на игры приказал собрать в цирк 7000 жителей этого города, окружить их солдатами и всех изрубить. Когда некоторое время спустя император пожелал войти в одну из церквей Милана, то к нему навстречу вышел епископ Амвросий и воспретил входить в церковь, так как руки его были обагрены кровью. В благородном сми­рении склонился Феодосий перед приговором епископа и наложил на себя восьмимесячное церковное покаяние.

<< | >>
Источник: Беккер К.Ф.. Древняя история. Полное издание в одном томе. — М.: «Издате­льство АЛЬФА-КНИГА»,2012. — 947 с.: ил. — (Полное издание в одном томе).. 2012

Еще по теме 1. Гунны. Валент и вестготы. Феодосий Великий (375—395 гг. после Р. X.).:

  1. Преемники Константина до переселения народов (337—375 гг. после Р. X)
  2. ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВ И ПАДЕНИЕ ЗАПАДНОЙ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ (375-591 гг. после Р. X.)
  3. Карл Великий (768—814 гг. после Р. X.)
  4. АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ РАСКОПКА В ФЕОДОСИИ
  5. № 105. РИМСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО IV—V ВВ. о тяжелом положении колонов (Кодексы Юстиниана и Феодосия)
  6. ХУННЫ И ГУННЫ
  7. 2. Гальба. — Отон. — Вителлин (68—69 гг. после Р. X.). Веспасиан (69—79 гг. после Р. X.)
  8. ГУННЫ ДО ИХ РАЗДЕЛЕНИЯ НА ЮЖНЫХ И СЕВЕРНЫХ
  9. 44. Итоги и уроки мировой и Великой отечественной войны. Вклад Башкортостана в Великую Победу.
  10. АТТИЛА И ГУННЫ В ЕГО ВРЕМЯ
  11. БЕЛЫЕ ГУННЫ (ЭФТАЛИТЫ) и АВАРЫ
  12. ГУННЫ В СРЕДНЕЙ АЗИИ