<<
>>

1. ЖУНЫ И ДУНХУ. ПЕРВЫЕ ИЗВЕСТИЯ О ГУННАХ

В середине II — начале I тысячелетия до и. э. на востоке Евра­зии окончательно сформировались два отличных друг от друга хо­зяйственно-культурных региона: собственно китайский (в сред­нем и нижнем течении Хуанхэ) и центральноазиатский (охва­тывающий огромную территорию от Восточного Туркестана на Западе до Южной Маньчжурии па востоке, от Гоби и Ордоса в излучине Хуанхэ па юге до Тувы и Забайкалья на севере).

В большей части центральноазиатского региона основой хо­зяйственной деятельности стало кочевое и полукочевое скотовод­ство, сочетавшееся с примитивным земледелием и охотой. В на­чале I тысячелетия до н. э. племена, населявшие Центральную Азию, создали кочевническую культуру скифского типа; они ос­воили металлургию бронзы и железа, металлообработку, колес­ные повозки и всадничество; жилищем нм служила полусфери­ческая с коническим верхом войлочная кибитка, которую при пе­рекочевке укрепляли на большой повозке, влекомой быками. Свой­ственный скифам тип вооружения и конского убора, характерная «скифская» одежда, «звериный стиль» в искусстве засвидетель­ствованы раскопками на Алтае, в Туве, в Монголии так же хо­рошо, как и в Причерноморье.

«Китайский Геродот», историк Сыма Цянь (145—87 гг. до п. э.), систематизировавший в своих «Исторических записках» раніше рассказы о северных соседях Китая, сообщает о них лишь отрывочные сведения. Примерно с VII—VI вв. до я. э. оп имену­ет кочевников Монголии жунами, а позднее — ху. В степях Внут­ренней Монголии, Южной Маньчжурии и в отрогах Большого Хингана жили шапьжуны («горные жуцы») и дунху («восточные варвары»). Северные племена были постоянными участниками по­литической жизни древнекитайских государств, то сражаясь с ни-.

ми, то вступая в коалиции воюющих друг с другом царств и по­лучая за это вознаграждение.

Сыма Цянь ярко описывает образ жизни «варваров# и их об­щественное устройство.

Жуны и дунху не были политически объ­единены, «все они были рассеяны по горным долинам, имели собственных вождей, и, хотя нередко собиралось свыше ста пле­мен жуиов, опи не сумели объединиться в одно целое». Источни­ки отмечают у жунов и дунху посевы проса, но главным их за­нятием было скотоводство: «Переходят со скотом с места на мес­то, смотря по достатку в траве и воде. Постоянного пребывания де зпают. Живут в круглых юртах, из коих выход обращен в .востоку. Питаются мясом, пьют кумыс, одежду делают из разпо- 'цветпых шерстяных тканей... Кто храбр, силен и способен раз­бирать спорные дела, тех поставляют старейшинами. Наследствен­ного преемствия у них пет. Каждое стойбище имеет низшего па- "чалъпика. От ста до тысячи юрт составляют общину... От старей­шины до последнего подчиненного каждый сам пасет свой скот и печется о своем имуществе, а не употребляют друг друга в ус­лужение... В каждом деле следуют мнению женщин, одни воеи- ныо дела сами решают... Войну ставят важным делом...»

Трудно нарисовать более выразительную картину родо-племен­ного общества, еще ио знавшего классового расслоспия и насиль­ственного авторитета. По словам китайского наблюдателя VII в. до п. а., у жунов «высшие сохраняют простоту в отношении низ­ших, а низшие служат высшим (т. е. выборным старейшинам и вождям.— С. Л’.), руководствуясь искренностью и преданностью». Война и набег с целью захвата добычи — важная сторона их жиз­ни. Но даже во времена наибольшей слабости мелких китайских царств жупы никогда пе угрожали им завоеванием. Отдельные набеги кочевников сдерживались или ограничивались военными мерами, дарами, подкупом вождей, торговлей. В ходе столкнове­ний китайцы не раз убеждались в достоинствах «варварской» конницы и иногда перешшали одежду и оружие своих про­тивников.

Радикальпоо изменение общей ситуации в Центральной Азии произошло, согласно Сыма Цяню, в период «Воюющих царств» (403—221 гг. до н. э.). Вместо прежних жунов на севере и запа­де появляются сильные объединения кочевых племен сюнну (гун­нов) и юэчжэй, а про дунху сообщается, что они «достигли рас­цвета» и у них появился единый правитель.

В IV в. до п. э. ки­тайцы впервые называют гуннов среди своих противников; позд­нее те начинают ожесточенную борьбу за Ордос с царством Чжао. Война шла с переменным успехом; за то время в составе гуннско­го объединения оказались те жунскне племена, которые прежде были независимыми. На западе соседями гуннов были юэчжи — восточноскифские (сакские) племена, занимавшие вместе с родст­венными им усунями огромную территорию от Тянь-Шаня до Центральной Монголии, Тамги (геральдические знаки) вождей юэчжийских племен, недавно обнаруженные на черных скалах

ущелья Цагангол в Гобийском Алтае, фиксируют южную границу юэчжийских земель.

Благодаря работам советских и монгольских археологов ока­залось возможным проверить, дополнить и конкретизировать со­общения письменных источников. Раскопками обнаружены два типа культур скифского круга (I тысячелетие до п. в.). Один тип представлен «культурой плиточных могил» и «оленпыми камня­ми». Плиточные могилы сооружались из неглубоко погруженных в землю плоских каменных плит, образующих прямоугольный ящик. Погребенных клали головой на восток вместе с оружием, украшениями, сосудами. Специфическими предметами в захоро­нениях являются сосуды на трех полых ножках и бронзовые но­жи с выемчатыми фигурками людей и животных, бронзовые уди­ла, часто кости коня. Плиточные могилы располагаются на мест­ности цепочками, образующими родовые кладбища. К сожалению, большинство плиточных могил начисто ограблено. «Оленпые кам­ни» — это каменные стелы, па которые нанесены изображения стилизованных оленей с вытянутыми вперед клювообразными мордами, закинутыми за спину длинными ветвистыми рогами и по­догнутыми в летучем галопе ногами. Вместе с ними на камень на­несены изображения других предметов—боевых топоров, кин­жалов, зеркал, круто узогнутых луков. Подлинные предметы, изо­браженные на «оленных камнях»,—бронзовые изделия и роговые обкладки луков—найдены в плиточных могилах. Находки же­лезных предметов в них крайне редки.

Культура плиточных могил распространена на огромной тер­ритории от Забайкалья до Северного Тибета, охватывает степную часть Маньчжурии, всю Внутреннюю, Восточную и Центральную Монголию, резко обрываясь здесь на западных склонах Хапгай- ских гор.

Тут начинается область другой культуры скифского ти­па: каменные ящики сменяются курганами, такими же как рас­копанные на Алтае знаменитые гробницы Пазырыка. Эта область охватывает Западную Монголию, Туву, Алтай, Восточный Казах­стан. Антропологически погребенные различаются так же резко, как н тип захоронений. В плиточных могилах погребены монго­лоиды северной (палеосибирской) ветви этой расы, а в курга­нах— европеоиды. В 111— II вв. до п. э. плиточные могилы и скифские курганы вытесняются иными по облику погребениями, в которых железный инвентарь сменяет бронзовый.

Теперь, накладывая сведения письменных источников на ар­хеологическую карту, логично заключить, что носителями куль­туры плиточных могил были племена жунов и дунху. Культура курганных захоронений Западномонгольского и Саяно-Алтайско­го регионов, датируемая V—III вв. до н, а., принадлежала восточ­носкифским (сакским) племенам — юэчжйм и усуням.

Источники отмечают политическую зависимость ранних гун­нов от юэчжей. Поразительным художественным свидетельством первых гуяно-юэчжийских войн конца V—IV в. до н. а. является хранящаяся в Эрмитаже узда боевого коня из оледенелой гробни­

цы юэчжийского вождя* в Пазырыке. Украшающие узду дере­вянные подвески выполнены в виде уплощенпых «моделей» отруб­ленных человеческих голов. Символика изображения очевидна и вполне соответствует военным обычаям скифов, сарматов, гуннов, описанным древними авторами: головы поверженных врагов по­бедитель отрубал и как трофеи привозил царю. Подвески из Па- зырыка мастерски изображают лица людей с ярко выраженными монголоидными чертами; они совсем не напоминают захоронен­ных здесь юэчжей. Зато Зти изображения почти портретно схожи с лицами гуннских воинов па каменных барельефах гробницы ханьского «военачальника сильной конницы» Хо Цюйбипа (ум. в 119 г. до и. э.).

<< | >>
Источник: История древнего мира. Под ред. И. М. Дьяко­нова, В. Д. Нероновой, И. С. Свепцицкой. Изд. 3-є, исправленное и дополпепное. М., Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1989, [Кн. 3.] Упадок древних обществ. Отв. ред. В. Д. Неронова. 407 с. с карт. 1989

Еще по теме 1. ЖУНЫ И ДУНХУ. ПЕРВЫЕ ИЗВЕСТИЯ О ГУННАХ:

  1. Первые письменные известия о славянах ( венеды, склавины, анты по сведениям древнейших авторов).
  2. Распад индоевропейской языковой общности. Первые письменные известия о древнейшем населении Северного Причерноморья (киммерийцы, скифы, сарматы)
  3. ЖУНЫ И ХУННЫ
  4. I. китайский источник нзиньшу о гуннах
  5. Первые люди.
  6. ПЕРВЫЕ СТОЛКНОВЕНИЯ С ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИМИ КОЛОНИЗАТОРАМИ
  7. ГЛАВА 3. ПЕРВЫЕ ОБИТАТЕЛИ КОНТИНЕНТА
  8. Лекция 20: Первые государства в Китае.
  9. Первые земледельцы в долине Нила
  10. Первые государства на Армянском нагорье
  11. § 2. Первые походы персов против Греции.
  12. Начало ВОВ.Причины неудач в первые месяцы войны.
  13. СВОБОДНЫЙ ТРУД И РАБСТВО В ПЕРВЫЕ ВЕКА РИМА
  14. ПЕРВЫЕ ИТОГИ АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО ИЗУЧЕНИЯ АНТИЧНОГО ГОРОДИЩА КАБАЛА.
  15. Партия большевиков у власти: первые социалистические преобразования (октябрь 1917- весна 1918гг.). В. И. Ленин.
  16. 14) Развитие Руси в 17 веке. Первые Романовы (Михаил и Алексей Михайлович).