<<
>>

№ 5. ЛЕГЕНДА ОБ ОСНОВАНИИ РИМА (Тит Ливий, I, 3—7).

Тит Ливий — римский историк времен становления империи. Родился. он в 59 г. до н. э в италийском городе Патавии (современная Падуя), умер в 17 г. н. э. Ливий является автором монументального труда в 142 книгах, который называется «Римская история от основания города» (то-есть Рима).

Из этих книг дошло до нас лишь 35: с первой по десятую и с два­дцать первой по сорок пятую. В первых десяти книгах содержатся события от основания Рима и до 293 г. до и. э., в книгах двадцать первой — сорок пятой — дается описание событий 218—168 гг. до н. э. Содержание остальных книг известно по кратким аннотациям, так называемым эпитомам, состав­ленным в IV в. н. э. Труд Ливия оказал значительное влияние на всю последующую римскую историографию и ицел много подражателей.

По своим политическим взглядам Ливий в значительной мере являлся идеологом правящих классов времен принципата. Лозунг Pax Romana (римский мир), официально провозглашенный Августом, получил в его «Римской истории» широкое отражение. Ценность первых десяти книг «Рим­ской истории» сравнительно невелика, там имеется много фантастического, большое значение Ливий придает приметам, предсказаниям оракулов и пр.

Более достоверны сведения, сообщаемые им в книгах двадцать первой— сорок пятой, где дается описание пунических войн и международной обста­новки того времени.

На все сочинение Ливия наложила отпечаток тенденция, с которой оно было написано: в предисловии говорится, что целью труда является описа­ние тех качеств и достоинств римского народа, которые помогли ему достичь такой силы и могущества. Благодаря этой «романоцентристской» позиции из поля зрения автора выпадает большое количество событий, имевших важное значение в истории Средиземноморья.

Очень часто в сочинениях Ливия проглядывают политические взгляды тех историков, произведениями которых он пользовался совершенно некри­тически.

Все эти замечания необходимо учитывать, пользуясь «Римской историей» Тита Ливия как историческим источником.

Сын Энея Асканий не достиг еще того- возраста, чтобы всту­пить во власть, но эта власть благополучно сохранилась за ним до периода его возмужалости; ’ в течение такого- продолжитель ного времени латинское государство, царство его деда и отца, уцелело у мальчика благодаря женской охране — такой способ­ной женщиной была мать Аскания Лавиния. Этот-то Асканий вследствие избытка населения в городе Лавинии, названном так его отцом в честь жены, предоставил своей матери цветущий по тогдашнему времени- и богатый город, а сам основал у подошвы

Албанской горы новый, который назвал Длинной (Лонга) Аль­бой, так как он то своему положению растянулся по горному хребту. Между основанием Лавинии и колонии Альбы Лонги прошло почти тридцать лет, когда могущество государ­ства возросло' до того, что- ни после смерти Энея, ни во время правления женщины, ни даже в первые годы царствования юноши ни вождь этрусков Мезенций, ни другие соседи не риск­нули поднять оружия. По мирному договору границей между этрусками и латинянами стала река Альбула, именуемая теперь Тибром.

Затем царствовал сын Аскания Сильвий, названный так по­тому, что родился в лесу. У него был сын Эней Сильвий, а у этого — Латин Сильвий. Он основал несколько колоний. По его имени получили свое название древние латиняне. Затем за всеми царями Альбы осталось прозвище Сильвиев. Далее, после ряда других царей, правил Прока. У него были сыновья Нумитор и Амулий. Старинное царство Сильвиев завещано было Нумитору, как старшему сыну. Но сила оказалась выше воли отца и права старшинства: прогнав брата, воцарился Амулий; к одному злодея­нию он присоединил другое, умертвив сына брата; дочь же брата — Рею Сильвию — он лишил надежды на потомство, сде­лав ее под видом почести весталкой.

Но, я полагаю, столь сильный город и государство, уступаю­щее лишь могуществу богов, обязано было своим івісоникнове- нием предопределению судьбы.

Когда весталка родила близне­цов, она объявила отцом этого безвестного потомства бога войны Марса или потому, что верила в это, или потому, что считала более почетным выставить бога виновником своего преступления. Однако ни боги, ни люди не в силах были защитить ее и детей от жестокости- царя: жрица в оковах была ввергнута в тюрьму, а детей приказано- было выбросить е реку. Но случайно, или по воле богов, Тибр выступил из- берегов и- образовал спокойно стоящую воду, так что нигде нельзя бы­ло подойти к настоящему руслу его; вместе с тем посланные на­деялись, что дети потонут даже и- в такой воде. Итак, считая себя исполнившими повеление царя, они выбросили детей в бли­жайшую лужу, где теперь находится Руминальская- смоковница (говорят, что она называлась Ромуловой). В тех местах была тогда обширная- пустыня. Существует предание, что когда пла­вающее корыто, © котором были- выброшены мальчики, после спада воды'* осталось на- сухом месте, волчица, шедшая из окре­стных гор напиться, направилась на плач детей; она с такой кротостью стала кормить их грудью, что главный царский па­стух, по имени Фаустул, нашел ее лижущей детей. Он принес их домой и- отдал на- воспитание жене своей Ларенции. Так роди­лись они и так воспитались; когда же подросли, то, не оставаясь без дела в- хижине пастуха или около стад, они, охотясь, броди­ли по лесам. Укрепившись среди таких занятий телом и духом,

они не только (преследовали зверей, но нападали и на разбойни­ков, обремененных добычею, делили награбленное ими- среди па­стухов и с этой со дня на день увеличивавшейся дружиной зани­мались и делом и шутками.

Уже в то время существовало празднество Луперкалий. Оно состояло в том, что наше юноши состязались в беге, сопровож­дая шутками и весельем- поклонение богу Пану. Этот праздник стал известным; и волг, когда Ромул- и Рем -предавались играм, разбойники, раздраженные потерею- добыта, устроили им'засаду; Ромул отбился, а Рем был захвачен и- вдобавок представлен царю Амулию как обвиняемый.- Главная их вина состояла в том, что они нападали на поля Нумитора и с шайкой юношей уго­няли оттуда скот, точно неприятели.

Вследствие этого Рем был передан Нумитору на казнь. Уже с самого начала Фауетул по­дозревал, что у него воспитываются- царские дети; он знал, что они в-ыброшены- по повелению царя; совпадало и- время, когда он- нашел их; но, /не уверившись окончательно, он не хотел- от­крывать этого, разве выпадет случай или- принудит необходи­мость. Необходимость явилась раньше. И вот, под влиянием страха он открывает все Ромулу. Случайно и у Нумитора, ког­да он содержал под стражею Рема- и прослышал про братьев- близнецов, мелькнула! мысль о внуках при- сопоставлении их возраста- и характера пленника, вовсе не похожего на раба. Пу­тем расспросов он- пришел- к тому же результату и почти при­знал Рема. Таким обраом* царю со всех сторон куются козни. Ромул, не считая себя сильным для действия открытого, не на­падает на царя с шайкой юношей, а приказывает каждому па­стуху прибыть своей дорогой в определенное время к дворцу. Со стороны жилища Нумитора является на площадь - Рем, при­готовивший другой отряд.

Так они убивают царя. Нумитор - в начале суматохи, заявляя, что неприятели- вторглись в город и напали на дворец, отозвал альбанскую молодежь для защиты крепости; когда же увидал, что братья, умертвив царя, идут к нему с приветствием, он- тот­час созывает собрание, выставляет на вид преступление брата против него, указывает на происхождение, рождение и воспи­тание внуков, говорит, как были узнаны!, как непосредственно затем был убит тиран, и объявляет, что он виновник этого. Юно­ши, выступив затем на середину собрания, приветствовали- деда царем, а последовавшие единодушные восклицания- толпы- за­крепили за ним царское имя и власть. Предоставив таким обра­зом Альбанское царство Нумитору, Ромул и Рем пожелали осно­вать город в тех местах, где были найдены и воспитаны. К тому же альбанскаго и латинского населения был избыток; к ним присоединились пастухи, все это подавало надежду на то, что и Альба и Лавиний будут малы в сравнении с тем городом, который- они собирались основать. Но к этим расчетам примешалось Вредное влияние дедовского зла — страсти к цар-

ской власти, следствием чего был позорный бой, возникший из- за маловажного обстоятельства.

Так как братья были близ­нецы и нельзя было решить дела на основании певвеосива по рождению, то Ромул избирает Палатинский, а Рем — Авен- танский холм для гадания, чтобы боги, покровители тех мест, указали эоноеыияои, кому дать имя городу и кому управлять им.

Рассказывают, что знамение — 6 коршунов — явилось ра­нее Рему, и оно уже было возвещено, когда Ромулу явилось их двойное число, и вот того и другого толпа приверженцев приветствовала царем: одни требовали царской власти для своего вождя, основываясь на пlвеиоущесиве. времени, другие — на числе птиц. Поднялась брань, а вызванное ею раздражение привело к драке, во время котовой в свалке был убит Рем.

Более распространено, однако, предание, что Рем, смеясь над братом, перепрыгнул через стены нового города; рнзгоевао- ный этим Ромул убил его, сказав: «Так будет со всяким, кто пе­репрыгнет через мои стены». Таким образом, Ромул один завла­дел царством, а город был назван именем основателя.

Перев. А. Клеванова.

<< | >>
Источник: ХРЕСТОМАТИЯ ПО ИСТОРИИ ДРЕВНЕГО МИРА. Том 3. Рим. ПОД РЕДАКЦИЕЙ АКАДЕМИКА В. В. СТРУВЕ. МОСКВА, 1953. 1953

Еще по теме № 5. ЛЕГЕНДА ОБ ОСНОВАНИИ РИМА (Тит Ливий, I, 3—7).:

  1. № 22. ПЕРЕГОВОРЫ ФИЛИППА V С ГАННИБАЛОМ О СОВМЕСТНОЙ БОРЬБЕ ПРОТИВ РИМА (Тит Ливий, ХХШ, 33, 34)
  2. № 4. ЛЕГЕНДА ОБ ОСНОВАНИИ РИМА (Дионисий, Римские древности, I, 72—73)
  3. № 9. ПОРАЖЕНИЕ РИМЛЯН В КАВДИНСКОМ УЩЕЛЬЕ (Тит Ливий, IX, 1—6)
  4. ОСНОВАНИЕ РИМА. РОМУЛ. (753 г. до Р. X.)
  5. Основание Рима. Ромул (753 г. до Р. X.)
  6. Хеттский миф и легенда
  7. № 7. ПРОИСХОЖДЕНИЕ ТРИБУНАТА (Тит Лив ий, II, 23, 24, 27—33)
  8. № 24. ПРЕВРАЩЕНИЕ ГРЕЦИИ В РИМСКУЮ ПРОВИНЦИЮ (Тит Л ив ий, XXXIII, 31)
  9. к ПРОИСХОЖДЕНИЮ ЛЕГЕНДЫ ОБ ОГУЗ-КАГАНЕ
  10. МИФОЛОГИЧЕСКИЕ ОБРАЗЫ СЕВЕРНЫХ ЛЕГЕНД
  11. Легенда о стране Фусан
  12. Арабские мореходы: легенды и факты
  13. ЛЕГЕНДА ОБ ОЛЕНЕ, ИЛИ НЕПРЕДВИДЕННАЯ ПОБЕДА
  14. Глава 5 КУЛЬТ ОСНОВАТЕЛЯ. ЛЕГЕНДА ОБ ЭНЕЕ
  15. 16.1. Октавиан Август и основание принципата