<<
>>

НАКАНУНЕ ВТОРОЙ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ (47 г. до Р.Х.)

Наступили выборы консулов на 52 год. Кандидатами выступили Метелл Сципион и Плавт Гипсей, поддерживаемые триумвирами. Противная партия покровительст­вовала кандидатуре Милона, кото­рый, как и Клодий, имел при себе наемную шайку.

Чтобы воспрепят­ствовать во что бы то ни стало вы­бору Милона, Помпеи выставил против него его старинного сопер­ника Клодия. Клодий прошел со своими вооруженными головореза­ми по улицам и занял форум; прои­зошла кровавая схватка между шайками обеих партий. Анархия достигла высшей степени. О созда­нии комиссий для выборов новых консулов не могло быть и речи. Ко­нечно, Помпею стоило лишь при­звать свои легионы, и порядок был бы восстановлен. Но Помпеи рас­считывал, что с увеличением внут­ренних смут до такой степени, что опасность для жизни и имущества возрастет еще больше, к нему обра­тятся с просьбой избавить столицу от общественного бедствия. Насту­пившие события вполне оправдали ожидания Помпея. Шайка Милона убила Клодия и’ многих из его лю­дей на Аппиевой дороге. Привер­женцы Клодия возвратились в го­род, выставили на площади окро­вавленный труп своего предводите­ля и этим привели народ в неисто­вое бешенство. В течение пяти дней чернь осаждала здание народного собрания и дом Милона. Но в город прибыли с подкреплением привер­женцы Милона, и он был настолько дерзок, что открыто выступил кан­дидатом на звание консула. Когда он находился на форуме, а народ­ный трибун Марк Целлий хотел на­чать речь в его оправдание, прочие трибуны напали на Милона со сво­ими вооруженными людьми, и Ми­лон вынужден был покинуть пло­щадь и бежать, переодевшись рабом.

Разнузданные шайки предались убийствам и грабежам. Самому се­нату приходилось опасаться, что он падет жертвой диких разбойничьих шаек, и он видел в Помпее своего единственного спасителя. Помпея провозгласили «консулом без кол­леги», т. е. единственным консулом на 52 год.

Этот титул был присвоен ему, чтобы не носить опозоренного Суллой звания диктатора. Помпеи

с помощью своих легионов быстро очистил город от буянов, убил или изгнал предводителей демократии и восстановил спокойствие и поря­док. Несмотря на блестящую защи­ту Цицерона, Милону также при­шлось удалиться в изгнание.

Целым рядом законов, направ­ленных против насилий и под­купов, Помпеи старался избавить в будущем город от описанных вы­ше диких сцен. В то же время он сблизился с сенатской партией, примирился с Катоном и охотно со­гласился на то, чтобы на 51 год консулом был избран Клавдий Марцелл, строгий аристократ. Та­ким образом, Помпеи возвратился к тому политическому направле­нию, с которым он вступил на об­щественное поприще: перешел на сторону аристократии. С этих пор Помпеи стал считаться главой се- натсхой партии.

Связь, существовавшая между оставшимися двумя триумвирами, сильно пошатнулась вследствие пе­ремены в политическом положении Помпея. Вскоре прибавилась новая причина к их взаимному отчужде­нию: умерла супруга Помпея Юлия, прекрасная и благородная дочь Цезаря4 и смерть ее порвала те родственные узы, которые за­ставляли их делать друг другу уступки. Но окончательное охлаж­дение во взаимных отношениях три­умвиров произвела передача дикта­торской власти Помпею. В душе Помпеи уже давно разошелся с Це­зарем, но до поры скрывал свое от­чуждение. Только в 50 годы, зару­чившись поддержкой Катона, Мар- целла и других влиятельных чле­нов сената, Помпеи обнаружил свои намерения. По соглашению с Помпеем, консул Марцелл соби­рался внести предложение, чтобы сенат издал постановление, в силу которого Цезарь должен сдать свою провинцию и распустить войско.

Но Цезарь заблаговременно при­нял меры к устранению направлен­ных *Чгрогив него интриг. Новыми наборами он пополнил убыль в вой­ске и увеличил жалованье сол­датам, чтобы крепче привязать их к себе. Вместе с тем он отсылал огромное количество галльского зо­лота в Рим и тем привлек на свою сторону значительное число влия­тельных лиц.

Среди них был один из консулов, Эмилий Павел, и чрезвычайно умный, но развратный и бесхарактерный трибун Гай Ку- рион. Курион был ревностным сто­ронником Помпея, но, когда Цезарь заплатил долги Куриона, тот стал пламенным приверженцем Цезаря. Курион настолько искусно отстаи­вал в сенате интересы Цезаря, что тому до времени не было необходи­мости выходить из своего выжида­тельного положения.

Когда Марцелл на заседании се- ’ ната 1 марта 50 года сделал приве­денное выше предложение, то Ку­рион, по поручению Цезаря, выра­зил на это полное согласие, но с тем условием, что и Помпеи отка­жется от своего наместничества в Испании и сложит с себя чрезвы­чайные диктаторские полномочия. Это беспристрастное предложение было встречено сенатом с большим сочувствием, но Помпеи был по­ставлен в затруднительное положе­ние. Он уклончиво ответил, что, ес­ли Цезарь распустит свое войско, то и он готов сложить свои полно­мочия. Однако об одновременном сложении полномочий он не обмол­вился ни словом.

Прошло несколько месяцев, а се­нат все еще не мог прийти ни к ка­кому решению. Наконец Курион

Марцелл

настоял, чтобы был решен вопрос, должны ли оба одновременно сло­жить свои полномочия. При голосо­вании 370 голосов высказались за и лишь 22 голоса — против этого предложения. Тогда Марцелл, об­манутый в своих ожиданиях, за­крыл заседание гневными словами: «В таком случае вы можете сделать Цезаря своим повелителем 1» Но Курион был встречен с восторгом народной толпой, ожидавшей на форуме результата совещания. На­род приветствовал его как борца за республику и с торжеством прово­дил его до дому.

Однако партия Катона прило­жила все усилия, чтобы довести де­ло до формального разрыва с Цеза­рем. Прежде всего она воспрепятст­вовала тому, чтобы результат голо­сования обратился в сенатское ре­шение. Затем с целью побудить се­нат к немедленному объявлению войны Цезарю, она распространила самые преувеличенные слухи о мнимых вооружениях Цезаря и о выступлении его к Риму.

Но так как большинство не дало своего со­гласия на такое безрассудное реше­ние, то предводители этой партии, Марцелл и Катон, стали действо­

вать самовластно. Они поспешили к Помпею и предложили ему обна­жить меч на защиту республики. Теперь Помпеи сбросил маску, ко­торую он носил до тех пор, и после­довал сделанному ему предложе­нию. Немедленно были призваны находившиеся в Италии войска. Как энергично ни протестовал Ку- рион против этого распоряжения, голос его пропал в шуме дикого неистовства партий.

Еще раз попытался Цезарь про­тянуть руку примирения. Он отпра­вил Куриона с письмом в сенат. Это письмо было прочитано на пер­вом заседании сената 1 января 49 года. Оно заключало в себе условия соглашения, которые со­стояли в том, что Цезарь готов был очистить Галлию по ту сторону Альп и из десяти своих легионов распустить восемь, если ему оста­вят до времени выборов консулов на 48 год Галлию по сю сторону Альп и Иллирию с двумя легиона­ми или даже одну только Иллирию с одним легионом. Тон письма был настолько миролюбив, требования были настолько умерены, что про­извели должное впечатление на сенаторов. Сенат уже склонялся на соглашение. Но такой поворот дел нисколько не удовлетворял жела­ний партии Помпея. Консул Лен- т*ул воскликнул, что больше мед­лить нельзя, что следует принять смелое решение, в противном слу­чае он и его друзья будут действо­вать самостоятельно. Помпеи через Метелла объявил, что он согласен явиться вооруженным защитником республики. Раздалось лишь не­сколько голосов, предостерегавших от поспешного и опрометчивого ре­шения, но они были заглушены криками партии войны. Было при­нято решение: «Цезарь обязан рас­пустить свое войско к назначенно­му сроку и отказаться от своего на­местничества; в противном случае он будет объявлен государственным изменником». Трибуны Марк Анто­ний и Квинт Кассий, возражавшие против этого решения, подверглись смертельным угрозам со стороны солдат Помпея и вместе с Курио- ном бежали ночью в одежде рабов к Цезарю.

Между тем Цезарь всего с одним легионом перешел из Трансальпий­ской Галлии в Цизальпинскую и прибыл в Равенну. Здесь он со­звал своих солдат на общее собра­ние. В пламенной речи Цезарь ука­зал им, как оскорбительно обраща­ется с ним сенат, что сенат превоз­носит Помпея; что Помпеи сидит в Риме, ничего не делая, в то время как он, Цезарь, с опасностью для жизни вел римских орлов от од­ной победы к другой. В конце речи Цезарь сказал, что с полным дове­рием вручает свою судьбу в руки своих солдат. В ответ на это после­довал всеобщий единодушный крик начальников и солдат, что все они готовы следовать за ним, куда бы он. их ни повел. Достигнув неболь­шой речки Рубикон, которая была границей между провинцией Цеза­ря и Италией, Цезарь долго стоял на берегу, не решаясь дать войскам приказ начать переправу. Переход границы с войском означал бы на­чало войны. Наконец со словами: «Жребий брошен!» Цезарь перешел с войском Рубикон.

47.

<< | >>
Источник: Беккер К.Ф.. Мифы древнего мира. Всемирная история.— Саратов, «На­дежда»,1995.- 720 с, ил.. 1995

Еще по теме НАКАНУНЕ ВТОРОЙ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ (47 г. до Р.Х.):

  1. Накануне Второй гражданской войны (19 г. до Р. X.)
  2. (29) СССР накануне и в начальный период второй мировой войны (внешняя политика, расширение территорий, подготовка к войне).
  3. № 58. ВТОРОЙ ТРИУМВИРАТ (Аппянн, Гражданские войны, IV, 2—3)
  4. 50) Коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны и Второй мировой войны. (18)
  5. ВОССТАНИЕ РАБОВ-РАБСКИЕ ВОЙНЫ И ВОЙНЫ ГРАЖДАНСКИЕ
  6. 49) Основные периоды и события Второй мировой войны и Великой Отечественной войны советского народа в 1939–1942 гг. (17)
  7. Македония и Греция накануне войны с Персидской империей
  8. 51) Завершающий этап Великой Отечественной войны и Второй мировой войны. Источники и значение победы стран антигитлеровской коалиции. (19)
  9. 11. Причины и ход Гражданской войны в России
  10. 31. Россия в годы Гражданской войны и иностранной интервенции. (7)
  11. 13. Ход и особенности гражданский войны в России, 1918-1922.