<<
>>

ПЕРЕСЕЛЕНИЯ КЕЛЬТОВ (К ВОПРОСУ О РОЛИ МИГРАЦИИ И ВОИН В СТАНОВЛЕНИИ РАННЕКЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА)

Как известно, для периода разложения первобытнообщин­ного строя и становления классового общества характерны переселения варварских первобытных народов и связанные с ними вторжения н войны.

Социально-экономические основания этих явлений были раскрыты К- Марксом и Ф. Энгельсом.

К. Маркс связывал эти ранние миграции варваров с харак­терным для них примитивным способом хозяйствования. Он от­мечал, что эти племена занимались в основном скотоводством и охотой и поэтому испытывали острую нужду в обширных тер­риториальных пространствах.1

Недостаточное развитие производительных сил сопровожда­лось относительным перенаселением варварских обществ, демо­графический взрыв в которых засвидетельствован целым рядом исследований. Так, например, в греческих общинах гомеровско­го периода складывалась настолько напряженная демографиче­ская ситуация, что они должны были объединяться и создавать общие опорные пункты для борьбы с соседними племенами, на­ступавшими на их границы.[84][85]

Лучшим выходом из положения было выселение избыточ­ного населения общины на новые места. Этнографические парал­лели, взятые из быта американских индейцев XIX в., подтверж­дают этот вывод. Так, по наблюдениям Л. Г Моргана, если у оседлых индейцев деревня оказывалась перенаселенной, то часть населения уходила вверх или вниз по течению той же реки и основывала новое селение.[86]

Рассматривая причины переселений варваров, К. Маркс пи­сал: «Рост численности у этих племен приводил к тому, что они сокращали друг другу территорию, необходимую для производ­ства. Поэтому избыточное население было вынуждено совер­шать те полные опасностей великие переселения, которые по­ложили начало образованию народов древней и современной Европы».[87]

В период господства первобытнообщинного строя процесс переселения племен на новые необитаемые территории, обуслов­ленный естественным ростом производительных сил, носил в основном мирный характер.[88] Однако развитие цивилизации —

отделение ремесла от земледелия, развитие обмена, рост иму­щественной дифференциации, происходивший нера-вноміфно в различных общинах,— приводит к возникновению межплемен­ных войн с целью грабежа.

Непрерывные войны такого рода становятся типичной чертой исторического быта варваров в пе­риод распада первобытнообщинных отношений. «Они варва­ры,— писал Ф. Энгельс,-—грабеж им кажется более легким п даже более почетным, чем созидательный труд. Война, которую раньше вели только для того., чтобы расширить территорию, ставшую недостаточной, ведется теперь только ради грабежа, становится постоянным промыслом».[89]

Миграции эпохи распада первобытнообщинного строя, обус­ловленные военными столкновениями племен, сопровождались, в свою очередь, ожесточенными войнами. Если мигрировавшие племена вступали на территории, входившие в состав сильных рабовладельческих государств, то, как правило, происходили большие потери среди населения племен. Энгельс писал, что в продолжительный период переселений «часто исчезали бесслед­но целые племена».[90]

Однако переселения варварских народов древней Европы этого периода имели большое историческое значение, так как они обусловили интенсификацию разложения первобытных от­ношений и становление раннеклассового общества в древней Европе. Захват новых, зачастую плодородных и богатых полез­ными ископаемыми территорий, происходивший в процессе пе­реселений, обусловил расцвет земледелия и ремесла, развитие городской жизни у недавних варваров. Следствием этого яви­лось ускоренное расслоение варварских общин, всевозрастаю­щая роль знати, захватывавшей все ключевые посты в общине, разорение массы свободных общинников, т. е. все те процессы, которые свидетельствуют об ускоренном классообразованип у первобытных народов древней Европы в период миграций.

Интереснейшим примером варварских миграций являются переселения кельтов, происходившие во второй половине I тыся­челетия до н. э. Миграции кельтов, носившие очень широкий и очень интенсивный характер, дают великолепный материал, по­зволяющий проследить историю и технику варварских пересе­лений. Этот кельтский материал представляет большой интерес, так как о миграциях большинства народов древности имеются весьма туманные сведения.

Так, о переселениях ахейцев и рим­ско-италийских племен можно строить только гипотетические предположения, миграции дорийцев окутаны легендарной дым­кой преданий, и даже восточно-славянские племена, когда они выступают из мрака историк, оказываются уже разместившими-

ся на определенных территориях и ведущими оседлый образ жизни. Кельты же двинулись в ту пору и в том регионе, кото­рый был связан с античной историей, и свидетельства античных авторов дают нам возможность исследовать различные аспекты кельтских миграций.

Античные авторы употребляли для обозначения кельтских племен три различных имени. Греческие писатели со времени Геродота называли их KeRoi. В III в. до н. э. появляется новое имя кельтов— ГяХі-гаї. Так их называет, например, Полибий в своей «Всеобщей истории». Римляне же называли кельтов галлами (galli). Все три названия являются более или менее синонимами и имеют кельтское происхождение. По мне­нию большинства современных исследователей, древние кельты были народом индоевропейского происхождения. Предыстория кельтов окутана туманом. Чрезвычайно сложным и запутан­ным является вопрос об этногенезе кельтов и о месте их перво­начального обоснования. Одінаїко данные археологии и топони­мики позволяют считать прародиной кельтов район между Ду­наем и Рейном, охватывающий территории юга и запада Гер­мании. Здесь на территории центральной Европы в конце брон­зового века развивается культура полей погребальных урн, явившаяся наследницей длинного ряда первобытных культур, сменявших одна другую на территории Европы, начиная с де­вятого тысячелетия до и. э. Носители этой культуры сжигали своих покойников и урны с пеплом хоронили на плоских кладби­щах, не имеющих насыпных холмов. Культура погребальных урн сыграла весьма важную роль в этногенезе кельтов. Она явилась тем фундаментом, на котором выросла собственно кельтская цивилизация.

С собственно кельтами связывают два последующие периода в развитии археологии первобытной Европы, представляющие европейский железный век: галыптатский период и латенский период.

Гальштатская культура получила свое название по мо­гильнику, расположенному возле небольшого городка Галыита- та в юго-западной Австрии. Она занимала обширные простран­ства— от среднего Подунавья до Пиренейского полуострова и от Адриатического моря до бассейна Одера и Эльбы. Гальштат- ский период, датирующийся временем с VIII— V в. до н. э., представляет стадию перехода от бронзы к железу на террито­рии Европы и носит название первого железного века. Носите­лей гальштатской культуры некоторые исследователи считают уже собственно кельтами,[91] другие, более осторожные, называют их еще протокельтами.[92]

Наконец, ни у кого не вызывает сомнений, что собственно кельтским является период второго железного века в истории первобытной Европы I тысячелетия до н. э. или латенский пе­риод. Он получил свое название от стоянки Латен на берегу швейцарского оз. Невшатель, где было найдено большое коли­чество железного оружия и железных орудий труда, а также множество фибул. Латенский период продолжался с 500 г. до н. э. до I в. до н, э., когда кельтские территории были захваче­ны римлянами или германцами.

История кельтов, засвидетельствованная письменными ан­тичными источниками, начинается с конца гальштатского пери­ода. По свидетельствам античных авторов (Liv., V, 34; Caes., В. G., VI, 24), в исторические времена центром кельтского мира была Галлия, хотя, как мы видели, данные лингвистики и ар­хеологии показывают, что не она была местом первоначального расселения кельтов.

Различные исследователи высказывают различные точки зрения по поводу того, когда кельты появились на территории Галлии. По мнению А. Юбера, медленное, вековое продвижение кельтов из южной Германии во Францию происходит в конце бронзового века.[93][94]

А. Гренье считает, что завоевание кельтами Галлии происхо­дило в несколько этапов. Первая волна протокельтов появилась на территории Франции около 1500 г. до н. э., вторая — около 1000 г. до н. э. Одним из важнейших периодов заселения кель­тами Франции является время между 800 и 500 гг.

до н. э., т. е. эпоха гальштата. По мнению А. Гренье, это заселение было не нашествием огромных полчищ мигрирующих народов, а, скорее, медленным просачиванием небольших групп, следующих друг за другом, обгоняющих друг друга и продвигающихся все дальше.*1

К- Жюллиаи и Дарбуа де Жюбснвилль датируют прибытие кельтов в Галлию более поздним временем. К- Жюллиан пола­гает, что кельты появились на территории Галлии около 500 г. до и. э.[95][96] Дарбуа де Жюбснвилль помещает первое обоснование кельтов в Галлии между 700 и 500 гг. до н. э., приблизительно около 600 г. до н. э.

С этим последним предположением согласуется сообщение Тита Ливия (V, 34), по которому во времена Тарквиння Древ­него, т. е. около 600 г. до н. э., Галлия подчинялась царю кельт­ского племени битуригов Амбигату и была богатой и густонасе­ленной страной.

Внешняя история независимых кельтов была историей их миграций и завоеваний. Страбон (IV, 4, 2) говорил о кельтах, что они имеют привычку, когда на них нападают, собирать все, что у них есть, и отправляться на поиски Более надежного местопребывания. Они являются в основном мигрирующим народом.

А. Гренье[97] связывает миграции кельтов с древним индоев­ропейским обычаем «священной весны» (ver sacrum). В тот мо­мент, когда новое поколение достигало мужского возраста, оно должно было покидать племя и отправляться искать счастья в других местах под предводительством бога, которому оно бы­ло посвящено. Повторяемая в течение веков «священная весна» замечательным образом способствовала рассеянию индоевро­пейцев. Они заселяли обширные земли, которые примитивные земледельцы считали до тех пор неблагоприятными. Сначала они занимали их стадами. Затем, используя своих животных, они обрабатывали эти земли, изобретая плуги с колесами, ме­ханические жатки, о которых говорит (Плиний (Н. N. XVIII, 48, 172; 296), унав-ожіиваіние >и иэвес-гкювжи'е земель. Одна­ко, как мы видели, причины переселений кельтов так же, как и других варварских народов, полнее всего были раскрыты К.

Марксом и Ф. Энгельсом.

Тит Ливий (V, 34) рассказывает о двух исторических при­мерах кельтских миграций, центром которых была Галлия. Это были два отряда, отправившиеся из Галлии под командованием Белловеза и Сеговеза, племянников царя Амбигата. Сеговез отправился на восток — к Геркинскому лесу и долине Дуная, а Белловез на юг — по направлению к Италии.

Более удачливым оказался отряд Белловеза. Правда, снача­ла галлам пришлось совершить тяжелый переход через Альпы. Однако, когда они спустились вниз, перед ними оказалсь бога­тая и плодородная страна. Это была Циркумпаданская об­ласть, которой владели тогда этруски.[98] Кельты разрушили

большой этрусский город Мельп около 396 г. до н. э. (Polyb. 17 и ел.; Plin., N. Н., III, 125).

Другие кельтские племена во главе с другими вождями при­соединились к Белловезу: пришли ценоманы, предводительст­вуемые Элитовием (Liv., V, 35, 1), затем бойи и лингоны (Liv., V, 35, 2) и, наконец, сеноны (Liv., V, 35, 3). Переправившись на плотах через рекуПо(Раоі0ти.—Athen. VI, 25; Strabo, VII, 3, 2; 5, 12; Scor- disci— Justin., XXXII, 3, 8) c центром в Сингидуне (Белг­рад).

Другая часть отрядов Бренна проникла в Боснию и во Фра­кию и основала кельтское царство, центрами которого были Ратиария и Дуростор-Силистра на Дунае, Новиодун в Добруд- же. Хотя многие народы, жившие рядом с кельтами в дунайской области, сохранили свои позиции (рэты — в Альпах, иллирий­цы— на среднем Дунае и в Далмации, карпы — на верхней Ти­се, даки — в Семиградье), но все они подверглись сильному кельтскому влиянию.[101]

Еще до похода на Дельфы от войска Бренна отделился от­ряд примерно в 20тыс. человек (Liv. XXXVIII, 16, 1—2; Justin. XXV, 1,2) Поблуждав по Фракии (Liv. XXXVIII, 16,3; Justin., XXV, I и 2), он отправилоя в Азию (Liv., XXXVIII, 16, 4; Memnon, 19 и 23) Царь Внфинип, вечно воевавший со своими соседями, пригласил это кельтское войско, чтобы ис­пользовать его в своих целях (278 г. до н. э.) (Liv., XXXVIII, 16, 8). Кельты переправились через Геллеспонт и Боспор.

Оказавшись в Малой Азии, кельты начали грабеж. Перед ними дрогнули даже Милет н Эфес. Азиатская Греция, богатая, изнеженная и раздробленная, полагала, что настал последний час для ее городов, святилищ, сокровищ (Liv., XXXVIII, 16, 10; Memnon, 22 п 24; Justin. XXV, 2, 10; Paus., X, ЗО, 9 и 32, 4):

кельты стояли лагерем на развалинах Трои (Hegesianax ар. Strab. ХНІ, 1, 27).

В конце концов азиатские греки сумели избавиться от них, не столько одерживая победы, сколько уступая им земли. Око­ло 270 г. до и. э. Антиох Сотер, нанесший кельтам поражение (Lucian, Zeuxis, 8—11; Appian. Syriaca, 65), поселил нх на р. Галис и на соседних территориях в той области, где в на­стоящее время находится столица Турции Анкара. Эта область с тех пор стала называться Галатией, потому что галатами на­зывали кельтов, совершавших набеги в Малой Азии. Мало-по­малу малоазийские греческие города и цари воспрянули духом и блокировали галатов в занятой ими области. Наконец, в 244 г. до н. э. они были разбиты пергамским царем Атталом I и его союзником Селевком (Liv., XXX11I, 21, 3; XXXVIII, 16, 14; Strabo, XIII, 4, 2; Polyb., XVIII, 24, 7; Pausan. 1, 4, 5; 8, 1), После этого они оказались сначала под пергамской, а потом со времени Августа под римской властью.

Экспансия кельтов не ограничивалась только южным и вос­точным направлением. Она шла еще по двум; на запад — в Ис­панию и на северо-запад—к Британским островам. К. Жюлли- ан высказал предположение, что по двум последним направле­ниям кельты послали отряды своей молодежи примерно в то же время, что на юг и на восток,[102][103] К- Жюллиап ошибся. Как мы видели, южный и восточный походы кельтов начались около 400 г. до и. э. Письменные же источники засвидетельствовали пребывание кельтов на территории Испании, относящееся к бо­лее ранним временам.

Так, Геродот (II, 33; IV, 49) в двух отрывках, написанных между 445 и 432 гг. до н. э. при использовании источников еще более ранних, сообщает, что кельты живут за Геракловыми столбами по соседству с кинетами, которые являются самым за­падным народом Европы. Кинетов помещают на юге Порту­галии,30 а кельтам остается Пиренейский полуостров. Немного времени спустя после Геродота автор перипла, который исполь­зовал Авиен в своем сочинении «Ога marilima», давая перечень племен, живущих «к северу от кинетов», упоминает ряд кельт­ских племен; цемпсов и сефов на западе и берибраков вблизи северо-восточного побережья (Avien., Ога maritima, 195 и сл.).

На Пиренейском полустрове имеется большое число кельт­ских топонимов. Это названия, оканчивающиеся на -briga: Sego- briga (Сегорб), Laccobriga (Лагос) и т. д. [104] Область распро­странения кельтских топонимов в Испании совпадает с района­ми так называемой постгальштатской культуры и показывает,

что в V веке до н. э. и позже кельты жили в Испании в Мазетс и на атлантическом побережье.[105]

Некоторые исследователи полагают, что продвижение кель­тов на территорию Испании началось гораздо раньше V в., еще в период культуры полей погребальных урн, Бош-Гимпера счи­тает, что протокельты появились в Испании в 1000—900 гг, до н, э.[106] По мнению же В. Мегоу, это произошло около VIII в. до н. э.[107]

Миграция кельтов на Британские острова представляет еще более сложную проблему. Она проходила в несколько этапов. Лишь самый последний из них засвидетельствован античными авторами. Предшествующие этапы прослеживаются в основном археологически, а также с помощью данных лингвистики.

Археологи заметили, что на Британских островах в конце первого периода бронзового века, т. е. около 1500 г. до н. э., произошла радикальная трансформация цивилизации и особенно погребальных сооружений. Длинные курганы (long barrows), отмеченные на поверхности целыми аллеями ощетинившихся камней, были заменены круглыми (round barrows), которые аналогичны современным курганам прирейнской и дунайской Европы. Погребальный инвентарь британских round barrows тот же самый, что и континентальных курганов второго бронзо­вого века. На этом основании некоторые исследователи относят к 1500 г. до н. э. первую волну протокельтского завоевания Бри­танских островов.[108] Эту точ-ку зрения не разделяют исследова­тели, отрицающие возможность кельтского нашествия в столь раннее время.[109]

Имеется предположение, что первая волна протокельтов по­явилась на Британских островах около X в до н, э., когда в районе устья Темзы появляются бронзовые мечи среднерейн­ского типа,[110][111] Эта первая миграция представляет экспансию культуры полей погребальных урн из северной Франции. Вто­рая волна кельтского вторжения в Англию относится к 750 г. до н. э.23 Третья волна кельтов прокатилась по Англии в конце гальштатского периода — в середине VI в. до н. э. Это были но­сители железного века А в Британии.

В латенское время на островах поселяются многие племена кельтов: думноны в Корнуэлле, дсбуны па верхней Темзе, ордо-

вики в Уэльсе и другие группы бриттов в Ирландии и Шотлан­дии. Племена с латенской культурой вторгаются в Британию в середине Ill в. до н. э. Культура этих племен в Британии обозначается как железный век В. Носителей ее иногда назы­вают «марнианцами», так как их первоначальным местом пре­бывания был район Марны во Франции.[112]

Последний этап кельтского завоевания Британских островов, относящийся к последнему веку до н. э., засвидетельствован и археологически и на страницах «Записок о Галльской войне» Цезаря (В. G., V, 12) Это были различные племена белгов. Кантии поселились юго-восточнее современного Лондона в Кен­те, катуїв-елаоньї—•с-еверо-зата.днее,

<< | >>
Источник: ГОРОД И ГОСУДАРСТВО В ДРЕВНИХ ОБЩЕСТВАХ. Межвузовский сборник. ЛЕНИНГРАД. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЛЕНИНГРАДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 1982. 1982

Еще по теме ПЕРЕСЕЛЕНИЯ КЕЛЬТОВ (К ВОПРОСУ О РОЛИ МИГРАЦИИ И ВОИН В СТАНОВЛЕНИИ РАННЕКЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА):

  1. ГЛАВА III ПИРЕНЕЙСКИЙ ПОЛУОСТРОВ В ЭПОХУ СТАНОВЛЕНИЯ РАННЕКЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА И ГОСУДАРСТВА
  2. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ РАННЕКЛАССОВЫХ ОБЩЕСТВ (город и государство). Под редакцией Г. Л. Курбатова, Э. Д. Фролова, И. Я. Фроянова. Издательство Ленинградского университета, 1986г., 1986
  3. К ПРОБЛЕМЕ ГОРОДА И ГОСУДАРСТВА В РАННЕКЛАССОВОМ 11 ФЕОДАЛЬНОМ ОБЩЕСТВЕ
  4. (12) Становление индустриального общества в России: общее и особенное.
  5. 2.2. Становление человеческого общества, возникновение присваивающего хозяйства (3–5 млн лет до н.э. – V–IV тыс-е до н. э.)
  6. Проблема становления Ольвии как города и полиса относится к числу важнейших и еще не решенных в науке вопросов.
  7. № 64. ТРИУМФ ОКТАВИАНА ПО ОКОНЧАНИИ ГРАЖДАНСКИХ ВОИН (Вeтлит Патеркул, II, 89)
  8. Кельты
  9. 1. КЕЛЬТЫ
  10. Славяне накануне массовых миграций
  11. Глава 10 КОНТИНЕНТАЛЬНАЯ ЭКСПАНСИЯ. КЕЛЬТЫ