<<
>>

ГЛАВА XVII ЕГИПЕТ ПОЗДНЕГО ВРЕМЕНИ

ние не только в армии и в военном управлении, но также и в стране. Они стали командовать гарнизонами в крупнейших крепостях Северного Египта и вскоре укрепились в качестве начальников в ряде крупных городов, в частности в Гераклео- поле.

Один из ливийских военачальников, Шешонк I, захватил
царскую власть и основал XXII династию.

Хотя Египет и переживал время упадка по­

Экономика и общественный строй литического влияния по сравнению с блсс- тящим расцветом Египетского государства предшествующих времен,

жизнь в стране не замерла. Большое зна-

Продолжительные войны, которые фараоны XVIII—XIX ди­настий вели в Передней Азии, в особенности большая война с хеттами, привели страну к упадку. Некогда могущественное Египетское государство стало распадаться на отдельные части. Фиванские первосвященники, захватившие в свои руки цар­скую власть, в начале XI в. до н. э. образовали теократическое государство в Южном Египте с центром в Фивах. Хотя верхов­ные жрецы и претендовали на господство во всей стране, они не смогли удержать в повиновении Дельту, где образовалось не­зависимое государство с центром в Танисе. Египет, ослаблен­ный внутренней борьбой, вскоре стал добычей иноземных завое­вателей, ливийцев, которые в качестве наемников проникли в Египет и в египетскую армию. Их вожди, командовавшие обо­собленными и многочисленными отрядами ливийцев, входив­ших в состав египетского войска, заняли влиятельное положе­чение имел дальнейший прогресс в области металлургии, вы­теснившей технику обработки камня. С большим мастерством в эту эпоху, судя по многочисленным памятникам материаль­ной культуры, делали египтяне самые различные предметы из бронзы, в частности изящные статуэтки, инкрустированные тонкими серебряными и золотыми нитями.

Статуэтки египтян­

ки и царицы Каромамы, относящиеся к ливийско-эфиопской эпохе, являются прекрасными образцами этой сложной инкру­стационной техники. Возможно, что для инкрустаций пользо­вались также и платиной. Найденный в Танисе серебряный саркофаг царя Пасебхана и 9 серебряных сосудов, а также об­наруженные там же несколько позднее серебряный гроб и 4 ма­леньких серебряных гроба и замечательные золотые маски Па- себхана и Шешонка свидетельствуют о замечательных дости­жениях в области художественной обработки драгоценных ме­таллов. Римский писатель Плиний сообщал, что «египтяне окрашивали серебро». Весьма возможно, что он имел в виду применение черни, на что указывает небольшой бронзовый ящичек XXV династии, украшенный чернью. Статуэтки, со­суды, оружие делаются почти исключительно из металла. Брон­за постепенно вытесняется железом, которое доставляют в Еги­пет из Передней Азии, а может быть, из района Эгейского мо­ря. При раскопках города Джерара в Южной Палестине, неда­леко от границ Египта, были найдены железоплавильные печи, а также орудия и оружие, сделанные из железа. В самом Егип­те было обнаружено много железных предметов. В Фивах на­шли шлем и целый набор инструментов оружейника. Судя по ассирийской форме шлема, эти железные предметы относятся ко времени завоевания Египта ассирийцами. В могиле Шешон- ка, фараона XXII династии, найдено железное «священное око», вправленное в золотой браслет, и железный подголовник. Жолозныо орудия и железное оружие — ножи, топоры, долота, мотыги, скребки и наконечники стрел — обнаружены в разва­линах Дафнэ и Навкратиса, относящихся к VII в. до н. э. Осо­бенно интересно то, что в Навкратисе были открыты остатки мастерской по выплавке железа (VI в. до н. э.).

Высокого развития достигло и ткацкое дело. Возникли осо­бые центры текстильного производства, например Ахмим, а впоследстви Мемфис. Прядильщики и ткачи были объединены в особые замкнутые профессиональные группы, напоминаю­щие цехи. Существовал даже особый культ богини ткацкого дела Таит и срєдноогипотскогобога ткацкого дела по имени Хедж-хетеп (Белый доволен).

Была известна техника окраши­вания тканей (сохранились шерстяные окрашенные ткани, от­носящиеся к VII—III вв. до н. э.). Большого совершенства дос­тигло фаянсовое производство. Из фаянса делали разнообраз­ные предметы домашнего обихода, украшения и статуэтки, до­стигающие 25 см высоты. В особенности интересна техника изготовления фаянса с третьим дополнительным слоем, а также твердого стекловидного фаянса со свинцовой глазурью. К пред­метам роскоши, которые изготовлялись для богачей и для вы­воза за границу, относятся и различные благовония и умаще­ния. В это время умели делать особое масло из белых лилий,

которое, в частности, служило для помазания чиновников при назначении их на должность.

Можно проследить по документам дальнейшее развитие и усложнение торговли. В Египет все чаще прибывают иноземные торговцы. Египтяне, как и прежде, вывозят из Палестины и Финикии необходимые им товары. В «Отчете о путешествии Уну- Амона в Сирию» подробно описывается покупка в Библе дере­ва для постройки священной ладьи бога Амона. В этом лите­ратурном произведении рассказывается, как египтяне в период XXI династии вели торговлю с Финикией. Множество судов шло из Сидона в Дельту Нила, в город Танис и поддерживало торговлю с неким Баркетелем, очевидно, крупным финикий­ским торговцем. Наряду с широкой внешней торговлей сущест­вовала и мелкая розничная торговля. В папирусе Лансинга го­ворится о доставке товаров из Финикии и в то же время опи­сывается тяжелая участь торговцев, которые плывут вниз и вверх по реке, перевозя товары «из одного города в другой». Очевидно, в данном случае имелся в виду мелкий розничный торговец, который не был особенно обеспеченным и в значитель­ной степени страдал от притеснений таможенных чиновников. Начиная со времени XXI—XXII династий, товары при торго­вых операциях обменивались на серебро, которое имело форму слитков. Серебро в документах этого времени носит название «отлитого» или «очищенного». Очевидно, государство уже пы­талось установить весовые серебряные деньги стандартного ти­па и заботилось о сплаве этого серебра, что давало возможность государственной власти регулировать внутреннюю торговлю.

В некоторых документах XXI династии фиксируется продажа рабов, земельных участков, зерна, ладана и мирры. Все эти товары продаются на серебро. Деловые документы XX динас­тии указывают на значительный рост цен на зерно, что объяс­няется хозяйственным и политическим кризисом. Но цены на землю были очень низкими — арура земли (2735 м2) продава­лась за 1 дебен (91 г) серебра.

Характерным для этой эпохи является развитие торговых взаимоотношений со странами, расположенными к западу от Египта, в частности с западными оазисами эль-Харге, эль- Дахле и Сива. В одной надписи времени фараона Шешонка го­ворится об организации орошения и управления в оазисе эль- Дахле. Как этот оазис, так и оазис эль-Харге подчинялись од­ному общему правителю, который, очевидно, был ливийцем. Первые крупные египетские постройки в оазисе Сива были воз­ведены при фараоне Амазисе. Очевидно, через оазис Сива про­ходил один из больших торговых путей, который вел из Египта на запад. Возможно, что именно в эту эпоху египтяне стали прокладывать первые торговые пути в Кирену и еще далее на запад — в Карфаген. Находки разнообразных египетских изде-

лий этого времени на северном побережье Африки, и в част­ности в Карфагене, ясно указывают на то, что египетская тор­говля со странами Средиземноморья в эту эпоху особенно уси­ливается.

Развитие торговли способствовало дальнейшему имущест­венному и классовому расслоению. Все большее количество богатств сосредоточивалось в крупных храмовых владениях и в руках отдельных богачей, главным образом чиновников и жрецов. В документах позднего времени говорится о продаже рабов, причем иногда указывается их иноземное происхожде­ние (сириец). Поскольку ослабление страны не давало возмож­ности египетским фараонам этого времени вести завоеватель­ные войны, иноземные рабы все в меньшем количестве попа­дают в Египет, что приводит к повышению стоимости рабов. В эпоху XIX династии рабыня продавалась за 4 дебена 1 ките серебра (373,1 г), а в период XXI династии стоимость раба до­стигла 20 дебенов серебра (1820 г).

Храмы, жрецы, крупные чиновники и купцы сосредоточили в своих руках большое коли­чество земель. Богачи скупают земли у крестьян, что приводит к дальнейшему распаду сельских общин и разорению мелких собственников как в деревне, так и в городе. Все больше укреп­ляется представление о частном землевладении, постепенно пе­реходящем в право частной земельной собственности. Богатые аристократы завещают земельные владения, целые поместья своим детям. Так, например, Иувалот, сын Осоркона III, зани­мавший должность верховного первосвященника храма Амона в Фивах, указывает в своем завещании, что он оставляет в на­следство своему сыну поместье размером в 556 арур {1520,66 га). В этом же завещании точно указывается, у кого были куплены эти земли, причем оказывается, что они были скуплены Иувалотом, главным образом у землевладельцев, во­инов и горожан. Иногда скупка земель превращалась в откро­венный захват крестьянских владений богачами или царским дворцом. В документе времени XXII династии один жрец жалу­ется на незаконный захват у него колодца и, очевидно, приле­гающего к нему земельного участка. Сохранилось много доку­ментов ливийской и саисской эпохи, в которых фиксируется продажа земельных участков самых различных размеров (2,10, 33 и 100 арур). Этот же факт находит свое отражение и в худо­жественной литературе. В «Поучении Аменемопе» автор гово­рит: «Не удаляй пограничного камня с границ поля... Не стре­мись к захвату локтя земли и не нарушай границы (земельного участка) вдовы».

Сосредоточение больших земельных владений в руках от­дельных богачей и разорение общинников, потерявших свои земельные наделы, приводит к развитию арендных отношений. В том же «Поучении Аменемопе» упоминается человек, «кото­

рый раздает людям земельные участки в аренду». В демотиче­ских текстах сансского времени содержатся интересные сведе­ния об аренде земельных участков, особенно распространенной среди храмовых земледельцев. Жестокая эксплуатация ра­бов и бедняков, разорение и ограбление некогда свободных об­щинников приводили к восстаниям.

Документы, сохранившие­ся от этого времени, глухо упоминают об острых формах клас­совой борьбы. Так, Шешонк I (941—920 гг. до н. э.) посылает одного чиновника, начальника округа, для установления по­рядка в оазисах, где произошло восстание, очевидно, в связи с незаконным захватом крестьянских земель. В большой над­писи Осоркона, первосвященника храма Амона, описывается крупное восстание, происшедшее в царствование Такелота, ког­да «годы проходили в борьбе и каждый схватывал своего сосе­да». В 570 г. до н. э. в Египте вновь вспыхивает восстание, во главе «мятежников» становится Яхмос, который свергает фа­раона Априя (Уах-иб-Ра) и захватывает в свои руки царскую власть.

В обстановке острой социальной борьбы некоторые цари пытаются смягчить чрезмерно обострившиеся классовые про­тиворечия. Греческие историки сохранили воспоминания о ца­ре Бокхорисе (по-египетски Бакнеренеф, 732—726 гг. до н. э.), который запретил частным лицам обращать в рабство егип­тян — несостоятельных должников и разрешил свободную про­дажу земли. Египетский царь Яхмос II (Амазис), по словам Геродота, «издал для египтян закон, по которому каждый егип­тянин обязан был ежегодно указывать областному начальнику все свои средства к жизни; тот, кто этого не сделает или кто не может показать, что он живет законными средствами, наказы­вался смертью». Геродот при этом отмечает, что греческий реформатор Солон заимствовал этот закон у египтян и что «Еги­пет наслаждался (в это время) полным довольством». Грече­ский историк изображает Яхмоса II как социального реформа­тора, который провел ряд реформ, имевших своей целью огра­ничить произвол богачей.

Характерной чертой общественного строя этого времени яв­ляется наследственность должностей и профессий и образова­ние в силу этого замкнутых общественных групп жрецов, вои­нов и некоторых ремесленников. Вслед за жрецами, которые выделились в замкнутую социальную группу и сосредоточили в своих руках крупные поместья и богатства начиная с XXII династии, образуется замкнутая группа воинов, которые полу­чают от царя земельные наделы. Военные колонисты селятся главным образом в Дельте. Способствуя обособлению и усиле­нию таких социальных групп, государственная власть стреми­лась укрепить рабовладельческое общество и государство, ко­

торое в результате резкой классовой борьбы начинало давать все более глубокие трещины.

Завоевание Египта ливийцами

лись изображения

Древнего Царства

Ливийцы издавна населяли области, при­легающие с запада к Дельте и к северной части Нильской долины, а также западные оазисы. На многих памятниках сохрани- ливийцев, которых египтяне со времени обычно изображали в их национальной одежде и с их типичными головными уборами. В течение дол­гого времени египтяне воевали с этими независимыми и куль­турно отсталыми племенами. В эпоху расцвета Египта в пери­од Нового Царства много ливийцев поселяется в Египте. Фара­оны берут их на военную службу в качестве наемников и дают им земельные наделы, главным образом в Дельте. Особенно усиливается приток ливийцев в Египет во время XX—XXI ди­настий, когда Египет уже не в силах выставлять большие ар­мии и принужден все в большей степени использовать отряды наемников. Некоторые из знатных ливийцев занимают круп­ные военные и гражданские должности, получают звания жре­цов. В надписи одного ливийского военного командира и перво­священника бога Хершефи в Гераклеополе приводится его ро­дословная в течение 15 поколений, из которой видно, что его предок Буювава, очевидно, во время жреческой XXI династии поселился в Гераклеополе. Его потомки занимали должности «великих вождей» ливийских войск и жрецов гераклеополь- ского храма. Один из представителей этого знатного ливийско­го рода породнился с царской семьей. Его внук Шешонк захва­тил царский престол и основал XXII династию.

Фараоны ливийского происхождения были принуждены не только считаться с фиванским жречеством, но в значительной мере на него опираться. Цари новой династии роднятся со ста­рым царским домом и назначают своих сыновей фиванскими первосвященниками. Основатель ливийской династии Ше­шонк I был энергичным правителем. Опираясь на силы ливий­цев и фиванского жречества, он объединил весь Египет и сделал попытку возобновить активную внешнюю политику в Азии. Изобразив себя в качестве продолжателя деятельности вели­ких фараонов XVIII—XIX династий, он воздвиг в Фивах, в Карнакском храме, «двор Бубастидов» и большой пилон. Со­хранившиеся здесь изображения и надписи повествуют о побе­дах Шешонка в Палестине. Особенно интересно большое изо­бражение бога Амона, ведущего на привязи 156 азиатских пленников, которые, судя по надписям, должны символизиро­вать палестинские города, захваченные египетскими войсками. В этом перечне городов древней Палестины сохранился ряд хо­рошо известных названий, как, например, Таанаха, Шунема, Бет-Шана и Мегиддо. Чтобы укрепить свою династию, Шешонк

делает столицей своего государства город Бубастис в Дельте, от которого его династия и получила название Бубастидов. Благодаря близости Бубастиса к Пелузийскому и Танисскому рукавам Нила и к долине Вади-эль-Тумилат, этот город уже в период Нового Царства получил большое торговое и политиче­ское значение. Все экспедиции, посылавшиеся за бирюзой и медной рудой, и военные экспедиции в Азию проходили через Бубастис.

В течение своего царствования (941—920 гг. до н. э.) Ше- шонк I всячески стремился укрепить Египетское государство. Он построил крепость около Фаюма. На левом берегу Нила, против острова Хибе, были обнаружены развалины крепости с рельефами и надписями времени Шешонка. Свои победы над иноземными народами и свой военный триумф Шешонк уве­ковечил и на стенах храма в Хибе, где изображены иноземные пленники, пригнанные им в Египет. Шешонк украсил больши­ми постройками и город Танис в Дельте, который в эту позд­нюю эпоху достиг своего расцвета. В Танисе Шешонк воздвиг большие монументальные ворота, состоящие из двух массив­ных башен, фасады и амбразуры которых украшены барелье­фами, изображающими Шешонка, выполняющего религиозные обряды перед египетскими богами. Так ливийский вождь, во­царившийся над Египтом, всячески стремился изобразить себя в качестве подлинного наследника египетских фараонов, свято исполняющего все их обязанности. В 1938—1939 гг. в Танисе была обнаружена нетронутая гробница Шешонка и в ней был найден саркофаг из электрума (сплав золота с серебром) с хо­рошо сохранившейся мумией фараона, лицо которого было по­крыто роскошной золотой маской.

Преемники Шешонка уже не имели реальной возможности для достойного продолжения его деятельности. Усиление Ас­сирии принуждает фараонов XXII династии замкнуться в пре­делах нильской долины и Дельты. Чувствуя угрозу ассирийско­го нашествия, Осоркон II оказывает некоторую поддержку коалиции сирийско-палестинских царьков и правителей, высту­пивших против ассирийского царя Салманасара. В ассирий­ских надписях упоминаются «1000 мусри» (египтян), которые сражались против ассирийцев во время битвы при Каркаре в 854 г. до н. э. Раскопки в Самарии подтвердили, что Осоркон II пытался установить некоторые связи с Израилем. Но эти попытки не могли дать серьезных результатов. Острая внутрен­няя борьба разрывала страну на части, особенно она разгоре­лась при Такелоте II. В результате государство стало посте­пенно распадаться на части, управляемые независимыми маленькими властителями, военными командирами, происхо­дившими от ливийских военачальников, или первосвященника­ми. Воспоминания об этом времени смут и распада государства

сохранились в «Сказаниях из цикла царя Петубаста». Гречес­кие историки называли это время «додекархией», т. е. правле­нием 12 царей. Фараоны ливийского происхождения даже в своих официальных надписях принуждены были признавать, что далеко не вся страна им подчинялась. Осоркон II в надписи на своей статуе выразил скромное для египетского фараона по­желание, чтобы «его потомство, вышедшее из его чресл», пра­вило бы в Египте и чтобы его признали, «склонив перед ним свое сердце», первосвященники Амона-Ра, царя богов, великие вожди Ма (машуашей, т. е. ливийцев.— В. А.) и жрецы Херше- фи. Объединение ливийских командиров и высшего жречества Верхнего и Нижнего Египта было постоянной политической за­дачей ливийских фараонов, которую они полностью выполнить не сумели. Раскопки в Танисе, произведенные французским ар­хеологом П. Монтэ, обнаружили целый ряд построек и царский некрополь, в котором сохранились роскошные погребения фа­раонов ,этого времени.

Нубийцы издавна населяли области к югу Завоевание Египта от 1-го порога Нила. Со времен Древнего эфиопами Царства египетские фараоны совершали

опустошительные походы в Нубию с целью захвата добычи, рабов, разнообразного сы­рья, ценностей, скота и завоевания земель. При фараонах XVIII династии Нубия вплоть до 4-го порога была прочно завоевана египетскими войсками. Цари XIX династии, продолжая завое­вательную деятельность своих предшественников, принимали ряд мер к укреплению власти Египта в Нубии. Стремясь подчи­нить Нубию, они строили в ней города, крепости и храмы. Про­никновение египтян в Нубию привело к тому, что высшие слои нубийского населения в значительной степени восприняли еги­петскую культуру. В период ослабления Египта при жреческой XXI и XXII династиях Нубия стала самостоятельной. Однако правители Нубии находились под столь сильным культурным влиянием Египта, что называли себя египетскими фараонами и составляли надписи на египетском языке. В своей столице Напата у склонов священной «горы Амона» Джебель-Баркал они поклонялись верховному богу Египта, которого они назы­вали «золотым» в честь главных своих сокровищ — «золотых рудников», некогда принадлежавших фиванскому храму Амо­на. Правящие круги Нубии были особенно тесно связаны с фи­ванским жречеством храма Амона. Весьма возможно, что в Ну­бии в начале VIII в. до н. э. образовалось независимое государ­ство с центром в Напата, Это государство все еще находилось под сильным культурным влиянием Египта. Нубийских царей хоронили по всем обрядам египетской религии, снабжая мумии умерших по примеру египтян статуэтками богов, амулетами и скарабеями. Даже простых людей хоронили по египетским об-

Нубийская корона

рядам, как это показали раскопки некрополя к востоку от На- паты. Неудивительно, что нубийские цари этого времени, поль­зуясь ослаблением Египта во время господства ливийцев, стре­мились укрепить свои давнишние связи с Египтом, в первую очередь с фиванской областью и богатым фиванским жречест­вом, чтобы постепенно внедриться в Верхний Египет и начать борьбу за захват всей Нильской долины. Пианхи, сын эфиоп­ского вождя Кашты, живший во второй половине VIII в. до

н. э., очевидно, продолжавший политическую деятельность сво­его отца, сделал энергичную попытку завоевать Египет, как это ясно из его большой надписи, найденной в Напата и ныне хра­нящейся в Каирском музее. Судя по этой ценной исторической надписи, главным соперником Пианхи был саисский князь Теф- нахт, который сумел объединить вокруг себя не только области Дельты, но и других частей Египта. Считая себя законным на­следником египетских фараонов, Пианхи называл себя «царем, живым образом бога Атума... благим богом», а Тефнахта — «вождем запада» и правителем одной из областей Средней Дельты. Пианхи в своей надписи изображает себя освободите­лем Египта от Тефнахта, который «двигается на юг во главе многочисленного войска». Отвечая на призыв египетских кня­зей и военачальников, Пианхи выступил против Тефнахта и одержал ряд побед над его войсками. В результате этого Пиан­хи захватил Фивы, подступил к Мемфису и штурмом взял этот сильно укрепленный город Нижнего Египта. Завладев всем Египтом, Пианхи загнал Тефнахта в прибрежные болота, при­нудил его к капитуляции и объявил себя фараоном объединен­ного Египта. Далее он совершает торжественные церемонии в Фивах и просит Амона, чтобы он дал возможность нести его образ во время торжественной процессии, совершавшейся в Фивах в день празднества Опет.

Преемники Пианхи укрепили свою власть в Египте. Шабака возобновил строительную деятельность египетских фараонов. Следы этой деятельности сохранились в Фивах, в Дендера, в Мемфисе, Атрибисе и Буто. Один из его преемников Тахарка был принужден защищать Египет от ассирийских войск. В над­писи, относящейся к 6-му году царствования Тахарки, он изо­бражен подлинным египетским фараоном, который «проводит день и проводит ночь, думая о том, что полезно для богов, что­бы восстановить их храмы, которые разрушались, чтобы высечь их статуи, наполнить их амбары, снабдить их жертвенники и принести им жертвы всякого рода». Подчеркивая свою полез­ную деятельность, Тахарка с гордостью говорит, что «эта стра­на была изобильной в его время, подобно тому как она была во времена «владыки всего» (Озириса.—В. А.). Каждый спал дол­го по утрам, не говоря по всякому поводу: «О, если бы я это имел!» Истиной руководились при управлении, а ложь была пригвождена к земле». Стремясь опереться на египетское жре­чество, Тахарка воздвиг целый ряд храмов. В Карнаке (в Фи­вах) он построил роскошную колоннаду. Остатки строительства его времени сохранились в Эдфу и в Танисе. Танис, и раньше получивший большое значение, стал резиденцией Тахарки бла­годаря своему важному стратегическому положению. Тахарка пытался вести активную внешнюю политику в Азии, поддержи­вая сиро-финикийских князей против Ассирии. Однако Тахар-

ке не удалось предотвратить вторжения ассирийцев в Египет. В 671 г. до н. э. Ассархаддон завоевал Египет и обратил Тахар- ку в бегство. При Ашшурбанипале Египет дважды подвергался опустошительным нашествиям ассирийских войск. Но Ассирия уже находилась на закате своего могущества. Ашшурбанипал, чтобы удержать свою власть над Египтом, должен был опи-

раться на совороогипотскую аристократию, противопоставляя оо эфиопским

царям.

Объединение Египта сансскими правителями

В Саисе начиная с 635 г. до н. э. правил Псамтик, потомок Тофнахта, происходив­ший из ливийского аристократического рода . Опираясь сперва на Ашшурбанипала и буДучи верНЫМ союзником ассирийцев, он сумел объединить под своей властью

весь Египет и основать новую XXVI династию, получившую название саисской по имени города Саиса, ставшего столицей страны. При фараонах этой династии Египет снова достиг не­которого процветания. Это было последним и на этот раз крат­ким и слабым расцветом египетской независимой государст­венности и культуры.

В саисскую эпоху получила большое развитие внешняя тор­говля Египта. При фараоно Нохо были предприняты работы по сооружению канала, соединявшего Нил с Красным мором, что должно было установить непрерывный водный путь из Египта в Нубию и ещо дальше в страну Пунт. Геродот расска­зывает, что Нохо приказал построить флот как на «северном», т. о. Средиземном, так и на Красном морях, и что по приказу фараона финикийские моряки совершили плавание вокруг Аф­рики, которое длилось три года и увенчалось успехом. Египет­ские надписи подтверждают факт возобновления торговых свя­зей Египта со странами Восточной и Внутренней Африки. В Фивах были обнаружены плиты с изображением кораблей, везущих нубийские товары в Египет. Во главо этой флотилии находился корабль Амона, которым командовал египетский «начальник кораблей» Самтауи-Тофнахт, живший при Псамти- ке I. Около Абу-Симболя была найдена греческая надпись, в которой говорится, что египетские войска, среди которых были и грочоскио наемники, поднялись «выше Коркиса». Очевидно, это была военная экспедиция в Нубию, предпринятая при Псамтико II и достигшая района 2-го порога Нила. Все это указывает на укрепление торговых связей Египта с областями Восточной, Южной и Внутренней Африки и на использование для этой цели как сухопутных, так и морских торговых путей.

Особенно усилились торговые и культурные связи Египта с карийско-лидийскими пломонами Малой Азии, а также с об­ширным грочоским миром, главным образом с ионийцами. Еще в VIII в. до н. э. милотскио купцы и колонисты построили в за­

падной части Дельты укрепленную торговую факторию. При Псамтике I близ Каноба был сооружен лагерь для греческих наемников. Раскопки обнаружили в восточной части Дельты крупный торговый поселок ионийцев, носивший название Даф- нэ. В западной части Дельты были раскопаны остатки крупно­го греческого поселения Навкратис, которое, по словам Геродо­та, было построено египетским фараоном Амазисом. Здесь были обнаружены разнообразные и многочисленные произведения искусства и предметы быта, привезенные греческими торгов­цами или сделанные в греческом стиле на месте, в Египте, посе­лившимися здесь греческими ремесленниками. Многочислен­ные изделия в греческом или своеобразном греко-египетском стиле развозились торговцами по всем соседним странам и бы­ли найдены во время раскопок в различных районах Средизем­номорья.

Египет, ослабленный долголетними войнами, опустошитель­ными нашествиями ассирийских войск и продолжительной междоусобной борьбой, уже не мог выставлять многочислен­ных армий, необходимых для поддержания внешнеполитичес­кого престижа Египта в Азии. Саисские фараоны были вынуж­дены в значительной степени опираться на малоазийских и греческих наемников, которые, очевидно, составляли главное ядро их войск. В одной египетской надписи времени фараона Уах-иб-Ра (Априя) говорится о восстании «ливийских, азиат­ских, греческих и иноземных наемников», которые угрожали фараону уйти в Нубию. Другая надпись повествует о том, что фараон Уах-иб-Ра стоял во главе армии, в которой было «бес­численное множество греков». Греческие историки, в частности Геродот, обращают большое внимание на проникновение гре­ческих торговцев и наемников в Египет, на «греческую ориен­тацию» саисских фараонов и на культурное сближение, кото­рое в те времена происходило между греками и египтянами. Очевидно, эти факты имели большое значение для греков и для развития их торговли и колонизации в VII—VI вв. до н. э. В связи с этим возникло много легенд и сказаний, которые при­водит Геродот. Так, например, он рассказывает, что оракул предсказал Псамтику I, что с моря придут «медные люди», т. е. карийцы и ионийцы, облаченные в медные доспехи, кото­рые окажут ему помощь.

Развитие внешней торговли и укрепление экономических связей Египта с греками привели к развитию древнейших форм денежного хозяйства, монетного дела и ростовщичества. Вре­менный экономический подъем Египта способствовал обогаще­нию правящего класса рабовладельческой аристократии, глав­ным образом жречества, ливийской военной знати, малоазий­ских и греческих торговцев и в некоторой степени иноземных наемников. Надписи этого времени указывают на большие

Голова статуи Монтуэмхата, правителя Фив

богатства, скопившиеся в храмах. Так, например, один круп­ный вельможа, «наследственный князь, единственный друг (царя), начальник дворца, главный врач, начальник золотой казны, великий во дворце и почитаемый в царском доме ... Пефнефдинейт» в своей надписи говорит, что он передал абидосскому храму 1 тыс. арур (2735 га) земли.Саисские фара­оны тратили огромные средства на восстановление древних храмов и постройку новых. Они жертвовали храмам большие земли, рабов, скот, сельскохозяйственные продукты, как видно из надписи Априя, найденной в Митрахинэ. Больше того, фа­раоны иногда передавали земли, принадлежавшие отдельным частным лицам, в собственность храмов. Так, например, на­чальник гарнизона острова Элефантина Несухор передал Мен-

десскому храму свое поместье в 10-м верхнеегипетском номе, которое ему пожаловано было царем, очевидно, по указанию царской власти.

Саисские фараоны в своей внутренней политике были выну­ждены лавировать между военной ливийской знатью, египет­ским жречеством и греческими поселенцами и торговцами. Ведя борьбу с влиятельным египетским жречеством, а также с теми многочисленными, почти независимыми князьками, которые все еще продолжали претендовать на некоторую самос­тоятельность, саисские фараоны для укрепления своей власти должны были опираться на иноземных, главным образом ма- лоазийских и греческих наемников. Так, например, Псамтик I, вступив на престол, пытался опереться на греческих наемников и торговцев. Фараон Амазис, по словам Геродота, «любил эл­линов, некоторым из них сделал много добра, а переезжающим в Египет отвел для поселения город Навкратис». Навкратис получил от саисских фараонов целый ряд привилегий. Он счи­тался единственным «местом торговли для иноземцев». Многие греческие города построили в Навкратисе храмы своим богам. Навкратис получил, наконец, нечто вроде торговой автономии. Он имел право назначать собственных «блюстителей тамошней торговли». Раскопки Флиндерса Петри, произведенные на месте древнего Навкратиса, дали богатый материал для характерис­тики греческого влияния на Египет в эту эпоху. Чтобы пол­ностью подчинить себе фиванское жречество, Псамтик I прину­дил верховную жрицу Амона, «супругу бога» Шепенопет II, признать его дочь Нейтикерт своей дочерью, что было зафикси­ровано в особом документе.

В своей внешней политике Псамтик I старался поддержать Ассирию, могущество которой клонилось к упадку. Псамтик I был обязан своим возвышением ассирийскому царю. К тому же он был заинтересован в сохранении Ассирийского государ­ства, поскольку предпочитал слабую Ассирию сильному Вави­лону, постоянно угрожавшему Египту и его влиянию в Перед­ней Азии. Очевидно поэтому Псамтик не только принял реши­тельные меры, чтобы отразить нашествие скифов у границ Египта, но и преследовал их на территории Палестины. Больше того, около 616 г. до н. э., когда Набопаласар двинулся против Ассирии, египетские войска появились около Евфрата, чтобы поддержать стоявшее на краю гибели Ассирийское царство. Еще более энергично пытался помочь Ассирии Нехо, сын Псам- тика. Вступив на престол в 611 г., он двинул свои войска на помощь Ассирии, чтобы общими усилиями снова захватить Харран. Египетско-ассирийским войскам удалось захватить Кархемыш. Однако Навуходоносор нанес под Кархемышем по­ражение объединенным войскам египтян и ассирийцев. Раскоп­ки в Кархемыше обнаружили любопытные следы пребывания в

этом городе египтян и греческих наемников. В развалинах одного дома были найдены египетские бронзовые статуэтки, алебастровые и фаянсовые сосуды, глиняные отпечатки с име­нем Нехо, бронзовое кольцо с именем Псамтика, наконец, брон­зовый ионийский щит с изображением Горгоны.

Псамтик II (595 — 539 гг. до н.э.) продолжал филэллинскую политику своих предшественников. При нем связи Египта с Гре­цией стали еще более прочными, чем раньше. Геродот рассказы­вает, что элидяне прислали к Псамтику II послов, чтобы спро­сить у египтян совета о наилучшем устройстве олимпийских состязаний. Геродот, который всегда был рад случаю отметить мудрость древних египтян и высокий уровень развития их культуры, сообщает, какой остроумный ответ дали египтяно элидским послам. Следующие саисскио фараоны Уах-иб-Ра (Ап- рий) и Яхмос II (Амазис) принуждены были продолжать эту политику. Сохранившееся изображение Априя в коринфском шлеме указывает, что даже в одежде этот фараон пытался под­ражать грекам. Его грокофильская политика вызвала недоволь­ство египтян. В его царствование произошло восстание, которое возглавил один из его военачальников Яхмос (Амазис). Яхмос встал во главе мятежников, разбил войска Априя, состоявшие главным образом из греческих наемников, и захватил царскую власть. Но все же Яхмос II был вынужден продолжать преж­нюю политику. Он женился на гречанко из Кирены и поддерг живал дружеские связи с Поликратом Самосским и Крезом, царем Лидии. Он делал щедрые дары греческим храмам, поку­пая тем самым дружбу, помощь и поддержку греков. Актив­ность его внешней политики нашла свое отражение в одной ва­вилонской надписи, в которой упоминается о наступлении египетских войск и приводится имя «Амасу». Однако возмож­но, что это были лишь пограничные стычки. Более серьезным было продвижение Амазиса в Восточном Средиземноморье, где он захватил остров Кипр. Характерно, что влияние египетского искусства на кипрское было весьма значи­тельным.

Но это ужо были последние годы существования независи­мого Египетского государства. На востоке выросла мощная Персидская держава, стремившаяся объединить под своей властью наследие ассирийских царей. Египет же был слишком слаб, чтобы отразить нашествие персидских войск. Вскоре пос­ле смерти Яхмоса II персидский царь Камбиз в 525 г. до н.э. вторгся в пределы Египта, разбил в битве при Пелузиуме еги­петские войска, сверг с простола Псамтика III и завоевал неко­гда могущественное, а ныне лежавшее в развалинах древноо царство фараонов.

Культура саисской эпохи

Со времени Нового Царства Египет вы­шел на Широкую арену международной политики и установил экономические и

культурные связи с целым рядом соседних и более далеких стран. Египетские торгов­цы все чаще стали ездить в Палестину, Финикию и Сирию. Египетские фараоны завоевали обширные области в Передней Азии и в Нубии, укрепили свою власть на юге вплоть до 4-го порога Нила и даже пытались проникнуть в далекую страну Пунт. Общаясь с рядом соседних народов, египтяне оказывали на них значительное культурное влияние и в свою очередь многое у них заимствовали. Все больше устанавливались куль­турные взаимодействия между Египтом, Эгейским миром, Пе­редней Азией и Нубией. В позднюю эпоху, когда политическое влияние Египта ослабло, когда Египет потерял свои иноземные владения и даже стал подвергаться нашествиям извне и завое­ваниям, торговые связи Египта с соседними странами продол­жали сохраняться. Ливийские, эфиопские и ассирийские заво­еватели не могли не подпасть под влияние высокой и древней египетской цивилизации. В особенности это влияние испытали культурно отсталые ливийцы и эфиопы, которые, завоевав Еги­пет, покорились египетской культуре. Ливийские и эфиопские цари, завоевавшие Египет и основавшие там свои династии, носили пышные титулы фараонов, писали свои надписи по-еги­петски, поклонялись египетским богам, во всем подражая сво­им египетским предшественникам. Так, Тахарка называл себя «Гором, владыкой двух диадем... золотым соколом, защищаю­щим обе страны, царем Верхнего и Нижнего Египта, благим бо­гом». Нубия и ранее находилась под культурным влиянием Египта, а в эпоху завоевания Египта эфиопами это влияние зна­чительно усилилось. Развалины египетских храмов, построен­ных в Нубии, свидетельствуют о сильном египетском влиянии. Поздний мероитский алфавит (Мероэ — позднейшее нубийское царство III в. до н. э. — III в. н. э.) возник на основе египетской демотической письменности.

Египетская культура проникла и в области Передней Азии, главным образом в Палестину, Финикию и Сирию и даже на далекий Кипр. В Палестине и в Финикии было найдено мно­жество египетских памятников, а также местных изделий, вы­полненных под сильным влиянием египетского искусства. Та­ковы, в частности, прекрасные инкрустации из слоновой кости. В Финикию проникли культы египетских богов, в частности Гора, Тота, Пта, Хатхор и главным образом Озириса и Изиды, которым саисские фараоны отвели первое место среди осталь­ных богов. Вплоть до античной эпохи сохранилась легенда о том, что гроб с телом Озириса или его голова были прибиты морскими волнами к Библу. В саисскую эпоху культ Изиды

делается центральным культом и даже оттесняет на второй план культ Озириса, в чость которого справлялись особые мис­терии почти во всех египетских храмах. Очевидно, с этого вре­мени культ Изиды и связанные с ним мистерии получают ши­рокое распространение во всем Средиземноморье и способству­ют ощо большому влиянию египетской религии и египетской культуры на ряд соседних народов. Произведения древнееврей­ской светской и религиозной литературы, собранные в Библии, пропитаны древноогипотскими влияниями. Библейский рассказ о Иосифе и жоне Понтефрия близко напоминает сюжот египет­ской сказки о двух братьях. Египетский монотеизм времени XVIII—XIX династий но мог но оказать влияния на возникно­вение библейского единобожия и культ единого бога Яхво. Гимн Атону напоминает один из псалмов Давида. Египетская лю­бовная лирика близка к библейской «Песне Посной». Египет­ские «поучения» и «пророчества» нашли свое отражение в ана­логичных произведениях библейской литературы.

Большое влияние оказала дровняя культура Египта на формирующуюся культуру грочоских пломон. В Греции прек­лонялись перед содой мудростью египетских жроцов, перед тайнами, богатствами и великолепием величественных египет­ских храмов и пирамид. Историки и философы, как, напримор, Геродот и Платон, воздавали должное достижениям египетской культуры. По мнению Аристотеля, огиптяно положили начало математическим знаниям. По античной традиции, философ Фалос вместо с законодателем Салоном долгое время находил­ся в Египте, причем Фалес учился гоомотрии у жрецов Мем­фиса и Фив. Интересно отмстить многочисленные связи, соеди­нявшие египетскую культуру с грочоской. В «Илиадо» говорит­ся, что в «египетских Фивах — жилища там полны сокровищ. В городе там сто ворот, столь широких, что могут из каждых двадцать мужой с лошадьми, с колесницами выехать рядом». Архаические статуи греческого бога Аполлона чорозвычайно близко напоминают египетские статуи, в частности саисского времени, по фронтальной композиции тола и по типичному для этой эпохи изображению улыбки. Греческая вазопись сох­ранила сюжеты и мотивы, заимствованные из Египта. Грече­ские наемники, торговцы и колонисты, поселившиеся в Египте, были связующим звеном между античным миром и угасающей египетской цивилизацией.

Саисскио фараоны, открывшие грекам широкий доступ в Египет, открыли ворота Египта и греческой культуро. Греки строили в Египте военные лагери, колонии, города и храмы, по­священные грочоским богам. Грочоскио художники и ромослон- ники наводнили Египет произведениями своего ромосла, которое особенно процветало в Навкратисо. Поэтому неудивительно, что грочоскоо искусство оказывало некоторое воздействие на

египетское. В этом отношении характерна египетская статуэт­ка с именем Априя, хранящаяся в Тюбингенском музее, прек­расно передающая как общий тип, так и индивидуальные чер­ты знатного аристократа. Художественный реализм в искусст­ве получает свою законченную форму в Египте в VI в. до н. э. В египетских рельефах этого времени художник лучше изобра­жает человеческое тело в профиль и свободнее размещает в плоскости фигуры и предметы. Портретная скульптура дости­гает высокого совершенства. Голова Монтуэмхата и голова жре­ца из зеленого шифера являются шедеврами скульптурного портрета этого времени.

Некоторые иноземные влияния проникали в Египет из Фи­никии и Палестины. Так, очевидно, из Ханаана проник в Еги­пет обычай и религиозный обряд сжигать жертвы на алтарях. Финикийские и еврейские колонисты строили в Египте храмы своим богам, что должно было оказать некоторое влияние на изменение религиозных воззрений древних египтян. Финикий­цы вели оживленную торговлю с Египтом и вывозили туда ви­но. В Мемфисе был целый квартал, заселенный финикийцами, который называли «кварталом тирян». Начиная с ливийского периода, в Египте усиливается культ древней ливийской боги­ни Нейт. Культ бородатого карликообразного бога Беса, воз­можно, заимствованный из Нубии, получил в Египте в позд­нюю эпоху широкое распространение и сохранился вплоть до христианского времени. Таковы были культурные взаимодей­ствия между Египтом и соседними странами Африки, Передней Азии и Эгейского мира.

Постепенное ослабление Египетского государства, произо­шедшее именно в этот период усиления культурных взаимодей­ствий между Египтом и соседними странами, породило мысль, что причиной упадка Египта являются проникновение в Египет иноземцев, растворение египетской культуры в этой бурной волне иностранных влияний, забвение исконных традиций и древней египетской религии. Поэтому, главным образом в са­нсскую эпоху, начинается реакция против иноземных влияний и резкое стремление во всем возродить египетскую старину, восстановить древние формы государства, языка, письменнос­ти, искусства и религии времени первого расцвета Египта в пе­риод Древнего Царства. Египетские жрецы пытаются отгоро­дить египтян, в первую очередь самих себя, от иноземцев при помощи множества религиозных и бытовых запретов. Геродот пишет, что «ни египтянин, ни египтянка не поцеловали бы эллина в губы и не стали бы употреблять ножа, вилки, котла, принадлежащих эллину, не стали бы даже есть непорочного быка, если он зарезан ножом эллина». Предписания строгой обрядовости, пищевые запреты и правила культовой чистоты проводили резкую, почти непроходимую грань между египтя­

нами и иноземцами. Стремление искусственно возродить давно забытую старину, своеобразная архаизация чувствуются в па­мятниках письменности и литературы, в произведениях изо­бразительного искусства и предметах религиозного культа. Искусственно сохраняется и даже усложняется громоздкая си­стема иероглифической письменности, несмотря на широкое распространение алфавитных знаков и появление упрощенной скорописи, так называемой демотики, удобной для быстрой записи деловых документов. В религиозных текстах встреча­ются цитаты из текстов пирамид Древнего Царства, которые тщательно копируются и переписываются. На стенах гробниц тщательно воспроизводятся изображения, сохранившиеся в гробницах Древнего Царства. Широкое распространение полу­чают культы древних богов Египта — Изиды и Озириса. Жрец Иба, состоявший в свите царевны Нейтикерт (XXVI династия), описывает свои труды по сооружению храма в честь Озириса. Крупный вельможа Пефнефдинейт, занимавший ряд высоких должностей при Яхмосе II, подробно сообщает о своей дея­тельности в связи с восстановлением и расширением храма Озириса в Абидосе. С гордостью говорит он о том, что он «вос­становил дом священных свитков после его запустения, записал жертвы в честь Озириса и установил порядок во всех записях». Фараоны саисской династии строили храмы богам, в особен­ности в Саисе, где были обнаружены большое здание с колон­нами, построенное Псамтиком I, большое здание со многими комнатами, сооруженное Нехо II, и, наконец, большой зал для торжественных праздников, воздвигнутый Априем.

В эту позднюю эпоху широкое распространение в Египте получил культ разнообразных животных, в частности культ священных быков (Аписов), в честь которых строили огромные усыпальницы (серапеи), и священных кошек, посвященных бо­гине Бастет, почитавшейся в Бубастисе, на что указывают кладбища священных животных и их многочисленные стату­этки и изображения, во множестве сохранившиеся до наших дней. Наряду с этим возрождается древняя магия, развитие которой шло параллельно с появлением новых культов сме­шанных богов, одновременно олицетворяющих различные явления природы (синкретизм и пантеизм). Стремление воскре­сить далекое прошлое, подражание ушедшей старине проника­ет в искусство и в литературу. Сюжеты литературы связывают­ся с образами древних царей, как, например, Рамзеса II, о котором рассказывали, что он послал статую бога Хонсу для излечения дочери азиатского царя. В литературных произве­дениях воскрешается стиль фразеологии египетской литерату­ры классического времени расцвета в эпоху Среднего Царства. В изобразительном искусстве появляется стремление рабски

подражать, иногда почти копировать художественные произве­дения времени Древнего Царства.

Все это приводит к резкому разрыву между искусственно воскрешаемой древней культурой и теми формами культур­ного творчества, которые еще свидетельствовали о жизнеспособ­ности египетского народа. Так, демотическая письменность отрывается от архаизующей религиозной и официальной иеро- глифики, народный язык — от омертвевшего «литературного языка» классической древности, народные формы религии — от сложных и непонятных народу богословских построений жречества, свежее реалистическое искусство — от однообраз­ного повторения художественных произведений глубокой ста­рины.

Но все последние попытки сохранить самостоятельность и независимость Египетского государства и египетской культуры оказались тщетными. Египетское государство рухнуло под ударами могущественных персидских завоевателей. Однако египетская культура пережила своих создателей и оказала мощное влияние на развитие культуры соседних народов и главным образом греков.

<< | >>
Источник: Авдиев В.И.. ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА. ИЗДАНИЕ ТРЕТЬЕ ПЕРЕРАБОТАННОЕ. «Высшая школа» Москва - 1970. 1970

Еще по теме ГЛАВА XVII ЕГИПЕТ ПОЗДНЕГО ВРЕМЕНИ:

  1. ГЛАВА XVII. ЕГИПЕТ ПОЗДНЕГО ВРЕМЕНИ
  2. 3. ПОЗДНИЙ ЕГИПЕТ
  3. 3. Эфиопский и саисский Египет (позднее царство)
  4. Лекция 6 НОВОВАВИЛОНСКАЯ ДЕРЖАВА И ПОЗДНИЙ ЕГИПЕТ [46]
  5. Боханов А.Н., Горинов М.М.. История России с древнейших времен до конца XX века. в 3-х книгах. Книга I. История России с древнейших времен до конца XVII века. Москва - 2001, 2001
  6. Глава 2. Верхний палеолит (Поздний древнекаменный век)
  7. ГЛАВА LXIV КРИЗИС III в. И ПОЗДНЯЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ.
  8. Глава 5. Египет в ΧΙ-VI вв. до н. э
  9. Глава 1. Египет среднего царства
  10. Глава 2 Египет в Нубии Ш-П тыс. до н. э.
  11. ГЛАВА 5 КИТАЙ XVI — XVII ВВ.
  12. ГЛАВА XVII ДРЕВНЯЯ ИНДИЯ
  13. ГЛАВА IX ДРЕВНЕЙШИЙ ЕГИПЕТ
  14. ГЛАВА VIII ЕГИПЕТ В ПЕРИОД СРЕДНЕГО ЦАРСТВА
  15. Глава 4. Египет нового царства
  16. Глава 2. Раннее царство Египет