<<
>>

ФРАКИЙСКАЯ УЗДА ИЗ ХОМИНОЙ МОГИЛЫ

Б. И. Моэолевский

(СССР)

В 1970 г. у г. Орджоникидзе Днепропетровской области автором был исследован курган Хомина Могила, стоявший на пол пути (5—6 км) между всемирно известными скифскими памятниками Чертомлыком и Тол­стой Могилой*.

Высота кургана 3,2 м, диаметр 34—44 м. Сложенная из дерна насыпь была обнесена по основанию довольно значительной каменной крепидой. Несмотря на скромные размеры, курган, несомненно, принадлежал очень зажиточной семье, и напученные в нем материалы имеют первостепенное значение дня изучения истории Скифии.

Под насыпью кургана были открыты три гробницы в виде катакомб — основная и две боковые, впущенные в материк из-под крепиды. Основная могила принадлежала мужчине, а впускные, вероятно, членам его семьи — жене и сыну-подростку.

Женская .могила находилась к западу аг основной. Ее длинная погре­бальная камера подходила вплотную к подземелью центральной гробницы, так что стенка .между ними впоследствии обвалилась. Могила оказалась ограбленной. В ее заіюлнении обнаружено около сотни нашивных золо­тых бляшек н пронизей, наборное костяное веретено, золотая серьга с брон­зовой подвеской, два серебряных сосуда килик к фиала (рис. 1), ласто­вые бусы и некоторые другие вещи.

Могила подростка была устроена под северо-восточной полой кургана. Погребение в ней сохранилось непотревоженным. Подросток был подпоясан поясом, набранным из небольших серебрянных пластинок. Снова от него лежал колчанный набор бронзовых наконечников стрел, вдоль камеры — копье и дротик с железными наконечниками и втоками, в дромосе — херсо- несская амфора, покрытая светлым ангобом и с клеймом на ручке: IlPOAO- TOY ΑΣΤΥΝΟΜΟΥ.Под северную стену входной ямы гробницы был вырыт продольный подбой, в кагором находилось погребение коня. Or его узды сохранились железные удила с псалиями и такой же наносник.

1Б. H M о з о л е в с к и Й. Скифские погребения у с. Нагорное близ г. Ор­джоникидзе на Днепропетровщине. — В: Сб. Скифские древности, К.. 1973. с. 208.

Рис. І. Серебряные сосуды из женской гробницы

Центральная могила, как и боковая женская, была разграблена. R ее заполнении сохранились обломки железного меча, бронзовые наконечники стрел, обломки амфор, детали наборного костяного гребня и три золотых украшения. Среди этих вещей была найдена также небольшая золотая фигурка дикого кабана, очевидно, служившая ручкой деревянного сосуда. Спаянная из отдельно отлитых деталей, скульптурка представляет собой шедевр древней торевтики, с которым могут сравниться лишь немногие вещи из скифских могил (рис. 2).

Как и в могиле подростка, во входной яме центральной гробницы под длинными се стенами были устроены ниши для двух конских погребений, до которых грабители, к счастью, нс дошли. I Ia головах обоих коней нахо­дились уздечки с редкими серебряными наборами, которым и посвящена настоящая статья.

Рис. 2. Золотая фигурка вепря

Рис. З

I — Погребение конм (N∙ І) из северного подбои : 1—псалнм; 2 —круглая бляха; 3 —чстырсхуголь ная бляха; 4 —наїцсчник; 5—четырехугольная бляха; 6- ворворка

II — Погребение коня (N8 см. В центре каждой бляхи по­мещен полусферический выступ с кружком посредине и орнаментом в виде сегнерова колеса вокруг него, обведенный валиком с рубчатым орнаментом.

Рис. 5. Общий вид уздечного набора первого коня

Or него к углам бляхи, вверх и вниз отходят четыре стилизованные головы грифона с небольшим ухом, занимающим всю голову круглым глазом и закрученным в спираль клювом.

Между затылками грифонов сверху и снизу находится по каплевидной выпуклости. Края блях оформлены мел­кими рубчиками, поставленными перпендикулярно срезу. Только напротив глаза грифона они идут параллельно ему, имитируя челку зверя.

3. Удлиненные нащечннки размерами I4?7 см украшены изображе­ниями трех стилизованных гиппокампов (?) с небольшой головой, короткими лапами и змееподобным туловищем (рис. 7). Изображения расположены вертикапьн о одно за другим, головами кверху и носами вперед. Голова

Рис. 6. Уздечный наб ср первого коня. Четырехугольные бляхи

животного отделена от шеи рубчатым пояском; расположенная ниже него грива передана несколькими „елочками", идущими вдоль тела. У двух верхних зверей под передней частью туловища находится по две короткие лапки с длинными когтями. У нижнего они заменены большими завитками, расположенными вдоль всего туловища. Первые шесть из них закручены книзу, последний, помещенный пол самым хвостом, — навстречу им. Все три изображения обведены мелкими рубчиками. Края блях волнистые, с Широковой каймой рубчатого оформления. Горизонтальная петля при­клепана в верхней части на обратной стороне бляхи. Ua наружной поверх­ности выступаки круглые шляпки заклепок. Нащечники должны были качаться на ремне, что свидетельствует только оЪарадном, а нс постоянном их применении.

Правый нащечник в древности получил трещину и был отремонтиро­ван с помощью бронзовой полоски, наложенной с обратной стороны и при- крелланный к пластине.

4. Наносник состоит из скульптурной фигурки льва, сидящего на зад­них лапах, и пластинчатого фигурного щитка с рельефным, штампованными орнаментом (рис. 8 а. б. в). Фигурка льва литая, полая внутри, но довольно массивная. Bbicoia ее около 4 см. Зверь смотрит прямо перед собой, из оскаченной пасти высунут широкий и толстый язык. Между короткими

Рис.

7. Уздечный набор первого коня. Нащечники

округлыми ушами возвышается хохолок гривы, покрывающей и всю верх­нюю часть тела животного. Грива разделена на длинные узкие пряди и на груди имеет вид фартушка. По шее идет рельефный поясок с вертикаль­ной насечкой, почти сходящийся за ушами. Передние ноги зверя, непропор­ционально толстые по сравнению с задними, слегка согнуты и широко рас­ставлены. К их лапам вплотную примыкают лапы задних ног.

Фигурка прикреплена к средней части щитка с помощью трех стержень­ков, выходящих из передних лап и крупа льва. Эти же стерженьки одновре­менно служат и заклепками, при помощи которых к задней стороне щитка прикреплялась вертикальная петля для наносного ремня.

Фигурный пластинчатый щиток имеет длину 10,3 см, ширину передней части 6,3, задней — 5—6 и средней — 3,6 см.

На передней части щитка передано изображение двух орлов, клюю­щих голову какого-то животного (льва?), в которую они впились когтями. Перья их крыльев оформлены рубчиками в виде „елочек". Оформление пе­рьев у левой и правой фигур несколько отличается в деталях.

Задняя часть щитка украшена фигурными полосами с насечками. Края пластины, как и других украшений набора, обрамлены каймой руб­чатых насечек. Трещина на наноснике реставрирована также, как в на пра­вом нащечнике, с помощью бронзовой накладки.

Рис. 8. Уздечный набор первого коня. Наноси и к с фигуркой льва

Рис. 9. Обший вид уздечного набора второго коня

5. Ворворки согнуты из серебряной пластины, имеют конусообразную форму. В месте соединения краев пластины по всей высоте идет продольный пюв. Высота их 1,5 см, диаметр 1,8 см.

Украшения уздечки второго коня (из южного подбоя) оказались не­сколько сметенными с мест, которые они занимали на морде лошади.

Не­смотря на это, узда, как и в первом случае, реконструируется легко (рис. 4).

Во внешние петли железных удил были вставлены S-образные бронзо­вые псалии с двумя отверстиями в средней части. Соединение их с удилами прикрывалось гладкими круглыми бляхами, диаметром около 5 см. Весь набор украшений узды изготовлен из тонкого листового серебра и. за исклю­чением описанных выше блях, покрыт чеканным геометрическим орнамен­том (рис. 9). К ремням узды пластины крепились, очевидно, с помощью железных петель (не сохранились), соединенных с бляхами серебряными заклепками. Отверстия для них пробиты с внешней стороны очень грубо, нс менее грубы и сами заклепки.

Соединение нащечных ремней с нахрапным прикрывалось круглыми бляхами диаметром 8 см. В центре блях помещена большая полусфериче­ская выпуклость, от которой радиально расходятся семь двойных линий. За ними следует концентрические окружности: четыре на одной бляхе и пять — на второй. Края блях оформлены крупными чеканными рубчиками.

Такие же бляхи находились и на месте соединения нащечных ремней с налобным. Но радиальные линии на них заменены концентрическими кругами.

Прямоугольные нащечники размером 19,5?7 см орнаментированы нс совсем одинаково. Посредине вдоль они разделены широким рубчиком. По обе стороны от него на левом нащечннке помещены двойные зигзаги, иногда с такими же двойными линиями в основании. Па правой пластине подобным образом, но не идентично, оформлена только левая половина, пра­вая же украшена четырьмя продольными линиями. По краю блях идет ши­рокая рамка с рубчатым оформлением за ней. Iia тыльной стороне пла­стин было по две горизонтальных петли, расположенных у коротких сторон нащечников, в которые продевались нащечныс рамки.

Налобник набора пластинчатый, имеет форму, напоминающую бант. Длина его 15 см, ширина по краям 8 см, посредине 4,5 см. Пластина укра­шена пятью большими круглыми выпуклостями, расположенными в центре и по углам. От средней выпуклости к концам бляхи вверх и вниз идут по три двойных луча.

Края пластины оформлены так же, как и у нащечников. Налобник был снабжен вертикальной петлей, находившейся в центре, с обратной стороны пластины.

И форма, и материал, и художественный стиль позолоченных украше­ний первого к QH я не вызывают сомнений в фракийском происхождении набора.

Больше всего аналогий в Фракии имеют четырехугольные бляхи, прикрывавшие соединение нащечных ремней с налобным и нахрапным. В разные годы там была найдена целая серия подобных украшений из бронзы и серебра, иногда тоже с позолотой. Все они орнаментированы че­тырьмя или тремя стилизованными головами коня или грифона, расходя­щимися к краям блях от расположенного в центре круга. Это пластины из Крайовы[331], Аджигола[332], Детинцы[333], Брезово[334], Луковитского сокровища[335]

и целый ряд других. Интересно отметить, что на большинстве перечислен­ных блях головы животных расположены свастикообразно. Лишь на бляхе из Брезово элементы орнамента поставлены симметрично, влево и вправо от центральной оси, так же]как на бляхах из Хоминой Могилы. Пожалуй, -самой характерной особенностью этих и всех других украшений фракийской узды является оформление их края полосой параллельных рубчиков, со­вершенно не свойственное Скифии. Такие же полосы сопровождают и другие элементы орнамента, придавая им совершенно своеобразный и неповторимый вид. Другой характерной чертой фракийского искусства является непринуж­денное и очень естественное соединение примитивного реализма со свое­образной стилизацией, в той или иной мере присущей всем фракийским изделиям. Именно это соединение реального и стилизованного, дополнен­ное целым рядом других чисто фракийских орнаментальных элементов, нс оставляет сомнения в происхождении нащечников из Хоминой Могилы, хотя прямые аналогии им в Фракии отсутствуют. В пользу фракийского происхождения говорит и мотив, переданный на нащечниках. Образ гиппо­кампа довольно обычен в фракийском искусстве, в том числе и на украше­ниях Конской узды. Для примера можно привести уздечную &чяху из Летницы[336] с реалистическим изображением гиппокампа и нащечники из Аджигода[337][338], где тот же мотив передан в сильно схематизированном и стили­зованном виде.

Своеобразие стиля свидетельствует о фракийском происхождении и позолоченного наносника из Хоминой Могилы. Наиболее близок к нему наносних из Свищар®, передний щиток которого также украшен изобра­жением головы (?) и двух орлов, а посредине помещена скульптурная го­лова человека в шлеме. Близки по трактовке к орджоникидзевским орлам два грифона, изображенные в геральдической позе на нащечнике из Врацы[339][340]. 4**>

Находки фракийских принадлежностей узды, украшенных в зве­рином стиле, на территории Скифии встречаются не впервые. Бесспорно к фракийскому кругу уздечных принадлежностей относятся один из на- носников и нащечники из кургана Огуз11 и некоторые из украшений Чмы- ревой Могилы. На многие из этих фракоскифских параллелей обратила внимание еще К. Малкина[341] в связи с находками в Крайове. C тех пор фра­кийское происхождение или изготовление в Скифии под фракийским влия­нием некоторых украшений узды из скифских царских курганов ни у ко­го нс вызывает сомнения. В последнее время взаимовлияние и взаимо­проникновение образцов скифского и фракийского искусства, предста­вленного на уздечных деталях, очень тщательно проанализировала А. И. Мелюкова. К сожалению, се взгляды пока что опубликованы только в виде тезисов[342][343].

Сложнее решить вопрос о происхождении второго уздечного набора из Хоминой Могилы (рис. 10). Примененная на нем система орнаментации остается, пожалуй, пока что неповторимой. Чрезвычайно редко встреча­ются и украшения узды, соответствующие ему по форме и технике изготов­ления. Что касается последней, то некоторое соответствие технике произ­водства украшений узды из ХоминойМогилы можно видеть в пластинчатых золотых и серебряных налобниках и нащечниках из больших курганов Северного Причерноморья.14 Это прежде всего налобник с изображением змееногой богини из кургана Большая Цимбалка и нащечники в виде сти­лизованных крыльев оттуда же и из курганов Толстая Могила[344][345], Canoxale, Александропольский[346], Первый Волковецкий в Посулье [347]и из некоторых могил Правобережной Лесостепи[348]. Однако большинство из них было пред­назначено для набивания на какую-то основу, тогда как украшения из Хоминой Могилы основы нс имели. Форма же всех перечисленных пластин и сюжеты орнамента очень далеки от орджоникидзенских, и поэтому ана­логии последним приходится искать за пределами Северного Причерно­морья.

Налобник рассматриваемого набора наибольшее соответствие находит в пластинах из Рахманлий и Панагюриштс[349]. Изучавшая эти пластины Л. Огненова пришла к ошибочному выводу о том, что они служили укра­шением щитов[350]. Правда, по размерам пластины несколько больше орджо- никидзенского налобника, но по форме они почти идентичны ему. О принад­лежности болгарских пластин к узде свидетельствует тот факт, что обе они сопровождались круглыми бляхами диаметром 8 см, выявленными в четном количестве[351]. Такие же бляхи входили в набор из Хоминой Могилы, а также в целый ряд других, рассмотренных выше. Пластина из Панагюриштс, кроме того, по изображенному на ней сюжету близка к налобнику из кургана -№ 9 у с. Прусы[352][353]. Орнамент же последней имеет явные фракийские черты.

Следуя выводам Л. Огненовой, А. П. Манцевич, вопреки указанию находчика, в свое время причислила к украшениям щитов целую серию подобных бронзовых пластин из Прикубанья21. После находки в Хоминой Могиле она в сообщении автору охотно признала свою ошибку. По-види­мому, пластинчатые уздечные украшения на Кубани применялись на про­тяжении всего скифского времени. К концу IV — началу III в. до п. э.

относятся уздечные наборы из кургана на Васюринской горе25. Близок к орджоникидзенскому суженный посредине и украшенный кругами и точ­ками налобник из первого склепа Васюринекого кургана28. И все же и по форме, и по стилю украшения выпуклинами налобник из Хоминой Могилы ближе к болгарским, чем к кубанским пластинам. По видимому, набор узды, которую он украшал, был изготовлер на месте под фракийским влия­нием, чем можно отчасти объяснить и орнаментирование его грубым гео­метрическим рисунком. Впрочем, настаивать на этой мысли нет достаточных оснований.

Уздечные наборы — не единственные вещи в Хоминой Могиле, свиде­тельствующие о связях с Фракией. Выявленная в женской гробнице сере­бряная фиала (рис. 2) является почти прямым повторением сосудов из Брезово и Аджигола27.

Для установления даты уздечек Хоминой Могилы большое значение имеет тождественность конструкции центральной и боковой могил. Только в этих двух гробницах погре^ния коней находились в подбоях, распо­ложенных вдоль длинных стен входной ямы, что, несомненно, свидетель­ствует как о родственных связях обоих покойников, так и о незначитель­ном промежутке времени между их похоронами. Клеймо же с именем асти- нома Геродота на ручке амфоры из могилы подростка встречалось в Се­верном Причерноморье неоднократно. По единодушному мнению специа­листов, оно относится к концу IV — началу HI в. до н. э.28 На этом осно­вании времени не ранее конца IV в. до н. э. следует датировать и уздеч­ные наборы из центральной гробницы Хоминой Могилы.

Материалы кургана представляют собой еще одно небольшое, но яр­кое свидетельство о скифо-фракийских связях, особенно усилившихся в IV в. до н. э.

THE THRACIAN BRIDLE FROM HOMINA MOGlLA

В. N. Mozole; sky

(Summary)

The author presents briefly the results from the tumulus he has. investigated at Homina Mogila at the town of Ordzhonikidzc in the Dnepro­petrovsk Region. Three graves were discovered in the tumulus, one central and two IateraLAlthoughthcgraveshad been plundered, the materials disco vered in them indicate that the central grave was that of a man. Of the two lateral graves one was of a woman and the other of a boy. Among the finds was a small statue of a boar made of gold (Fig. 2).

t6 M. P ос то в це в. Античная декоративная живопись на юге России (аль­бом). Спб.. 1913. Табл. XVIII. XX, XXlV.

га Там же. Табл. XX.

” Reallcxikon. . . 11. Рис. 70, a; D. В е г с і и. Указ, соч., 19, 20. 23 а. 24. _ P- ?∙ А х м e р о в. Об астиномных клеймах эллинистического Херсонеса. ВДИ, 1949. № 4; В. Б. Борисова. Керамические клейма Херсонеса и классифи­кация XepconecCKHx амфор. НЭ, XI, 1974. с. 116.

The intact skeletons of two horses discovered in two recesses near the central burial-ground are of special interest. All parts of the horse-trappings were discovered in situ and this permitted an exact reconstruction (Fig. 4). The trappings of the two horses were different.

The first trappings, among which S-shaped bits were found, consisted of a forehead decoration with a plastic figure of a lion, recalling that type of decoration from Svcshtari, two elongated plates with three stylised hyp- pocampi, four square plates with a semi-spherical protuberance in the mid­dle and four stylised heads of gryphons in the corners, two round plates slightly raised and two silver vertebrae.

In the second trappings S-shaped bits were also found and it consisted of a forehead decoration, a rectangular plate with semi-spherical protuberances, two rectangular elongated plates for the sides and fςur round plates.

The first trappings are analogous to those in Thrace and especially to those of Krayov, Adchigyol, Letnitsa, Brezovo, Lukovit and other places. The characteristic features of the Thracian applications, like the belts with lines cut parallel, which were not usual with the Scythians, warrant the author to seek the origin of these trappings in Thrace.

The author considers that it may be more difficult to solve the origin of the second trappings. He has made an attempt to juxtapose the rect­angular forehead decoration with Iheplatethathastheimageofagoddesswith legs of snakes from Bolshaya Tsimbalkiya, Tolstaya Mogila, SoIoha, Alck- sandropolsk, etc.

The author considers that these trappings correspond most of all to the trappings from Rahmanli and PanagyrUrishte, considered as applications on shields. Although the central application on the shields is bigger, the form is similar. On the basis of these materials the author considers that they represent evidence of particularly strong Scytho-Thracian relations in the 4th century B.C.

STUDIA THRACICA. I

ФРАКО-СКИФСКИЕ КУЛЬТУРНЫЕ СВЯЗИ

Sofia . 1975 . София

<< | >>
Источник: ΦΡΑΚΟ-СКИФСКИE КУЛЬТУРНЫЕ СВЯЗИ. ИЗДАТЕЛЬСТВО БОЛГАРСКОЙ АКАДЕМИИ ИАУК. София - 1975. 1975

Еще по теме ФРАКИЙСКАЯ УЗДА ИЗ ХОМИНОЙ МОГИЛЫ:

  1. КУЛЬТУРА ПЛИТОЧНЫХ могил
  2. Устройство и семантика могил
  3. ГРАВИРОВАННЫЕ КОСТЯНЫЕ ПЛАСТИНЫ ИЗ Таймановой МОГИЛЫ
  4. Окрашенность погребённых и могил
  5. VII. могилы И КУЛЬТОВЫЕ УГЛУБЛЕНИЯ
  6. Фракийские племена
  7. № 39. КОЛОНИЗАЦИЯ ГРЕКАМИ О. ФАСОСА И ФРАКИЙСКОГО ПОБЕРЕЖЬЯ
  8. НОВЫЕ ФРАКИЙСКИЕ ЭПИТЕТЫ АСКЛЕПИЯ И ИХ ТОЛКОВАНИЕ
  9. К ПРОБЛЕМЕ САМОБЫТНОСТИ ФРАКИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ В РИМСКОЕ ВРЕМЯ*
  10. ФРАКИЙСКИЙ МОТИВ В ИСКУССТВЕ СКИФОВ
  11. О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ФРАКИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ ТИРИЗИСА
  12. ГОРОДСКАЯ ПЛОЩАДЬ ГОРОДОВ В ФРАКИЙСКИХ ЗЕМЛЯХ 1 ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИЙ И РИМСКИЙ ПЕРИОДЫ
  13. ДАКИ (лат.Daci, Dacae, грен,∆dκoι, ∆ακαι) - фракийские племена, родственнъЕ гетам, обитавшие к северу от Дуная до отрогов Карпат. C VII по IV вв. до н.э. z⅛- ки находились под влиянием кочевников-скифов, а с Ш по П в, до н.э. - кельте» В I в. до н.э. при Буребисте дак
  14. ВЛИЯНИЕ ТЕХНИКИ ВЫПОЛНЕНИЯ ПРИ ОФОРМЛЕНИИ СТИЛЯ и МОТИВОВ В ТОРЕВТИКЕ ФРАКИЙЦЕВ И СКИФОВ