<<
>>

Введение

Как рассказать об открытии, которое может показаться невероятным: о расшифровке немалого числа этрусских слов и надписей?

Я должен изложить в этой книге много нового, а это но­вое по самой своей сущности часто поражает и иногда ста­вит волнующие проблемы.

Я не буду останавливаться на том, что уже было написано об этрусках достаточно компе­тентными авторами.

История этого народа, его искусство, его религия уже дав­но являлись предметом изучения настолько тщательного, на­сколько это было возможно без понимания этрусского язы­ка, который, впрочем, не был абсолютно неизвестен. C од­ной стороны, греческие и римские авторы сохранили для нас кое-какие его обрывки. Было, например, известно, что a⅛, eis означало «бог», a aisar, eisar — «боги». Были известны име­на многих этрусских божеств, названия месяцев и тд.

C другой стороны, сравнение эпитафий этрусков и древ­них римлян помогло Паули и другим ученым расшифровать смысл многих слов: clan (сын), clenar (сыновья), avil (год), 2 - 7049 MaftflHH

rii (возраст). svilce (жил), suθi (sιιtlι∣) (могила) и т.д., но ко- личество таких слов было в общем невелико.

Прочтение этрусских текстов казалось легким, так как их алфавит мало чем отличается от греческого. Но между тем оставался непонятным смысл большинства слов, высе­ченных на саркофагах, могильных плитах или па предме­тах, приносимых в дар богам: статуэтках, чашах, вазах и т.д. Не удавалось прочесть и единственную оставшуюся от эт­русков «книгу» из 12 маленьких глав. Это знаменитые тек­сты. написанные на полотняных пеленах, в которые была завернута мумия этрусской женщины, хранящаяся ныне в Музее Загреба (Аграма). Именно этим-то текстам и посвя­щена моя книга. Однако не все они расшифрованы с абсо­лютной ясностью. Есть островки, перевод которых бесспо­рен, есть и другие, перевод которых лишь вероятен.

Поэтому каждое расшифрованное слово или текст бу­дут сопровождать буквы А или В.

В категорию А войдут

Рис 1 Саркофаг с рельефами. Камень. Конец VH — начало Vl в. до н.э

слова и тексты, в достоверности перевода которых мы уве­рены, в категорию В — точность перевода которых очень вероятна. Значение же слов и предложений, нс обозначен­ных одной из этих букв, лишь предположительно. Я ре­шился опубликовать результаты моей работы лишь пото­му, что накопилось большое количество элементов А и В и можно наконец нарушить двухтысячелетнее молчание этрусков. Бесцветные тени, молчаливо проходившие перед нашими глазами, останавливаются, чтобы дать нам услы­шать их голоса. А ведь то, что они нам скажут, совсем не похоже на содержание большей части древних надписей. Мы не услышим ни королевских приказов, ни победных реляций.

Нет, мы узнаем этруска таким, каким он был в период мира и в период войны, в храме и в таверне, у врача и у себя на кухне, короче говоря — обыкновенного жителя Этрурии, такого же человека, как мы, с мыслями, желаниями и стра­стями, понятными и близкими нам, одаренного той удиви­тельной жизнеспособностью и жизнелюбием, о которых мы уже давно догадывались, глядя на произведения его искус­ства.

Ясно, что в работе случались и задержки, и провалы, но я не собираюсь ни скрывать их, ни смазывать. Я не наме­рен потрясать одними трофеями невероятной охоты. Мне хочется также честно поведать о недостатках и сомнениях, ошибках и блужданиях вслепую, о тех кривых тропинках, по которым я столько раз брел, обреченный вернуться не­солоно хлебавши к отправной точке. А что сказать о харак­тере текстов, которые нужно было расшифровать и которые выбирались наугад? Как бы мне хотелось ограничиться од­ной категорией надписей, какой-нибудь маленькой груп­пой, чтобы изучить ее методически и дать ее ясный и ис­черпывающий перевод! Какое там! Мне приходилось выры­вать клочки истины из полной тьмы, как и где я только мос повинуясь интуиции, руководствуясь аналогией, подхвачен­ным где-то намеком, подозрением или случайным сход­ством.

Вот уже четыре гола, как я нахожусь в сердце этих эт­русских джунглей, где самое разумное предвидение не сто­ит ни гроша, и у меня в качестве единственного оружия было лишь некое интуитивное чувство.

Я хотел бы проло­жить себе хорошо намеченную прямую дорогу. Я бился так, как если бы это был для меня вопрос жизни и смерти. Но H этих зарослях моя дорога выписывала невероятные кренде­ля. То нужно было обойти западню. то продвигаться полз­ком. то высоко подпрыгнуть, чтобы избежать разнообраз­ных опасностей.

Если бы хоть результаты этой битвы были всегда ясны­ми и убедительными! Но и этого нельзя утверждать. Воз­можно, я просто должен был внести свою лепту в и без того богатую коллекцию комичных недоразумений, которыми, как мы увидим, усеяна вся дорога этрускологии.

А можно ли было надеяться на что-либо другое? Вы хо­тите, чтобы мертвые вдруг поднялись из своих роскошных, украшенных скульптурой саркофагов, чтобы авгуры повто­рили свои священные жесты и чтобы все это произошло в абсолютном порядке, без всяких неожиданностей, без це­лого ряда звуков, которые неизвестно как произнести?

Нет, некоторые ошибки в этой области еще неизбежны. Тем хуже. Впрочем, ведь речь не идет о нашем самолюбии. При входе во владения этрускологии следовало бы устано­вить большую вывеску: «Оставь самолюбие всяк сюда вхо­дящий». И если есть что-либо действительно нелепое и смешное, так это надежда разрешить однажды всю пробле­му взмахом волшебной палочки, надежда найти «ключ», ко­торый откроет все двери и все объяснит.

Да, ключ существует, и я его только что нашел. Он очень действен, и я отдаю его в руки всех этрускологов. Тем не менее процесс восстановления языка, забытого в начале на­шей эры, еще потребует от нас длительной борьбы, много настойчивости и много здравого смысла. А разве другие науки в начале своего развития избежали досадных непри­ятностей и огорчений? Этрускология лишь подчиняется об­щему правилу.

Здесь я должен на минуту остановиться и задать чита­телю вопрос: а в курсе ли он истинных трудностей, связан­ных с расшифровкой этрусских текстов? О некоторых из этих трудностей почти никогда не упоминалось. Читая ра­боты, написанные с целью популяризации наших знаний в области этрускологии, или статьи на эту же тему, вдруг за­мечаешь, что проблема расшифровки часто бывает в них за­тушевана.

Автор, который страницу назад был так оживлен и красноречив, который с таким блеском рисовал нам кар­тины этрусской цивилизации, начиная говорить об этрус­ском языке, вдруг сникает, и чувствуется, что ему не по себе. Он мнется, напускает на себя таинственность и показывает вам знаками, чтобы вы не поднимали голос, ходили на цы­почках и вообще не задерживались на этом деликатном воп­росе, как будто это комната, где лежит тяжелобольной, нуж­дающийся в абсолютном покое.

Действительно, проблема расшифровки стала в совре­менной этрускологии больным местом. Неоднократно эт­русский язык пытались сравнивать с различными языка­ми — древними и современными, надеясь открыть его сек­рет, но напрасно. Сверх всего прочего существуют еще и особые технические трудности, усложняющие дешифровку Вот некоторые из них:

1. Мы часто не знаем, где начало и где конец слова. Мы видим группу букв, но не можем определить, одно ли это слово, илй два более коротких слова, или целая фраза. При­веду пример: в сцене, выгравированной на зеркале, среди других представлен молодой гаруспик — гадатель, рассмат­ривающий печень, орган, содержащий в себе предсказания. Подпись к этой картине гласит ρavatarχies. Узнав в слове Tarχies Тарквиния, исследователи создали новое имя соб­ственное: Rava-Tarχies. Мне же удалось установить, что pβva, как мы дальше узнаем, значит «видел». Следовательно, эта надпись представляет целую фразу: «Тарквиний увидел». Ху­дожник ограничился коротенькой подписью, так как, ви­димо, речь шла о широко известной легенде.

2. Алфавит, которым пользовались этруски, был заим­ствован. Хотя в него и были внесены некоторые исправле­ния. он мало отвечал особенностям этрусской фонетики. Поэтому, чтобы передать некоторые звуки, этруски употреб­ляли то одну букву, то другую. Писцов міню заботила еди­ная система письма. Их р обозначало р. /?. bh∖их с могло обозначать к,g. q. ∕z. ich∖гласная и могла значить и о и и. Часто у обозначало и.

3. И, наконец, этруски, особенно жившие в последние века до нашей эры. заимствовали у семитов их досадную привычку писать, пропуская некоторые гласные. Например, по-финикийски слово ιna!kaι (царица) писалось mlkt. и нужно было догадаться, каких букв не хватает. Так же и эт­руски писали Elχsπtre вместо Азександр. Хорошо еще, если речь идет об известном имени собственном. А в других слу­чаях это становится истинным камнем преткновения.

Поэтому мы часто не знаем точно, как нужно произ­носить то или иное этрусское слово. Видя его. мы долж­

ны задать себе сразу два вопроса: написано ли это слово полностью, или сокращенно? Выражают ли гласные и со­гласные произношение этого слова точно, или только при­близительно?

∕∙a-.p

<< | >>
Источник: З. Майяни. По СЛЕДАМ ЭТРУСКОВ. Москва - 2003. 2003

Еще по теме Введение:

  1. ВВЕДЕНИЕ
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. Введение
  5. ВВЕДЕНИЕ
  6. ВВЕДЕНИЕ
  7. Введение
  8. Введение
  9. ВВЕДЕНИЕ
  10. Введение
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. ВВЕДЕНИЕ
  13. ВВЕДЕНИЕ
  14. ВВЕДЕНИЕ
  15. ВВЕДЕНИЕ
  16. ВВЕДЕНИЕ
  17. ВВЕДЕНИЕ
  18. ВВЕДЕНИЕ
  19. ВВЕДЕНИЕ