<<
>>

ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ ХУННОВ

На высшей ступени варварства старейшины резко отлича­ются от военных вождей53. Так было у ирокезов, где оба ин­ститута уживались, не мешая друг другу; у германцев, где военные вожди, герцоги, за время Великого переселения наро­

дов совершенно вытеснили родовую знать — конунгов.

Борь­бу этих же начал мы наблюдаем в Спарте. Там военные вож­ди-цари были подчинены совету старейшин — герусии, но и те и другие подчинялись народному собранию. В Афинах мы видим полное торжество народного собрания над старейши­нами-архонтами, а базилевсы — цари-военачальники — были вовсе упразднены. Таким образом, наблюдаются разнооб­разные формы совмещения родового строя с существованием сильной военной державы. Как же решили этот вопрос хун- ны? В эпоху Модэ хуннский род был патриархальным, т.е. дети принадлежали к роду отца, а не матери. Вдова старшего брата становилась женой младшего, который обязан был о ней заботиться, как о своей любимой жене54. Круговая пору­ка рода подразумевалась как обязательное условие. Это вид­но из того, что за преступление, совершенное одним членом семьи, несла ответственность вся семья55. Эти черточки по­казывают, что род был крепок и отнюдь не разлагался. C отцовским родом всегда бывает связана экзогамия, и у хун- нов она налицо, так как жен полагалось брать исключитель­но из чужого рода, что видно на примере брачного права шаньюев.

Чтобы разобрать вопрос о том, кем был по существу ро­довой князь, мы должны обратиться к сравнительной этно­графии. Форма общежития в виде большой семьи, управля­емой патриархом, сохранялась до XIX века у южных славян (задруга). Управлял ею домачин, который «отнюдь не обяза­тельно должен быть старейшим»56. В римской патриархаль­ной семье понятие familia означало всех принадлежащих од­ному человеку рабов57, т.е. все имущество. Сходной формой была семейная община еврейских патриархов, например Ав­раама, описанная в книге «Бытие».

Все эти формы не явля­ются залогами хуннского рода, значительно более развито­го, но могут быть рассматриваемы как исходные формы ге­ронтократии. Хуннский родовой князь был представителем интересов рода и пользовался полной его поддержкой. Та­кую систему позднее можно было обнаружить в Монголии, но лишь в тех родах, которых не коснулись военные реформы

Чингисхана, порвавшие родовые связи и заменившие их во­енной субординацией. Отсюда становится также понятно, каким образом шаньюев род пользовался непререкаемой властью в огромной державе. Эта власть была основана не на узурпации прав общины, а на привычном авторитете родового старшин­ства. По отношению к покоренным народам шаньюй был владыкой, более или менее суровым, а по отношению к сво­ему народу — отцом, более или менее добрым.

Итак, установив наличие родового строя у хуннов, мы должны определить в нем место военных вождей. Отличи­тельное их качество — несвязанность с системой рода; выби­рались они независимо от происхождения и исключительно по способностям. У хуннов они назывались гудухэу. Они были низшим командным составом, всецело подчиненным родо­вой знати. А.Н. Бернштам в своей книге «Очерки истории гуннов» предположил, что шаньюй узурпировали право рода58, но это мнение основано на невнимательном чтении источ­ника. Шаньюй и вся высшая знать сами были членами рода, они представляли его, как глава семьи представляет собой всю семью и говорит от ее лица. Строй, установленный Модэ и его преемниками, консервировал систему родовых отно­шений и может быть определен как геронтократия — власть старейших в роде. Разумеется, при развитой системе рода личный возраст значения не имел, так как в родовых систе­мах ведется сложный счет старшинства, при котором ново­рожденный ребенок может оказаться «старше» глубоких ста­риков. Захватив всю власть в свои руки, родовая знать заме­нила народное собрание съездами родовых князей. Народное собрание нигде не встречается в истории Хунну, тогда как съезды родовых князей и вельмож собирались регулярно дважды в год59.

Консолидация знатных родов, очевидно, была на столь высокой ступени, что мы вправе определить хуннскую державу как родовую империю. Однако создать такую слож­ную и оригинальную систему было нелегко; необходимо было не только высокое происхождение ее основателя, но и боль­шой военный талант его. Именно это сочетание мы видим у Модэ, который спас своих стесненных врагами сородичей, увеличив силу привычного уважения к старшим военной дисцип­

линой. Как мы видели выше, в начале своего правления он принужден был переступить через трупы отца и брата, но сочувствие соплеменников было на его стороне. Когда же он столкнулся с нарушением дисциплины и противодействием отдельных представителей своего народа, то тут покатились головы нерадивых. Урок был, видимо, дан основательный, потому что после этого ни о каких нарушениях дисциплины не упоминается.

Год 209 до н.э. был для всего хуннского народа роковым: решалась его судьба. Если бы не ум и энергия Модэ, хунны истратили бы свои силы в родовых распрях, как кельты, или в военном наемничестве, как германцы и самниты, или в бессистемных грабежах и истребительных войнах с соседями, как скандинавы и ирокезы. В любом случае они не вышли бы из ряда полудиких кочевых племен, смыслом деятельно­сти которых было бы разрушение и самоистребление. Но об­щий ход исторического развития кочевых племен и в этом случае не был бы нарушен. Место исчезнувших хуннов заня­ли бы либо восточные монголы-дунху, либо южные тибет- цы-кяны, либо западные арийцы-юэчжи, либо северные угры, предки ненцев. Изменились бы только детали хода событий, направление культурного развития, этнический состав. Од­нако от этих второстепенных моментов зависела жизнь всех хуннов. Поэтому для них реформы Модэ имели огромное значение. Важны они и для историка, восстанавливающего картину реального прошлого, а не только общие закономер­ности развития человечества.

Разумеется, Модэ создал державу не из ничего. Консолида­ция кочевых племен была предрешена всем историческим про­цессом развития скотоводческого хозяйства. Но деятельность и способности Модэ не могут быть оставлены без внимания. За его свистящей стрелой устремились уже не охотники до чужого добра, а воины, верящие в своего вождя и подчинен­ные сознанию долга. Модэ умер в 174 г., достигнув такого величия, о котором в начале жизни он и не помышлял. Его дело просуществовало 300 лет, хотя ни один из его потомков не мог сравниться с ним по таланту.

<< | >>
Источник: Гумилев Л.Н.. История народа хунну / Лев Гумилев. — M.,2010.-700, [4] с.. 2010

Еще по теме ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ ХУННОВ:

  1. Хозяйство и общественный строй
  2. Общественный строй Индской цивилизации.
  3. ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ ДРЕВНЕЙШЕГО РИМА
  4. § 4. Хозяйственный, общественный и государственный строй финикийских царств.
  5. § 4. Общественный строй Сеннаара в эпоху раздробленности.
  6. ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ ИСЧЕЗАЕТ
  7. Экономика и общественный строй
  8. Общественный строй периода «Ле го».
  9. Экономика и общественный строй
  10. ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ ИНКОВ
  11. Экономика и общественный строй
  12. ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ АЦТЕКОВ