<<
>>

Костяные орудия

Из костяных орудий труда наиболее архаичными и распространёнными являются всевозможные проколки. Наряду с отдельными находками, представленными во всех культурах эпохи энеолита и бронзы, известны комплексы, которые можно трактовать как инструменты ремесленников.

Наиболее ранний происходит из позднетрипольского, единственного в к. 6—1 у с. Усапгово захоронения [603, с. 52—53]. Набор «однотипных костяных орудий» включая обломки остроконечников, отчасти рассредоточенных землеройками; обломки возле чаш у ноги головы («верхней части костяного орудия» во втором случае) были, ВОЗМОЖНО, помещены преднамеренно. Наиболее определено найденное в западном углу «орудие, предназначенное для плетения сетей». Оно указывает на хтоническую символику комплекса. Такова же семантика костяного шила, поделки из кабаньего клыка и рыболовного крючка из заклада над погребением к. 3—11 [603, с. 84—85]. Вместе с тем бронзовый кинжал в восточной части могилы над головой погребённого, а также «обломок костяного острия» под плитами перекрытия погребения к. 6—1 можно считать элементами брасмана, предназначенного для воздействия на небеса.

Не исключено, что чрезвычайное обилие колющих инструментов в этих и других захоронениях усатовской кулыурыпородилосходную, тоже уникальную всвоём роде традицию румын класть в гроб гвозди, перевивать покойника колючими ветвями, пронзатъему пупокгвоздём, иглой, серпом, а то и веретеном (котороесчиталось одним из атрибутов смерти — Самодивы); последние, наряду с мутовками, втыкались также в могилу. Всё это отнесено Т. Н. Свешниковой [708, с. 130—132] кпревентивным мерам против оборотничества, однако не исключены и реминисценции представлений о брасманах — орудиях воскресения и воздействия на небеса. Такие реминисценции, завуалированныеотрицдниемдревнихязыческих ритуадов,прослеживаются во втыкая ни в могилы вышеуказанных предметов (известных символов судьбы и возрождения), а также в манипуляциях над могилами водой, сопряжённых с 9 гвоздями и лемехом — знаками дождя, земледелия и срока беременности [там же].

Наиболее ранний комплекс костяных инструментов ямного времени зафиксированвпД1ю2ус-БолъшаяБелозеркаНово-Каменскогор-наЗапорожской

обл. [70, с. 23—24]. По определению антрополога С. И. Круц, здесь была захоронена женщина средних летсоследами прижизненной травмы головым с преждевременно стёртыми зубами, использовавшимися, вероятно, вскорняжномрсмесле. О последнем свидетельствует инвентарь: 2 проколки и 3 лощила-подложки со следами наколов, а также 2 необработанных кости, кремнёвый нуклеус, створка речной раковины и глиняный сосуд. Интересно, что к мастерице был подхоронен безинвентарный мужчина: п. 12 [1038, с. 259, рис. 39:11—12]. Оба погребения относятся к поздне- ямному периоду.

В качестве захоронений мастеров-кожевников исследователи рассматривают также мужское п. 5 к. 31 Павловского могильника на Среднем Дону (722, с. 25,28,43,166], погребение женщины зрелого возраста из к. 1 у с. Васильевка Донецкой обл., п. 12 к. 2 у г. Зимогорье Ворошиловградской обл., содержавшее останки подростка и мужчины с инструментами [353, с. 43]. Однако инструменты были изготовлены там преимущественно из камня и металла: в первом из 16 предметов костяных не было вовсе, во втором—из 6 предметов костяным оказалось лощило, а в третьем наряду с каменными орудиями находилось 2 костяных лощила, тупик мз лопатки крупного животного и топорик из рога. Еще меньше костяных орудий в погребениях кожевников катакомбного времени. При этом наблюдается не только сосредоточие готовых инструментовпри погребённых в камерах, нотакже заготовоки сырья во входных ямах [320, с. 67—68]. Такое размещение должно было, по-видимому, стимулировать «выход» мастеров из потустороннего мира.

В редких случаях удаётся разгадать стоящий за костяными проколками второй — не производственный, а сакральный смысл. Так, впозднеямном п. 18 к. 13 у с. Балабан Тараклийского р-на MCCP «костяная стрела или шило... со следами полировки» было помещено у левого плеча обезглавленного покойника [877, с. 61—62], что позволяет считать это изделие уподоблением брасману, призванному воздействовать на небеса.

Это заключение можно конкретизировать, если будут определены вид существа и кости, из которой изготовили шило.

Специфические «шилья» из расщеплённых костей с 1^3 парами врезок пятки появляются в позднеямный периол [744, с. 52]. В катакомбном п. 1 к. 3-Б у с. Красная Гусаровка Балаклейского р-на Харьковской области у коленей покойника их обнаружено 38, причём они были «последовательно связаны» толстой нитью. Автор раскопоксчёлих «челночками», инструментами ткача [73, с. 111—112]. Однако такому определению противоречит другой инвентарь: деревянная палочка с поперечными желобками, 21 кремневый отщеп, 2 песчаниковые плитки (под головой) и, главное, 5 каменных выпрямителей древков стрел. В целом комплекс можносчитать принадлежностью стрелодела, а «челночки»—приспособлениями для обработки кожи и сухожилий (необходимых при изготовлении и стрел, и луков).

K началу срубного времени относится п. 20 кургана у с. Пелагеевка Николаевской области. Пол каменным закладом обнаружилась массивная доска с 3+4 поперечными планками, под которой лежал скелет мужчины 18~22 лет; у его груди найдено 140 «заготовок шильев из расщеплённых костей» и 3 готовых изделия с I—2выемками у пятки; здесьже найдено4 овечьих астрагала, один из которых оказался просверлен. И. И. Шарафутдинова предположила, что комплекс представляет собой «остатки примитивного ткацкого станка» [929, с. 94—95]. Однако такие «шилья» применялись в качестве колышков для растяжки обрабатываемых шкур [710, с.

124—125]. Помимо отдельных колышков с характерными выемками у пятки, которые могли использоваться и в качестве шильев, встречаются иногда наборы, подобные w ліифмесмгщчкікіну [923, с. 46, рис. 13:1—2]. Их находят не только в могилах и на поселениях, но также в культовых зольниках.

Г. Н. Тошев и И. Т. Черняков, объясняя массовые находки орудий труда для обработки кожи (и керамики) в Новоселицком зольнике сабатиновской культуры, сослались на хеттские ритуалы [821, с. 122—123,135]. Однако восточноевропейская ритуализация скорняжного ремесла, какпоказановыше, уходит в дохеттские времена —кнэчалу ямной культуры, обнаруживаяпри этом, согласноА.

Т. Синюку [722, с. 125], майкопские влияния. Можно полагать, что колышки или «шилья» получили отражение в мифологии индоиранских племён. «Подобнотому,какрастягиваюткожуспомощью деревянных гвоздиков», была укреплена богами молодая, колеблющаяся ешё земля [Майтраяния Самхита 1.10.13]; в качестве «колышка», обеспечивающего землетвёрдую опору, рассматривалсяиногдаизначальныйхолмВала[297,с. 124—125]. Почитались и шкуры, начёммы останавливались при рассмотрении подстилокднамогил. Помимо ритуальной борьбыза обладание кускомбелойшкуры.символизировавшейновогоднее солнце [297, с. 50), практиковалось шитьё к определённым датам одежды из овчин [267, с. 88;656, с. 195—196]. Объяснение такимпредставлениямследуетискатъ, намой взгляд, в двух обстоятельствах. Во-первых, в семантическом схождении 'тела’ и ‘шкуры’ (и.- е. *t,h>ekιw- [L33, с. 812]), которые следовало обновлять накануне Нового года и воскресения из небытия. Для этой цели, во-вторых, покойниковинаделяли, очевидно, соответствующими инструментами и шкурами тех животных, в созвездия которых (Тельца, Овнаи др.) вступало новогоднее или иное из особо почитавшихся солнц. При этом могло подразумеваться перевоплощение погребаемого вто или иное животное— со сменой облика вместе со шкурой.

Вторым по времени появления в могилах, ноедва ли ни первымпо встречаемости костяным орудием являются «флейты».

Они изготавливались преимушественноиз птичьих костей и обычно заполированы. Далеко не все эти изделия полые; в таких случаях их вероятней всего трактовать как приспособления для гаданий и других магических действий. Такое объяснение можно считать несомненным для изделия со следами раскраски. Древнейшее из них Обнаружено в нижнемихайловском или позднетрипольском п. 10 к. 9 у пос. Григориополь MCCP, гдезахоронениеженщины сопровождалссьпалкой-копалкой из оленьего рога, деревянным ножом с кремнёвыми вкладышами для разделки мяса, набором кремнёвых инструментов для работы по дереву, а также тремя палочками из роговкосули(?), раскрашенными охрой и сажей [715, с.

55—59,127]. Очевидно, что это наборне ремесленницы, ахозяйки, которая хоть и обладала, возможно, редким умением обрабатывать дерево, но пользовалась также правами разделки (жертвенных?) туш и ведения ритуала. Окрашенные косточки или цилиндрики встречаются затем и в ямной культуре [838, с. 92—93]. Они бьпуют до конца катакомбноговремени,сопровождаясь иногда головками изохры, бронзовымиигастовымипронизками, обнаруживая следы попарного связывания нитками, и проч. По мнению Л. С. Ильюкова [279], эти выполненные преимущественно из вороньих и грачиных костей двуликие фигурки «обязаны были переправлять человеческие души в сторону предков». Не исключено, что подобный смысл вкладывался уже в палочки при п. 10 к 9, поскольку ему предшествовало п. 17 с клювообразным скипетром из оленьего рога.

Флейтаминемогутсчиїатьсяивсепольїекосточки. Поубедительному разъяснению Л. Л. Галкин, а по крайней мере часть их них использовалась в качестве приспособле­ний дляувеличениянадоевмолока [131]. Исследуя эти приспособления, С. В. Иванова обратил а внимание на преобладание их в детских и особо выделенных захоронениях, что подтвердило этнографические данные о сакрализации доения, магическом его антураже [256]. Находкатакогоприспособлениянаповерхности Фёдоровскогосвятилища позднеямногопериодасостелой (о которых речь ниже) показалаегосвязьспочитанием солнечной кобылицы или скакуна, несущего Вишну-Индру [988, с. 20—21]. Впрочем, не исключено, что в данном случае оно могло являться «деталью музыкального инструмента типа «флейты Пана»» [751, с. 28]. Представляется вероятным, что использование для таких изделий преимущественно птичьих костей наделялось сакральным смыслом, подобным выявленному в предыдущей главе при рассмотрении совместных находок яиц, а также костей птиц и крупного рогатого скота. Кости птиц могли усиливать космогоническую символику доения (а в подобных Фёдоровскому святилищу случаях—подчёркиватъсемантическое схождениеконяй птицы, издревле присущееарийскимАшвинам, идр.);помещениеже таких инструментоввмогилумогла означать наделение покойника(особенноребёнка)«молочнымисточником»—длянего и похоронившей общины.

И всёже нельзя исключать, чторяд «флейт» действительнослужил музыкальными инструментами, сопровождавшими, бытьможет, древнейшие гимны. Наэто указывают, в частности, остатки деревянной свирели при одном из трёх детей, уложенных над головами пары взрослых в раннекатакомбном n. Юк. L у с.СтарогороженовПоингулье [926, с. 108—110], а также арфа из новосвободненской гробницы 5 к. 31 в ур.Клады, которую А. Д. Резепкин счёл древнее (первой трети Ill тыс. до н. э.) арф из царской гробницы 800 I династии Ура [668].

Заключая рассмотрение костяных орудий, следует вспомнить мотыги из оленьих рогов и др., изредка встречающиеся в могилах различных культур энеолита и бронзы. Древнейшая такая находка происходит из п. 21 к. 1 у с. Пуркары (Нижнее Подне- стровье): здесь у кистей и лица взрослого, погребённого наряду с мотыгой, найдены остатки деревянного с кремнёвыми вкладышами «серпа для срезания травы», а также бронзовое тесло, долото, кинжал и керамический кубок; другие предметы располагались в отдалении либо на черепе [1032, с. 63—67, 217]. Мотыга здесь явно входила в земледельческо-ремесленныйкомплскс. Более поздние находки выглядятзначительно утилитарней: как землеройные орудия, оставленные после сооружения могил.

2.

<< | >>
Источник: Шилов Ю.Л.. Прародина ариев: История, обряды и мифы. — Киев: СИНТО,1995. — 744 с.. 1995

Еще по теме Костяные орудия:

  1. ГРАВИРОВАННЫЕ КОСТЯНЫЕ ПЛАСТИНЫ ИЗ Таймановой МОГИЛЫ
  2. Древнейшие орудия труда
  3. КАМЕННЫЕ ОРУДИЯ
  4. Хозяйственная жизнь и орудия труда
  5. Развитие производительных сил. Железные орудия
  6. Каменные и медные орудия труда. Ремесла раннего царства
  7. Глава 3. Древнее царство Египет. Орудия труда из меди и камня
  8. Результаты раскопок
  9. Приложение 3 Номенклатура некерамического инвентаря
  10. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  11. Общая характеристика орудий труда верхнего палеолита
  12. Мустьерская культура
  13. МЕТАЛЛЫ
  14. ИЗ ТРАКТАТА ЯНЬ ТЕЛУНЯ “СПОР ОБ УПРАВЛЕНИИ СОЛИ И ЖЕЛЕЗА”
  15. ОГЛАВЛЕНИЕ