<<
>>

Кубано-терская культура или культурно-историческая общность?

Первоначально, когда мы решали задачу выделения гомогенных культур эпохи средней бронзы на всем пространстве Северного Кавказа, Кубано-Терское междуречье рассматри­вался нами как относительно монокультурный регион среди других на Северном Кавказе, а памятники пост-майкопского и докатакомбного времени были детерминированы как прина­длежащие к кубано-терской культуре в двух широтных вариантах - степном и предгорном, в трех меридиональных микрорегионах [Николаева 1987, с.

13-14]. В настоящее время про­веденный анализ новых археологических комплексов пост-майкопского и докатакомбно- го периода в шести микрорегионах Кубано-Терского междуречья убеждает, что между па­мятниками даже этого региона нет того единства, которое подразумевается под термином «археологическая культура», поэтому совокупность памятников пост-майкопского периода рассматриваемого региона представляет собой скорее Кубано-Терскую культурно-истори­ческую общность (далее КТ КИО). Эта коррекция классификационного термина направлена на уточнение механизма формирования культурной общности в Кубано-Терском междуречье во III/II-II тыс до н.э., и оправдана как с позиции сравнительно-исторического языкознания, так и мифологии (см. глава 7).

Только три территории, Верхнее Прикубанье, предгорная Кабарино-Балкария и пред­горная Осетия, соответствуют ареалу одной культуры, но и они содержат памятники с разной степенью влияния степных и куро-аракских традиций на разных хронологических отрезках.

Действительно, сходство структуры керамического комплекса КТК по двум регионам (Кабарда и Северная Осетия) проявляется при сравнении на уровне функциональных групп в большей степени, чем на уровне типов. Различия в структуре и составе комплексов КТК в этих двух регионах объясняются их разной хронологической позицией, но большая часть та­ких комплексов Кабарды относится к периоду СБ Io - СБ IIs(по В.А. Сафронову), или к IV этапу КТК.

Кабарда в этом хронологическом периоде ближе в культурном отношении к Пятигорью и к Степи, чем к Северной Осетии, где дольше сосуществуют две культурных традиции - ку­бано-терская и куро-аракская, а степные элементы проявляются лишь на поздней (катаком­бной) стадии КТК, т.е. на V-VI этапах. Поскольку Кабарда открыта степным влияниям более, чем Северная Осетия, КТК Кабарды носит более синкретичный характер.

На ранних этапах предгорная полоса Кабарды и Осетии находится в зоне влияния поз­дней куро-аракской культуры Среднегорья, а с появлением ранних катакомб в Степи усили­вается влияние степных элементов на Верхнее Прикубанье, Пятигорье, Кабарду как с севера, так и с запада. В борьбе двух традиций на предгорных равнинах этих территорий побеждает степная. Кубано-терская культура отступила в горы и вошла позже компонентом в кобанскую культуру.

По типологии керамики, орнаментации и орнаментальным штампам Пятигорье обособ­ляется в отдельный регион. Существование реальных различий как в типах керамики, так и в составе ее комплексов затрудняют оценку степени сходства памятников пост-майкопского и докатакомбного времени Пятигорья с другими регионами Кубано-Терского междуречья и

культурную атрибуцию памятников Пятигорья. Если специфику региона Кабарда+Осетия оп­ределяет значительный вклад куро-аракской традиции, то специфику Пятигорья определяет вклад культурных традиций Степи в более широком диапазоне.

Если сравнить соотношение между основными функциональными группировками ке­рамики по четырем регионам, то можно отметить, что на уровне «отделов» три региона Верх­нее Прикубанье, Кабарда и Северная Осетия показывают сходную структуру объединенного комплекса. В Верхнем Прикубанье и Пятигорье хотя и нет «кратеров», но есть сосуды тех же пропорций, без ручек, что мы обозначили как «кратерообразные сосуды», поэтому структура сводных комплексов в окончательном виде оказывается сходной по четырем регионам.

Более значительные расхождения восточной и западной части Кубано-Терского между­речья проявляются на уровне сравнения вариантов и типов.

И этот факт не может быть сни­велирован даже присутствием в Верхнем Прикубанье уникальных амфор (Усть-Джегутинская 17/ц. 19/ц и др.), сопоставимых как с центральноевропейскими, так и с амфорами Осетии, Ка- барды, из-за их малого числа. Хронология амфор неясна, поскольку они не сопровождаются датирующими предметами.

В Пятигорье (район Пятигорска и Кисловодска) амфор нет.

Двуручных сосудов («кратеров») нет ни в Верхнем Прикубанье, ни в Пятигорье, и по это­му признаку эти два региона равным образом отличны и от Кабарды, и от Северной Осетии.

Одни исследователи указывают, что в керамике Пятигорья (Кавминвод) отразилась мно- гокомпонентность этно-культурной среды юга Восточной Европы, [Кореневский 1990, с. 119]. Другие, наоборот, считают, что «керамика восточноманычской культуры, сходная с северо­кавказской керамикой, уходит корнями в новосвободненское время» [Андреева 2008][50]. Эти мнения находятся в согласии с наблюдениями археологов начала 20 века, рассматривавших культуру бронзового века Северного Кавказа частью культуры бронзового века понто-кас­пийских степей (см. глава 1, табл. 1).

Северная Осетия стоит особняком и по количеству керамики в одном комплексе, и по преобладании в керамической коллекции «кратеров». Большое число сосудов в одном погре­бении позволяет безошибочно представить ассортимент сосудов одного хронологического горизонта и датировать погребения, содержащие по одному сосуду даже без датирующих предметов. Число сосудов в погребальном инвентаре уменьшается от Северной Осетии до Верхнего Прикубанья.

С другой стороны, Пятигорье и Кабарда ближе друг другу по удельному весу кружек в керамическом комплексе[51].

Становится ясно, что абсолютного сходства в сводных керамических комплексах всех четырех регионов, характеризующих культуру ПМ ДК времени в предгорных районах Куба­но-Терского междуречья, нет. В то же время отдельные экземпляры керамики обнаруживают такую степень сходства, как будто они вышли из рук одного мастера.

Признаком, объединяющим памятники пост-майкопского времени, является исполь­зование «шнурового» штампа в декорировании керамики, который воспроизводится также на бронзовых предметах [Деген 1941, табл. 10]. Другим характерным признаком является использование «треугольного штампа» на керамике с III/IV этапа КТК. Однако наряду с этим есть неорнаментированные сосуды и сосуды, украшенные простыми нарезными линиями без шнурового и треугольного штампов, и их место хронологически неопределенно.

Таким образом, если керамику и орнаментацию на ней считать этническим признаком, то следует признать, что культурного, а следовательно, и этнического единоообразия в Куба- но-Терском междуречье не наблюдается.

Термин «кубано-терская культура» не применим ко всем пост-майкопским и доката- комбным памятникам региона. Они представляют собой скорее совокупность нескольких, достаточно монокультурных групп, не имеющих местных корней, но связанных с одними и теми же культурными очагами в Северном Причерноморье и в Центральной Европе, что в большей степени соответствует культурно-исторической общности Кубано-Терского меж­дуречья. Исходя из методики выделения археологической культуры, сформулированной выше, к кубано-терской культуре, строго говоря, следует относить только памятники пост­майкопского и докатакомбного времени в предгорьях Кабарды и Северной Осетии. Этот вывод важен для соотнесения данных археологии с данными лингвистики и мифологии, ко­торые приведены в главе 7.

Металлокомплекс пост-майкопского времени - это система, проявляющаяся в наличии опорных типов (булавки) и типов окружения опорного типа, образующих разные комбинации. Системность металлокомплекса, неслучайное сочетание типов объясняется его культовой функцией. Опорным типом в этом комплексе является - «булавка», стилизованное изображе­ние Великой богини (см. выше), а типы окружения - это символы окружающего мира, факто­ров жизни и плодородия (вода, солнце; пшеничный колос и снопы). Мы показали, что не каж­дый комплекс пост-майкопского времени Кубано-Терского междуречья представляет собой систему таких типов.

По результатам сравнительного анализа сводных комплексов отдельных регионов подтверждается общность исследуемого массива памятников по 10 типам металлоком- плекса. Однако данные общие типы не являются ведущими, опорными в комплексе, како­выми являются или булавки, или коррелируемые с ними выпуклые бляхи, а представляют только «окружение опорного типа» в виде разрозненных предметов, не образующих систе­мы. Связующими между отдельными комплексами являются те типы, которые чаще встре­чаются в различных сочетаниях типов и одновременно являются синхронизирующими. Это - выпуклая бляха, кольцевидная бляха, ложковидная подвеска, сегментовидные пронизки, стерженьки-подвески, подвеска в 1.5 оборота и бочонковидные бусы. Если нет сомнений, что керамика - культурно-значимая категория, в том числе и для КТК, то в отношении тран­зитного металлокомплекса с большим числом импортов в степные памятники Предкавказья и понто-каспийских степей надо доказывать его культурную значимость при выделении КТК. Вместе с тем есть ряд комплексов в курганах Кубано-Терского междуречья. не содержащих керамики, а только отдельные бронзовые «украшения». Принадлежность таких памятников к КТК сомнительна. Такие комплексы выпадают их выборки КТК как не содержащие всю сис­тему признаков.

Кроме того, металлокомплекс не может характеризовать всю культуру, поскольку от­сутствует в самых ранних погребениях пост-майкопского периода, появляясь только с III этапа КТК, в период тесных контактов с куро-аракской культурой. Однако поскольку хронологичес­кий промежуток между I и III этапами КТК небольшой, а также поскольку в бронзе воспроиз­водятся практически все те культовые предметы из камня, кости, окаменелостей, которые определяют до-бронзовый период существования КТК, можно предполагать, что культовая функция металлокомплекса является культурно-значимой для КТК в целом.

Металлокомплекс КТК является хронологически значимым для культуры, поскольку в каждом стратиграфическом горизонте на Северном Кавказе и в Предкавказье представлен сочетанием типов, отсутствующих в других горизонтах. Именно на основании распределе­ния металлических импортов КТК в предкавказских курганных погребениях [Сафронов 1968, табл. 4; 1974] была создана первая хронологическая схема северокавказских древностей, ко­торая поэтому не потеряла своего значения.

По нашему мнению, типы металлокомплекса КТК могут быть культурно-определяющи­ми для любого другого погребения за пределами ареала КТК, если металлокомплекс в иско­мом погребении представляет не разрозненную сумму единичных украшений, а имеет ту же структуру, которая характеризует металлокомплекс КТК.

Анализ бронзовых украшений на уровне «групп» позволяет сделать вывод, что и степ­ные районы Кубано-Терского междуречья выпадают из ареала распространения группы «У- образные булавки» и «Браслеты», хотя все остальные группы украшений там представле­ны. Этот факт свидетельствует о том, что памятники степного варианта КТК начинаются с III этапа КТК.

Отсутствие или малое число керамики в степных памятниках выдвигает проблему до­стоверности атрибуции металлокомплекса, фиксируемого в них, что очень важно для вклю­чения степных районов КТ междуречья в ареал КТК. Однако мы наблюдаем расшатываемость структуры металлокомплекса, сложившейся в исходном центре металлообработки в Кабар­де, при движении к западу в Верхнее Прикубанье и к северу, в Степь, что наряду с отсутстви­ем соответствующей керамики свидетельствует против отнесения степных памятников к КТК, но не исключает их из КТ КИО.

Сравнение бронзовых украшений на уровне «групп» показывает, что регионы Северная Осетия и Кабардино-Балкария связаны между собой теснее, чем с более западными района­ми - Верхним Прикубаньем и Пятигорьем. (см. выше с. 246).

Следовательно, и по металлокомплексу совокупность памятников ПМ ДК времени ско­рее является кубано-терской КИО, чем монокультурной КТК.

Погребальный обряд. Деление предгорной группы памятников ПМ ДК на две зоны может быть проведено по форме могильной конструкции и обряду погребения. Запад­ная зона характеризуется преимущественно вытянутым обрядом и каменными ящиками; в восточной зоне дольше сохраняется скорченный обряд погребения. Вместе с тем оба обряда в разных пропорциях прослеживаются по всем регионам Кубано-Терского между­речья и по всем этапам культуры. Это является основанием рассматривать оба обряда в составе ядра КТ КИО.

Таким образом, суммируя все сказанное, можно считать, что в Кубано-Терском междуре­чье выделяются по широтному признаку степная и, предгорная группы памятников пост-май­копского времени, а также восточная и западная зона в предгорной группе. Эти группировки, отмеченные заметным своеобразием, а также некоторыми чертами общности происхождения, вкупе образуют не столько гомогенную культуру, сколько культурно-историческую общность Кубано-Терского междуречья, в то время как часть памятников Кабарды и Северной Осетии и отдельные погребения с амфорами Верхнего Прикубанья образуют гомогенный массив па­мятников, к которому применим термин кубано-терская культура.

Однако на V этапе КТ КИО от Кубани до Терека распространяется устойчивый куль­турный комплекс, состоящий из эмпирических типов №№ 57, 47, 53, 36, 25, 26, 31 (много­молоточковидной булавки, бляхи-медальона, литых умбонов и др.), а также топоров ка­бардино-пятигорского типа. Этот некерамический комплекс встречен везде: и в Верхнем Прикубанье, и в Минераловодском районе, и в Кабарде, и в Северной Осетии. Можно считать, что этот комплекс соответствует единой археологической культуре, которая со­храняет керамические формы КТК, зафиксированные на 1 этапе (амфора, кратер, кув­шин, кружка), парадные топоры кабардино-пятигорского типа, а также структуру и ряд неизменных типов металлокомплекса, символизирующих общую идеологическую подос­нову в погребальном ритуале.

Другими словами, на археологических материалах мы можем констатировать, что с на­чала II тыс. до н.э. до 15-14 вв. до н.э. в Кубано-Терском междуречье из нескольких культурно­этнических групп(степных и предгорных) неместного происхождения формируется общность, которая с появлением катакомбной культуры вновь разделяется, но уже на горную и пред­горную группы. И в такой формулировке мы можем опять вернуться к термину кубано-терс- кая археологическая культура, учитывая, что и коэффициенты связи памятников степного и предгорного варианта находятся в границах показателей вариантов одной археологической культуры. хотя все числовые показатели всегда условны.

6.2.

<< | >>
Источник: Николаева Н.А.. Этно-культурные процессы на Северном Кавказе в III-II тыс. до н.э. в контексте древней истории Европы и Ближнего Востока - М.: Издательство МГОУ,2011. - 536 с. 2011

Еще по теме Кубано-терская культура или культурно-историческая общность?:

  1. Некоторые следствия выделения кубано-терской культуры и кубано-терской культурно-исторической общности
  2. Некоторые замечания к портрету кубано-терской культурно-исторической общности
  3. Культурно-историческая общность степей и предгорий среднебронзового века Кубано-Терского междуречья. Общие периоды в культурно-историческом развитии Европы и Северного кавказа
  4. Глава 3 Керамический комплекс эпохи средней бронзы в Кубано-Терском междуречье и его культурная атрибуция
  5. Катакомбная культурно-историческая общность
  6. Кубано-терская культура и ее ядро
  7. Глава 5 Вариативность погребальной традиции эпохи средней бронзы в регионе Кубано-Терского междуречья и ее культурная атрибуция
  8. Приложение 1 Каталог памятников кубано-терской культуры
  9. Выделение керамической традиции на основе классификации с элементами систематизации (методика). Обоснование однокультурности могильников ПМ ДК времени в Кубано-Терском междуречье и воссоединение КТК керамической традиции в Кубано-Терском междуречье
  10. Регион Северная Осетия - база для выделения культуры среднебронзового века Кубано-Терского междуречья
  11. Стратиграфия курганов Северной Осетии - основа периодизации кубано-терской культуры в конце III - начале II тыс. до н.э.
  12. ГЛ AB А 8 ПОРТРЕТ ПРАИНДОЕВРОПЕЙСКОГО ОБЩЕСТВА ПО ДАННЫМ ЛИНГВИСТИКИ И АРХЕОЛОГИИ (СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ КУЛЬТУРНО-ХОЗЯЙСТВЕННОГО ТИПА ПОЗДНЕИНДОЕВРОПЕЙСКОЙ ОБЩНОСТИ И КУЛЬТУР ВИНЧА, ЛЕНДЬЕЛ И КУЛЬТУРЫ ВОРОНКОВИДНЫХ КУБКОВ)