<<
>>

НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ И НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Так деталь за деталью, мотив за мотивом совпадают индийские предания о странах на крайнем севере с античной традицией о далеких заскифских областях. Эти совпадения не мо­гут быть случайными.

Можно, конечно, допустить, что некоторые образы и сюжеты возникли и развивались независимо друг от друга: действительно, у различных народов мира в древно­сти существовали представления о далеких областях вечного счастья, желанного рая, куда стремились попасть души умерших, о высочайших недоступных горах, где обитали боги, о страшных сверхъестественных существах, препятствующих героям достичь желанной цели. Такого рода типологические сходства могли быть еще более близкими: мифологические сис­темы древности развивались во многом по общим закономерностям, свойственным человече­скому мышлению на определенных этапах общественного сознания.

Но у нас имеются и более характерные, специфические соответствия. И вместе с тем совпадают не отдельные сюжеты, а весь цикл взаимосвязанных представлений. Все сходные мотивы и детали располагаются в одинаковой последовательности, в непосредственной связи друг с другом. Определенное место здесь занимают и высокие горы, и страшные чудища, и счастливая райская обитель. Но это не просто высокие, а великие горы на севере с характер­ными для обеих традиций описаниями (например, «астрономическая» роль этих гор). Область на подступах к «стране блаженных» непроходима и окутана мраком. Вся панорама направлена к северу и идет от реальных географических областей к далеким северным странам. Она за­вершается — и в индийской, и в античной традиции — Северным океаном и такой специфиче­ской чертой, как «полярные» явления.

Ученые обращали внимание на некоторые из этих существенных соответствий, напри­мер на представление о северных горах: Меру — у индийцев и Рипейские горы — у греков. Совпадения нередко объяснялись следующим образом: представление о великих северных го­рах, над которыми движутся светила, возникло у самих греков в VII в.

до н.э. под влиянием географических и астрономических воззрений египтян; первоначально эллины увязывали Ри- пейские горы с горными хребтами соседней Фракии, а затем, когда значительно расширился их географический кругозор, — с далекими заскифскими горами на севере Европы; лишь мно­го позже, в эпоху значительного влияния греческой и римской астрономии и географии в странах Востока, представления о северных горах проникли в Иран и Индию. Иначе, писал известный немецкий ученый Кисслинг, придется считать чудом то обстоятельство, что индий­цы придали Меру такие же черты и то же астрономическое значение, что и греки Рипейским горам.

Но такие выводы явно неприемлемы. Индийская традиция о Меру не может быть ре­зультатом влияний с Запада в римское и эллинистическое время. Она много древнее и бытова-

ла в Индии задолго до того, как достижения античной цивилизации стали оказывать заметное влияние на индийскую культуру. Когда после походов Александра Македонского греки всту­пили в непосредственные контакты с индийцами, они услышали и местные предания о горе Меру. Мегасфен, посол Селевка I Никатора при дворе индийского царя Чандрагупты, в своем описании Индии (конец IV в. до н.э.) сообщил название этой горы («Мерос») и некоторые подробности о ней, явно восходящие к индийскому кругу представлений о Меру. Например, о том, что на ней выше снегов находятся источники чистых вод, фруктовые деревья, дающие обильные плоды, многочисленные звери и птицы, что там место радости и обитель богов. Этих индийских богов античные авторы называют Зевсом, или Юпитером (очевидно, «оби­тавший» на Меру бог-создатель Брахма), и Дионисом, или Вакхом (другой «житель» Меру — танцующий бог Шива).

Еще ранее традиция о достигающих неба священных горах зафиксирована в письмен­ных памятниках Ирана, традиция, очень сходная и близкая с индийскими представлениями. К сожалению, данные о мифологической традиции ариев Ирана немногочисленны и фрагмен­тарны. Они содержатся прежде всего в религиозно-философских сочинениях зороастризма — основной религии древнего Ирана.

Некогда собрание ее священных текстов, а также другие памятники древней иранской словесности были обширны и разнообразны. Но с распростране­нием ислама в Иране, Афганистане и Средней Азии зороастризм пришел в упадок, а местная доисламская литература фактически исчезла. Лишь некоторые зороастрийские сочинения бы­ли сохранены до нашего времени парсами — последователями зороастризма; их немногочис­ленные общины и сейчас исповедуют эту древнюю религию.

Так современная наука получила в свое распоряжение и древнейший памятник зороаст- рийской религии — «Авесту» (правда, и она дошла до нас далеко не полностью — сохрани­лась лишь одна четвертая часть того текста, который существовал в период расцвета зороаст- рийской культуры в Иране). По сравнению с обширным письменным наследием древней Ин­дии сохранившаяся зороастрийская литература крайне скудна, но она тем не менее имеет принципиальное значение для исследования различных проблем культуры арийских народов на заре их истории. Многие ее данные служат своего рода связующим звеном между тради­циями ариев Индии и древних иранских племен Причерноморья.

Для сюжета, рассматриваемого нами, очень важно, что в зороастрийской литературе встречаются упоминания о священных горах Хара Березайти («Высокая Хара»), Такие сведе­ния содержатся уже в очень древних частях «Авесты», значительно более ранних по времени, чем эпические собрания Индии.

<< | >>
Источник: Г.М. БОНГАРД-ЛЕВИН, Э.А. ГРАНТОВСКИЙ. ОТ СКИФИИ ДО ИНДИИ. ДРЕВНИЕ АРИИ: МИФЫ И ИСТОРИЯ. М.: Мысль,1983. — 206 с.. 1983

Еще по теме НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ И НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ:

  1. Некоторые новые атрибуции краснофигурных ваз гмии
  2. Некоторые проблемы НАСЛЕДИЯ ХАТТОВ в традиции Хеттского царства*
  3. О НЕКОТОРЫХ МЕТОДОЛОГИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМАХ ИССЛЕДОВАНИЯ ОБРАЗА ЧЕЛОВЕКА В ДРЕВНЕГРЕЧЕСКСн ЛИТЕРАТУРЕ
  4. ВЗАИМООТНОШЕНИЯ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ КУЛЬТУР В СЕВЕРНОМ ПРИУРАЛЬЕ И НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЭТНОГЕНЕЗА
  5. НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЭТНОИСТОРИЧЕСКИX СВЯЗЕЙ МЕЖДУ BAcflKAHCKHM ПОЛУОСТРОВОМ И МАЛОЙ АЗИЕЙ ДО КОНЦА II ТЫС. ДО Н. Э.
  6. Прорыв в металлообработке. Новые технологии
  7. НОВЫЕ ЯВЛЕНИЯ В КУЛЬТУРНОЙ жизни ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ VI-IV ВВ. ДО Н. Э.
  8. Глава 2 НОВЫЕ РЕЛИГИОЗНЫЕ ВЕРОВАНИЯ
  9. ДРЕВНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ НОВЫЕ ОТКРЫТИЯ
  10. Новые архитектурные ТЕРРАКОТОВЫЕ УКРАШЕНИЯ из Ольвии
  11. НОВЫЕ ФРАКИЙСКИЕ ЭПИТЕТЫ АСКЛЕПИЯ И ИХ ТОЛКОВАНИЕ
  12. НОВЫЕ ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕЧЕНИЯ В ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ. ИСТОРИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА
  13. НОВЫЕ ДАННЫЕ К ИСТОРИИ СЛОВЕНИЯ ГОРОДСКОГО ЦЕНТРА НА ТЕРРИТОРИИ UEPBA
  14. Состояние экономики и новые черты общественно-экономических отношений в переходный период
  15. НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОРИИ РАННЕЙ ПАРФИИ*
  16. Глава 1 НОВЫЕ ВЕРОВАНИЯ. ФИЛОСОФИЯ МЕНЯЕТ ПРИНЦИПЫ И ПРАВИЛА ПОЛИТИКИ
  17. Некоторые аспекты внешней политики
  18. НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОРИИ ХУННОВ