<<
>>

Глава IV НОВОКУМАКСКИЙ ХРОНОЛОГИЧЕСКИЙ ГОРИЗОНТ – РАННИЙ ЭТАП АНДРОНОВСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Памятники новокумакского типа, стратиграфически предшествующие ала- кульским, по=видимому, связаны с ними генетически. К новокумакскому эта­пу восходят обряд скорченного трупоположения, обычай совершать ритуаль­ные жертвоприношения коней, быков и овец, отделяя черепа и ноги, хорошо известный в андроновских могилах и на поселениях типы металлических изделий - ножей, тесел, височных.колец, главное же - керамический комп­лекс.

Традиция женского домашнего гончарного производства является важней­шим этнографическим признаком.

Сравнение алакульских и новокумакских приемов гончарства позволяет выявить их большую близость, что служит решающим аргументом в пользу ге­нетического родства алакульского и новокумакского населения. Алакульская посуда, как и новокумакская, изготовлена ленточным способом, часто с ис­пользованием матерчатого шаблона (могильники Алакуль, Алексеевка, Атакен= сай и др.). Уступ=ребро на плечике - отличительный признак алакульских горшков - получался при наложении на стенку верхней ленты, составляющей венчик 2. Эта техника формовки горшков зародилась еще в полтавкинское время и стала ведущим технологическим приемом на новокумакском этапе: так сформованы сосуды первого, второго и четвертого типов. Алакульские горшки с уступом делались тем же способом. Несколько изменились только пропорции: у новокумакских горшков первого типа соотношение высоты венчи­ка и всего сосуда 1:4-6, у алакульских - венчик гораздо выше (1:3).

В некоторых алакульских могильниках представлена и форма новокумак­ских биконических сосудов второго типа (таковы горшки из Царева кургана, Семипалатного, Алакуля). Наконец, банки пятого типа также представлены во многих алакульских могильниках (Алакуль, Спасское I, Тасты=Бутак).

Традиция гончарства сохранилась и в орнаментации керамики. Ведущие мотивы алакульского орнамента - зигзаг, вертикальная "елка", заштрихован­ные равнобедренные треугольники, ромбы - восходят к новокумакскому деко­ру.

Изменилось только зональное расположение элементов узора в связи с изменением общих пропорций горшков и появлением выделенной шейки. Инте­ресно сохранение на алакульской керамике таких специфических новокумак­ских мотивов, как "елка", разделенная вертикальными линиями (Алакуль),

спускающиеся ряды ломаных лент (Черняки I, Тасты=Бутак), ступенчатая пирамида (Алакуль, Черняки I), сплошная орнаментация рядами равнобедрен­ных треугольников (Алакуль, Тасты=Бутак, Алексеевка), горизонтально за­штрихованные треугольники (Тасты=Бутак, Черняки, Алексеевка), сгруппиро­ванные ряды насечек (Тасты=Бутак), орнамент на дне (Алакуль, Черняки, Алексеевка). На алакульском сосуде из могильника Спасское I помещены нале иные шишечки .

К новокумакскому керамическому комплексу бесспорно восходят и столь типичные для андроновской керамики каннелюры. Истоки этого декоративного элемента, возможно, следует искать в орнаментации многоваликовой керами­ки.

Формы ведущих типов андроновских металлических изделий - ножей и тесел - типологически восходят к новокумакским.

В погребении 8 Новокумакского кургана 25 найдено тесло, а в могиле II ■ нож из металлургической меди (Приложение) ∖ ∏0составу относящейся к группе волго=камских месторождений & . Тесло массивное с почти параллель­ными боковыми гранями и с раскованным изогнутым лезвием (рис.3,2).

А.А.Иессеном установлено, что развитие формы тесел в Прикубанье идет от широких и коротких к более вытянутым Такая же закономерность просле­жена в Поволжье 8. У новокумакского тесла отношение длины к ширине пятки 1:3,5, как у полтавкинских 9. У тесел из срубных погребений могильника Покровское и из андроновских погребений у Орска и Эмбы это отношение 1:5-7, как и у сейминско=турбинских 10. Таким образом, новокумакское тес­ло типологически относится к числу ранних и может рассматриваться как про­тотип алакульских.

Новокумакский нож имеет широкое лезвие почти листовидной формы, от­деленное от черешка слабо намеченными выступами (рис.3,5).

Максимальной ширины лезвие достигает в середине. Отношение длины ножа к длине черенка 1:3,25, длины лезвия к ширине - 1:3,2.

Развитие ножей в евразийских степях идет от слабо моделированных, у которых максимальная ширина приходится на середину лезвия, а черешок едва выделен (к этому типу принадлежит новокумакский нож) к более выработанным формам с выделенным перекрестием Черешок у них или с узким насадом (тип I), или с широкой пяткой (тип П), варианты в пределах каждого типа обусловлены разным способом оформления перекрестия (рис.10).

Ножи типов I и П встречаются в покровских, кожумбердынских и алакуль­ских комплексах, причем для андроновской культуры особенно характерны ножи типа П с широкой пяткой.

К типу Ш принадлежат ножи, у которых максимальное расширение находит­ся в верхней трети лезвия, а четко оформленное ромбическое перекрестие отделяет длинный прямой черешок. Эти ножи характерны для срубных памятни­ков послепокровского этапа. Находки ножей этого типа в андроновских по-

Рис.10. Схема типологического развития ножей с намечающимся перекрес­

тием

гребениях нам неизвестны. Нож, близкий к экземплярам типа Ш, найден в могильнике Сарата Монтеору и датируется временем раньше культуры Hoa

К типу ІУ принадлежат кинжалы, у которых максимальное расширение лез­вия находится в верхней трети, прямой черешок отделен утолщенным ромби­ческим насадом=упором. Эти кинжалы широко распространены по всей терри­тории евразийских степей и датируются эпохой поздней бронзы на основа­нии широкого круга западных и южных аналогий.

Таким образом, новокумакский нож типологически относится к древней­шим экземплярам. Некоторые раннесрубные ножи из покровских и смешанных покровско=абашевских комплексов еще близки ему по форме, но отличаются большей выемкой на месте перехода от лезвия к перекрестию. Таковы экзем­пляры Поволжья (Покровск, Средний Колышлей, Кротовка, Бережновка П, Бы-

ково І (курган I, погребение 5), Макаровна (курган 2, погребение 5), Ко- маровка (курган 5) и Подонья (Мазурка, Скорняково, Старая Тойда, Надеж­дино и др.) 14.

Такие ножи известны и в погребениях Новомордовских могильников, син­хронных Малиновскому Ш могильнику, где найден толор=клевец,и относящихся к раннему, займищенскому, этапу приказанской культуры, сложившемуся под влиянием полтавкинской культуры .

В Приуралье новокумакскому ножу близки по форме и величине экземпляры из Александровки у Бугуруслана, из богатого погребения в г. Орске и особенно из погребения в могильнике Ульке I .

Другие ножи из алакульских и кожумбердынских погребений Приуралья при­надлежат к типу П. Они имеют широкую пятку. Это экземпляры из Близнецов, Герасимовки, Никеля, Нового Кумака, Ветлянки, Кожумберды, Купухты, Царе­ва кургана в г. Кургане, Агаповки I, Субботинского, Черняков и др. 18.

Таким образом, новокумакский нож типологически является древнейшим в Приуралье и может рассматриваться как прототип ножей алакульских и ко­жумбердынских, что еще раз подтверждает ранний возраст новокумакского комплекса и позволяет датировать его временем, предшествующим алакульским и кожумбердынским памятникам.

Анализ новокумакских металлических изделий имеет принципиальное зна­чение для решения вопроса о происхождении андроновской металлургии. От­носительно ее зарождения было высказано несколько гипотез.

В.А.Городцов полагал, что развитие культуры южнорусских степей во многом определялось влиянием Средней Азии . Это положение применительно к андроновскому металлу пыталась конкретизировать Е.Е.Кузьмина 88.

С.С.Черников, развивая идеи Г.Чайлда и О.А. Кривцовой=Граковой относите­льно определяющей роли Кавказа в развитии ранней металлургии в степях, считал, что многие типы андроновского металла имеют кавказское происхож- 21 Дение, но выделял и ряд форм, специфичных для Восточного Казахстана •

В.А.Сафронов настаивал на том, что определяющим фактором в развитии атепных культур (в том числе и андроновской) и в распространении сеймин- ских бронз было влияние аньянской цивилизации и миграции с востока . Исходя из этой посылки, он предпринял значительное омоложение культур Евразии, привлекши аньянскую линию синхронизации. О переоценке возможно­стей этих материалов для датировки евразийских культур уже приходилось писать .

Е.Н.Черных показал, что металлообработка Поволжья и Приуралья в раз­витом бронзовом веке "не несет на себе следов сколько=нибудь отчетливой преемственности кавказских традиций" Он считал, что наиболее важным был восточный импульс, связанный "со среднеазиатскими, казахстанскими и за­падносибирскими производственными центрами" .

Таким образом, вопрос о происхождении андроновекой металлургии дис­куссионен. Приведенное типологическое сопоставление новокумакских метал­лических изделий показывает, что все отмеченные близкие аналогии происхо­дят из областей, расположенных к западу от Урала, главным образом - в По­волжье и Подонье, причем там известны и прототипы этих форм. Особенно . важны в этом отношении находки ножей, очень близких по очертаниям к но- вокумакскому,1)в полтавкинском погребении Преполовенка в Поволжье и 2) эк­земпляров уже вполне развитого типа с намечающимся перекрестием в абаше- вских могильниках, из которых происходят и тесла, близкие по пропорциям к новокумакскому 25.

Предметы эти изготовлены из меди группы МП - медистых песчаников, ис­пользование металла которых, по заключению Е.Н. Черныха, служит в извест­ной мере хронологическим индикатором 2^, поскольку месторождения медистых песчаников начали разрабатываться еще в ямную эпоху. Менее 4% изделий этой группы составляют оловянистые бронзы. Продукция группы МП локализу­ется в основном на Средней Волге и Дону и лишь отчасти в Приуралье. В недавнее время открыты многочисленные рудники, где добывалась медь группы МП. Этот мощный металлургический очаг локализуется в Донецкой обл. у сел. Клиновое, Медная Руда, Пилипчатино, где обследованы рудники, а рядом - поселения рудокопов эпохи энеолита и бронзы 27.

Что касается состава новокумакского металла, то по данным анализов Спектральной лаборатории Института археологии АН СССР нож сделан из ме­таллургической меди группы BK. По Е.Н.Черныху, это волго=камская химико= металлургическая группа с неясным рудным источником, изделия которой при­надлежат приказанской, сейминской и срубной культурам и лишь незначитель­ная часть - андроновской 2®. Это копье и нож из Близнецов 2^, бусы и нож из могильника и синхронного поселения Ушкатты, относящихся к кожумбердын- скому, наиболее раннему этапу развития андроновской культуры в Оренбуржье3^ Следовательно, и в Приуралье изделия группы BK характерны для ранней стадии развития металлообработки.

Однако основная часть предметов группы BK концентрируется к западу от Урала. Интересно отметить, что многие из них найдены на смешанных срубно=абашевских и раннесрубных памятниках, которые и по другим типам металлических изделий и керамики довольно близки новокумакским: на Дону - в Скорнякове и Мазурке, в Поволжье - в Покровске, Скатовке, Чардыме, Быкове, Бережновке 3^ .

Эти данные подтверждают вывод об определяющей роли западных связей в сложении новокумакского комплекса, а следовательно, и в становлении андроновской металлообработки 32. В этой связи заслуживает внимания мне­ние С.Н. Кореневского о том, что вислообушные топоры, относимые по наход­кам литейных форм в курганах к абашевской культуре, являются дериватами топоров катакомбных и прототипами андроновских .

Что касается андроновских копий, то их связь с европейскими несомнен­на, развитие же последних из восточноевропейских копий со свернутой втул­кой признано многими исследователями .

Итак, основные типы андроновского металла - ножи, тесла, втульчатые копья, проушные топоры и украшения (браслеты, привески, височные кольца) - находят бесспорные прототипы на памятниках новокумакского хронологическо­го горизонта, металлические изделия которого не имеют аналогий ни на Кав­казе, ни в Средней Азии, ни в Сибири, но надежно связываются и по формам, и по составу с металлом синхронных и более ранних культур Восточной Евро­пы.

Таким образом, именно западный - точнее, восточноевропейский - импульс был, видимо, решающим в становлении андроновской металлургии.

Этот вывод согласуется и с заключениями о роли западного импульса - культур полтавкинской, абашевской и многоваликовой керамики, выявляемой по керамическим материалам новокумакского хронологического горизонта.

АБСОЛЮТНАЯ ХРОНОЛОГИЯ ПАМЯТНИКОВ НОВОКУМАКСКОГО ГОРИЗОНТА

Какова же хронологическая позиция памятников выделяемого нами ранне- андроновского новокумакского горизонта?

Говоря о затянувшемся споре между сторонниками длинной и короткой хронологии сейминско«турбинских бронз и срубно=андроновских памятников, считаем необходимым отметить, что мы по=прежнему принимаем длинную хро­нологию и соответственно находим возможным датировать*новокумакский ком­плекс второй четвертью П тысячелетия до н.э.

Материалы новокумакского горизонта дают надежные подтверждения длин­ной хронологии, поскольку здесь в комплексах, более ранних, чем "класси­ческая" андроновская культура, представлена керамика, позволяющая увя­зать этот хронологический горизонт с культурами многоваликовой керамики и абашевской, а также выявить связи с полтавкинской и непосредственно предшествующей катакомбной.

Е.Н.Черных, выделив в истории металлургии Восточной Европы и Приура­лья досейминский и сейминский хронологические горизонты,отнес культуры полтавкинскую, катакомбную и многоваликовой керамики к досейминскому го­ризонту, абашевскую же культуру разделил на два горизонта - сейминский и досейминский отстаивая вслед за К.В.Сальниковым раннюю дату появ­ления абаоевских памятников в Приуралье, которые он, однако, как и А.П. Смирнов, выделил в особую баланбашскую культуру.

Сейминский хронологический горизонт после дискуссий 60=х годов Е.Н. Черных был склонен датировать третьей четвертью П тысячелетия до н.э., отрицая предлагавшуюся сторонниками длинной хронологии дату Бородинско­го клада - NIв. до н.э. Досейминский горизонт он доводил до ХУ-ХІУ вв. до н.э., время абашевских памятников определял с конца второй четверти П тысячелетия до н.э. Однако в последней работе Е.Н. Черныха наметилась тенденция к удревнению кладов эпохи поздней бронзы, а следовательно, и всей свиты культур евразийских степей .

Прежнюю хронологию Е.Н.Черныха принял А.Д.Пряхин. По его мнению, чис­то абашевские комплексы в Подонье типичны для досейминского горизонта; на оейминском горизонте произошло смешение и постепенное угасание абашев­ских элементов под влиянием срубных, а затем и полное изживание абашев-

ских черт. А.Д.Пряхин подтверждает свои выводы стратиграфией ряда по­селений, где смешанный абашевско=срубный слой перекрыт срубным, причем последний бесспорно относится к сейминскому хронологическому горизонту.

Наиболее надежно это, на наш взгляд, обосновывается материалами Mo- соловского поселения, где срубный слой содержит многочисленные литейные формы, в том числе матрицы для отливок копий, вислообушных топоров, те­сел, ножей \ причем этим сейминским срубным слоем перекрыт смешанный срубно=позднеабашевский. Таким образом, раннеабашевские материалы бес­спорно относятся к досейминскому горизонту. К подобным же заключениям еще раньше пришел Н.Н.Чередниченко, отметивший абашевские элементы в ке­рамике ранней покровской ступени срубной культуры Поволжья, для датиров­ки которой он принял, однако, длинную хронологию, отнеся абашевскую куль­туру на Средней Волге к ХУП-ХУ вв. до н.э. Многие исследователи вияв­ляли абашевские элементы в срубной культуре Поволжья.

П.Д.Либеров, неправомерно завышающий возраст абашевской культуры, да­же отнес к ней некоторые покровские погребения \ Более правильную пози­цию занял К.В.Сальников, выделивший ряд раннесрубных погребений с абашев- скими чертами ? .

А.Х.Халиков счел возможным выделить особый покровско=абашевский этап θ

Н.К.Качалова, специально исследовавшая вопрос о соотношении абашевских племен со срубными на территории Нижнего Поволжья, пришла к выводу, что их контакты осуществлялись только на раннесрубном, покровском, этапе, ко­торый она вслед за Е.Н.Черныхом датирует началом третьей четверти П ты­сячелетия до н.э. 9. Погребения рассматриваемой группы совершены или по абашевскому обряду, но содержат керамику срубного типа, или по срубному обряду, но с абашевской керамикой, причем последняя близка абашевской посуде приуральского варианта.

В этой связи интересно, что целый ряд категорий инвентаря из смешан­ных срубно=абашевских погребений находит аналогии в материалах новокумак­ского типа.

Биконические горшки с ребром и подчеркнутым, иногда каннелированным венчиком из Скатовки (курган II), Чардыма и Быкова (курган 5, погребе­ние 4) Ю напоминают новокумакскую посуду четвертого типа и, как и послед­ние, близки по форме не столько абашевской, сколько многоваликовой кера­мике (рис.9, II-I3).

Нож из кургана 25 в могильнике Бережновка составляет ближайшую аналогию ножу из Новокумакского кургана 25. Происходящие из смешанных срубно=абашевских погребений каменные стрелы с коротким черешком, метал­лические ножи и копья, видимо, сходны с синташтинскими. Наконец, как уже указывалось, новокумакский нож сделан из того же металла группы BK, что и большинство изделий в смешанных погребениях Поволжья.

Все это, во=первых, позволяет синхронизировать, хотя бы отчасти, па­мятники новокумакского типа в Приуралье со смешанными памятниками Повол­жья; во=вторых, констатировать, что в обеих областях происходили сходные процессы культурной интеграции, хотя возможно, что новокумакские памятни­ки отражают несколько более ранний период и синхронны намеченному Н.К. Качаловой бережновскому этапу, поскольку.в Приуралье ярче представлены черты влияния более древних культур - катакомбной и многоваликовой кера­мики.

Для уточнения возраста катакомбной культуры важна находка в кургане Вознесенка на р. Молочная египетского скарабея ХУШ-ХУП вв. до н.э. .

Культуру многоваликовой керамики на основании западного импорта и взаимовстречаемости типов украинские археологи датируют ХУП-ХУ (или ХУІ- ХІУ) вв. до н.э. .

Для уточнения абсолютной хронологии памятников новокумакского горизон­та решающее значение имеет анализ дисковидных псалиев с шипами. Заготовки псалиев этого типа найдены в петровском (новокумакском) комплексе поселе­ния в Северном Казахстане, 15 псалиев - в могильнике Синташта I, еще I - в могильнике Синташта ∏ .

Подобные псалии (рис. II) происходят из комплексов: катакомбно=много~ валиковых - Трахтемирово, поселение Каменка; абашевских - поселения Суруш, Отрожка, Баланбаш, могильники Кондрашовка (курганы 1,2), Старо=Юрьево (курган 2), Тавлыкаево ІУ (курган 3, погребение 2); срубно=абашевского - могильник Утевка УІ (курган 2) 15.

По конструкции псалии делятся на два типа: I - сплошные с дисковидны­ми щитками с центральным большим и боковым малым отверстиями; П - со щит­ком с центральным отверстием и выделенной боковой планкой. Тип П разделя­ется на два подтипа: ПА - с дисковидным щитком и прямоугольной планкой и ПБ - с овальным щитком и треугольной планкой. Типологически оба вари­анта типа П являются развитием сплошных псалиев типа I. К типу I принад­лежат псалии из петровского комплекса, Трахтемирова, Каменки, Суруша, Баланбаша и Тавлыкаева . К подтипу ПА относятся экземпляры из Старо= Юрьева и Кондрашовки. Подтип ПБ представлен псалием из Утевки.

Псалии выделяемого нами типа I, как было установлено А.М.Лесковым, идентичны псалию из слоновой кости из ІУ шахтной гробницы Микен. На двух псалиях подтипа ПА из Старо=Юрьева узор также находит аналогии в Микенах17. Б.А.Латынин в качестве аналогии евразийским дисковидным псалиям 18указал на загадочные глиняные и костяные предметы из толосов и культурного слоя Микен, опубликованные А.Вейсом. М.Литтауэр вслед за С.Фолтини, справедли­во, на наш взгляд, отказывается считать их псалиями . Однако ее сомне­ния относительно псалия из шахтной гробницы кажутся необоснованными, хак как круглые псалии представлены на изображениях лошадей в колесничной за- 20

пряжке в Микенах и Тиринфе .

Дата микенского псалия устанавливается по комплексу шахтных гробниц на основании определяемой по египетской шкале импортной критской керамики и других привозных изделий.

А.Вейс, А.Фурумарк, Г.Милонас, С.Маринатос, В.Тейлор датируют ІУ гроб­ницу ХУІ в. до н.э., точнее - 1570-1550 гг. до н.э., а все захоронения в шахтных гробницах круга А и В - временем не позднее 1500 г. до н.э., когда в Микенах появляются купольные гробницы=толосы, захоронения в которых от­носятся к 1500-1250 гг. до н.э. .

Микенская дата определяет возраст евразийских степных псалиев, служа для них ⅛erminus ante quem и позволяя отнести изделия типа I к

ХУІ в. до н.э. и раньше.

По форме они напоминают металлические колесовидные псалии с шипами, известные по находкам в Газе, Рас=Шамре, Тель=Амарне, Тель=эль=Аджуле 22* датирующиеся временем около середины П тысячелетия до н.э. Советские ис­следователи рассматривают ближневосточные экземпляры как дериваты южно­русских . М.Литтауэр, напротив, подчеркивает их отличие от степных и возможность независимого изобретения псалиев на Древнем Востоке , θτa точка зрения не может быть принята: хотя металлические псалии с шипами крепятся несколько иначе, типологически они представляют непосредствен­ное развитие более архаичных костяных экземпляров из евразийских степей.

Палеозоологи многократно отмечали, что появившиеся в Средиземноморье вместе с колесничной запряжкой лошади принадлежат к евразийской степной элитной породе . Эти данные служат серьезным аргументом в пользу гипо­тезы о том, что в распространении на Древнем Востоке ранее середины П ты­сячелетия до н.э. колесничной конной запряжки решающую роль сыграли ев­разийские степные племена. Такая точка зрения согласуется и с лингвисти­ческими материалами (см. ниже).

Анализируемые круглые костяные псалии с шипами локализуются в ограничен­ном ареале Старого Света - в Греции и Евразийских степях - от Украины до Казахстана. В обеих зонах распространены двухколесные конные колесницы и обряд ритуального захоронения коней. Этот ритуал, зафиксированный в Гре­ции в толосах Микен &, не имеет истоков в Средиземноморье. В степях же он известен с Ш тысячелетия до н.э. 2θ, а у носителей новокумакского куль­турного комплекса получает особенное развитие, о чем свидетельствуют за­хоронения коней (или только их черепов и ног) при погребениях в Троицке, Степном, Царевом кургане, Раскатихе, Петровке и в могильнике Синташта, где найдены остатки колесниц, у которых колеса - со спицами, я останки взнуз­данных коней с псалиями.

Сходство в культуре евразийских степей и Греции не ограничивается появ­лением в обоих ареалах колесниц, одинаковых типов псалиев и обряда погре­бения коня при захоронении. Оно прослеживается и в конструкции боль-

Рио,. II. Дисковидные костяные псалии Евразии и их производные

I - поселение Суруш; 2 - Поселение Баланбаш; 3 - могильник Тавлыкаево ІУ, курган 3, погребение 2; 4,5 - могильник Старо= Юрьево, курган 2; 6 - могильник Кондрашовка, курган I; 7 - по­селение Каменка; 6,9 - Трахтемирово; IO - ІУ шахтная гробница Микен; II - могильник Утевка УІ, курган 2; 12 - Газа; I-II - кость; 12 - бронза

ших прямоугольных могил, где умершие, иногда положены на спине с поднятыми вверх ногами не по центру, а сдвинуты к стене, в то время как у противопо­ложной стены находится инвентарь, включающий богатый набор вооружения, в том числе сходные копья с длинной втулкой. Эти детали погребального обряда отмечены и в Микенах, и в ранкеандроновских, и в раннесрубных погребениях Покровских могильников & .

Характерные для покровских и раннеандроновских комплексов копья с не­сомкнутой втулкой могут быть сопоставлены с экземплярами среднеминой- ского периода Ш и следующего, позднеминойского, датирующегося 1700­1550 гг. до н.э. а копья с литой массивной втулкой - с копьем, пред­ставленным на рельефе с колесницей изїїшахтной гробницы, и особенно хра­нящимся в Афинской музее копьем с ромбическим стеранен из Микен на что уже обращал внимание Н.Я.Мерперт Можно отметить также находки в УI .шахтной гробнице выпрямителя древков стрел, украшений из клыков ка­бана не имеющих ни аналогов, ни прототипов в культурах Эллады и нахо­дящих параллели в культурах евразийских степей.

О распространении некоторых изделий микенских типов в степях писал Т.Сулимирский, предполагавший проникновение греческих купцов вплоть до Сибири 3* .

С.С.Березанская в работе, специально посвященной связям Украины со Средиземноморьем и Подунавьем, назвала целый ряд импортных изделий,

прежде всего оружия, попавших на Украину из Греции, и отметила возможное влияние микенской цивилизации на развитие каменной архитектуры Украины

На связи с Грецией указывает и появление в евразийских степях своеоб­разного микенского орнамента, что уже многократно отмечали исследователи. Влияние его особенно ярко выступает на предметах Бородинского клада ⅝ , Орнамент, украшающий копье и булавку клада, сходен с декором, харак­терным для шахтных гробниц Микен. Признавая это сходство, одни исследова­тели считают возможным относить Бородинский клад ко времени Микен, другие, напротив, предполагают запаздывание культурного развития в степях, но по= разному оценивают степень этого отставания.

А.А.Спицын первым сопоставил бородинские орнаменты с греческими и на этом основании синхронизировал клад с Микенами .

Этой точки зрения и сейчас придерживаются ученые - сторонники длинной хронологии: Р.Хахман, впервые указавший на аналогии Бородинскому кладу в кладах Хайду=Шамшон - Ала, относимых им к 1550-1500 гг. до н.э. А.И.Тереножкин, предпринявший широкое сопоставление культур Восточной Ев­ропы с западноеропейскими Н.Я.Мерперт, подчеркнувший комплексное сов­

падение с Микенами не только по орнаментам, но и по форме оружия ^θ, и другие.

Напротив, О.А.Кривцова=Гракова, использовав те же микенские аналогии, писала о творческой переработке микенских элементов на бородинских вещах, что побудило ее датировать клад ХІУ в. до н.э. Специально исследовав­шая проблему даты Бородинского клада М.Гимбутас также признала трансфор­мацию микенских элементов, что заставило ее обратиться к другим линиям синхронизации и отнести клад к ХУ-ХІУ вв. до н.э. ^2.

А.Можолич в цикле работ, посвященных хронологии венгерских бронз, при-, няла выдвинутое Р.Хахманом сопоставление Бородинского клада с кладами го­ризонта Хайду=Шамшон - Апа, которые она отнесла к ХУ-ХІУ вв. до н.э., пред' полагая, что микенские элементы попали в Подунавье не прямо из Греции, а через посредство Малой Азии, где произошла их трансформация .

Тщательный анализ Бородинского клада предпринял В.С.Бочкарев, деталь­но проанализировавший все категории инвентаря и пришедший к выводу, что "проблема Бородина сводится к проблеме датировки культур Подунавья с ми­кенским стилем". На основании хронологии А.Можолич он осторожно датировал клад ХУ-ХІУ вв. до н.э.

Крайнюю позицию в споре занял В.А.Сафронов, привлекший очень широкий круг аналогий от Западной Европы до Кавказа и Аньяна. Не проводя тщатель­ного отбора действительно близких бородинским материалов и тенденциозно завысив даты использованных для сопоставлений комплексов, В.А.Сафронов счел возможным отнести клад к ХШ в. до н.э., исходя из своей концепции о застойном характере культур евразийских степей .

Сверхкороткая хронология В.А.Сафронова не была принята большинством специалистов, и наибольшее признание получила хронология В.С.Бочкарева.

Однако вопрос о дате Бородинского клада и всего круга соотносимых с ним культур остается и сейчас остро дискуссионным.

Дериваты микенского декора представлены не только на вещах Бородин­ского клада, но и на других предметах, найденных на памятниках срубной культуры (рис.12).

В каменном ящике в кургане Iyc. Луговое на Керченском полуострове найден срубный острореберный сосуд (рис. 12, 8), орнаментированный вере­вочным декором в виде равнобедренных треугольников с отходящими от них завитками . С.С.Бессонова относит погребение к раннесрубному времени. В Новочеркасском музее хранится острореберный срубный сосуд, в верхней части декорированный спиралями (рис. 12, 9) ^7.

Т.А.Шаповалов указывает на находку подобного сосуда с оттиснутой шнуром микенской "волной" на поселении Янохино в бассейне Северского Дон­ца . На поселении Ильичевка в раннесрубном горизонте найдена круглая костяная бляха, украшенная микенским бегущим т=образным меандром . Т.А.Шаповалов сопоставляет ее с золотыми украшениями микенских шахтных гробниц и с костяной бляхой культуры Ватина в Румынии, датирующейся Н.Та- сичем ХУІ-ХУ вв. до н.э. 50. Для датировки ильичевской бляхи важна наход­ка в том же раннесрубном горизонте костяного желобчатого псалия типа I по К.Ф.Смирнову, близкого типу Фюзешабонь в Венгрии, относящемуся по А. Можолич к ХУ-ХІУ вв. до н.э. Эту дату и принимает для бляхи автор раско­пок, хотя по Б.Хензелю и Н.Тасичу она может быть древнее . В Подонье в кургане I могильника Старая Тойда, содержавшем смешанные срубно= аба­шевские погребения, сопровождавшиеся керамикой с примесью раковины, ук­рашенной каннелюрами и шнуровым орнаментом, в тризне найден сосуд с про­черченной двойной спиралью - типичным миконским узором, помещенным и на лезвии бородинского кинжала (рис. 12,20)

Наиболее восточной точкой распространения дериватов микенского декора является могильник Новые Ябалаклы на р. Дема в Башкирском Приуралье (рис. 12, 1-5). Здесь в срубном погребении 3 кургана 2 в захоронении женщины был найден богатый убор, состоящий из многочисленных бронзовых, иногда обложенных золотой фольгой колец, пронизок, подвесок, бус, трубо- со чек и бляшек .

Отдельные украшения находят аналогии в богатых женских могилах срубной и особенно андроновской культур. Сочетание же их в едином уборе особенно характерно для абашевской культуры $$ . Хотя по обряду и керамике ябалак- линское погребение относится к срубной культуре, в том же могильнике, в погребении 2 кургана I обнаружен абашевский сосуд с органической примесью в тесте,специфически абашевским декором по краю венчика .

Рис.12. Образцы микенского орнамента на предметах эпохи бронэы Восточ­ной Европы и Приуралья

1-9 - срубная культура: 1-5 - могильник Новые Ябалаклы, кур­

' ган 2, погребение 3, 6 - поселение Ильичевка (раннесрубный слой)

7 - поселение Шиловское (срубно=абашевский слой), 8 - могильник Луговое, курган I, 9 - коллекция Новочеркасского музея, 23 - могильник Старая Тойда, курган I; 10-19,21,22 - Микены (по А.Фурумарку и Г.Каро): 10-12,14-17 - шахтные гробницы, 13 - купольные гробницы; 18,19,21 - Греция микенского периода;

20 - Бородинский клад, кинжал; 1-5 - бронза; 6,7 - кость, 8,9, 23 - керамика; 10-22 - золото, серебро, бронза, кость, камень, керамика

В состав ябалаклинского убора входят трапециевидная подвеска с заштри­хованными треугольниками и петлей и семь круглых блях с крестооб­разным декором, с четырьмя противолежащими волютами, образующими кресто­образную фигуру (две), со свастикой с четырьмя криволинейными лучами (две) и, наконец, одна бляха с изображением сегнерова колеса с шестью

криволинейными лучами.

Подобный криволинейный и волютный орнамент совершенно чужд культу­рам бронзового века евразийских степей, где геометрический узор наноси­ли по квадратной сетке. Этот орнамент находит полные аналогии в Микенах. Петли с закрученными в спираль концами; волюты, иногда образующие слож­ные фигуры; свастика и сегнерово колесо с изогнутыми лучами, расположен­ными по принципу вихревой розетки, украшают многочисленные золотые бляхи и пластины из шахтных гробниц. Те же мотивы есть на стелах с колесница­ми, на микенской керамике .

Они сохраняются в купольных гробницах, но там осложнены дополнитель­ными элементами и отростками. В ябалаклинском погребении представлен не один, а несколько мотивов, специфичных для шахтных гробниц. Такое ком­плексное совпадение позволяет считать микенскую аналогию системной и предполагать, что хронологический разрыв с Микенами был не очень велик.

Когда и как попали микенские мотивы в Приуралье?

Можно полагать, что они появились не в срубное время, когда прямые связи с Грецией не прослеживаются, а в предшествующую эпоху активных контактов в степях и расселения с запада носителей различных археоло­гических культур, ассимиляция которых привела к сложению памятников - в Поволжье - смешанных срубно=абашевских, а в Приуралье - новокумакского типа.

Положение последних в колонке относительной стратиграфии культур При­уралья позволяет отнести новокумакский хронологический горизонт ко вто­рой четверти П тысячелетия до н.э.

Малочисленность памятников и их смешанный, эклектический характер, видимо, указывают на то, что они относятся к очень непродолжительному периоду: судя по микенской аналогии псалиям, - к ХУІ в. до н.э.

К этому времени в степях Евразии завершился бурный процесс этни­ческих передвижвний(возможно, стимулированный изобретением конных колес­ниц) ,активных межэтничных контактов и ассимиляций, в результате которо­го после стабилизации обстановки произошло формирование новых этнокуль­турных общностей - срубной и андроновской.

<< | >>
Источник: К.Ф. СМИРНОВ, Е.Е. КУЗЬМИНА. ПРОИСХОЖДЕНИЕ ИНДОИРАНЦЕВ В СВЕТЕ НОВЕЙШИХ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ. ИЗДАТЕЛЬСТВО "НАУКА" МОСКВА - 1977. 1977

Еще по теме Глава IV НОВОКУМАКСКИЙ ХРОНОЛОГИЧЕСКИЙ ГОРИЗОНТ – РАННИЙ ЭТАП АНДРОНОВСКОЙ КУЛЬТУРЫ:

  1. НОВОКУМАКСКИЙ КОМПЛЕКС И ПРОБЛЕМА ЭТНИЧЕСКОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ И СОЦИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ АНДРОНОВСКОГО ОБЩЕСТВА
  2. Глава Ш ХРОНОЛОГИЧЕСКОЕ СООТНОШЕНИЕ КУЛЬТУР ЭПОХИ БРОНЗЫ ЕВРАЗИЙСКИХ СТЕПЕЙ
  3. Племена андроновской и срубной культур
  4. Глава I КОМПЛЕКС НОВОКУМАКСКОГО КУРГАНА 25
  5. Глава 1. Нижний палеолит (Ранний древнекаменный век)
  6. Глава II “ГУННСКИЙ” ЭТАП ВЕЛИКОГО ПЕРЕСЕЛЕНИЯ НАРОДОВ
  7. ГлазаII ПАМЯТНИКИ НОВОКУМАКСКОГО ТИПА В ПРИУРАЛЬЕ И КАЗАХСТАНЕ
  8. Ранний Ашшур
  9. Ранний Ашшур.
  10. § 2. Ранний греческий полис.
  11. Хронологические таблицы
  12. Лекция 22 ЭТРУСКИ И РАННИЙ РИМ
  13. Ранний бронзовый век в Южной Италии
  14. Глава 4. Становление оседло-земледельческой культуры на территории низовьев Сырдарьи в системе древних культур Средней Азии во второй половине I тыс. до н.э.
  15. § 1. Причины греки-персидских войн. Их начальный этап.
  16. ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА
  17. ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА
  18. ГЛАВА 13 СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЕ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ III ТЫС. ДО н. э. ПРОБЛЕМА ХЕТТОВ. МЕГАЛИТИЧЕСКИЕ КУЛЬТУРЫ СЕВЕРНОГО ПРИЧЕРНОМОРЬЯ - УСАТОВСКАЯ, КЕМИ-ОБИНСКАЯ И НОВОСВОБОДНЕНСКАЯ. ПРОИСХОЖДЕНИЕ КУЛЬТУРЫ ДОЛЬМЕНОВ НОВОСВОБОДНОЙ
  19. ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА ПО ИСТОРИИ ГРЕЦИИ