<<
>>

ВВЕДЕНИЕ

Каждый грамотный человек знает слово «история». Когда-то греки отождествляли его с рассказом о событиях прошлого или настоящего. Постепенно оно превратилось в название науч­ной специальности и учебной дисциплины, располагающих опре­делёнными принципами и способами исторического познания и постижения истины.

В настоящее время в литературе можно встретить несколько десятков определений понятия «история». Не занимаясь их перечислением, обратимся к содержанию этого понятия.

Совершенно очевидно, что история - это прежде всего наука о прошлом. Её назначение - отобразить прошлое как реальный ис­торический процесс, изменявшийся во времени и пространстве. То есть одна из задач истории - раскрыть канувшее в Лету на­стоящее прошлого. При этом следует учитывать важную особен­ность: исторический процесс инвариантен, т.е. он неповторим, однозначен и неизменен. Прошедшее уникально, оно ушло и ни­когда не повторяется. Встречающееся сходство событий, фактов, явлений, разделённых временем, - это не повторение. Серьёзный анализ обычно обнаруживает глубокое различие внешне похожих событий.

Вместе с тем история как наука - отрасль научного знания, свя­занная с размышлением о закономерностях исторического движе­ния общества, его объяснением, поиском причинно-следственных связей человеческой жизни и деятельности, способов познания исторического действия. Отметим, однако, что историческая наука изучает не вообще историю человечества, а историю человеческо­го общества, так как история начинается с осознания людьми сво­ей особости в мире, с рефлексии (переживания) и самопознания, с возникновения исторической памяти. Строго говоря, история свя­

зана с рельефным отделением человеческого сообщества от при­роды, его переходом на путь цивилизации. Решающую роль в этом играет постепенный переход от древних человекообразных су­ществ к человеку. Сначала к так называемому человеку умелому (Homo habilis), затем - к архантропам (от греческого archaios - древний), неандертальцам и, наконец, к человеку разумному (Homo sapiens).

Отделение человека от природы проявляется в по­степенной, но неуклонной замене в течение тысячелетий природ­ных и кровнородственных связей между людьми, как определяю­щих, главных, новыми - социальными, общественными связями. Это привело к тому, что общество стало развиваться на собствен­ной (социальной) основе; менялась и развивалась его структура, вся совокупность общественных отношений. С переходом общест­ва к цивилизации появилась и история, предполагающая наличие процесса самоорганизации, включения в активную жизнь всё большей человеческой массы, совершенствование общественных отношений и культуры через общение, взаимовлияние и взаимо- обогащение человеческих сообществ; регулирование жизни с по­мощью специальных институтов, прежде всего государства, т.е. появление особого слоя людей, специально занятых управлением.

Процесс самоорганизации противоречив: в нём проявлялось, с одной стороны, стремление людей в полной мере сохранить те от­ношения и традиции прошлого, благодаря которым данное сооб­щество смогло выжить в огромном, далеко не всегда гостеприим­ном мире. С другой стороны, проснувшееся в обществе творческое начало, чувство вечной неудовлетворённости достигнутым толка­ло его на изменения, нарушение традиций, поиск лучших способов дальнейшего существования. Жизнь общества развёртывалась в виде конгломерата страстей: героизма и трусости; подвига и пре­дательства; добра и зла; мерзкого эгоизма и возвышенных идеалов.

Величайшим достижением человеческого проснувшегося и мя­тущегося духа стало возникновение и развитие культуры, способ­ствовавшей становлению и обогащению лучших черт человече­ской натуры, формированию опирающегося на социальные ценно­сти нового мировосприятия, которое принято называть менталите­

том (от латинского mens - разум), т.е. совокупности психических, интеллектуальных, религиозных, эстетических и других черт, про­являющихся в культуре, языке, образе жизни и поведении народов, социальных групп, отдельных людей.

Путь становления общества вплоть до появления развитой ци­вилизации не был усыпан розами.

Всё лучшее и более совершен­ное по сравнению с достигнутым ранее приходилось добывать че­рез преодоление трудностей и ошибок. Именно так, а не в качестве красивой фразы следует оценивать тонкое замечание великого фи­лософа Георга Гегеля, якобы «история учит тому, что ничему не учит». То есть каждый народ, сообщество, поколение должны пройти свой путь. Опыт не приобретается умозрительно. Разуме­ется, знание истории помогает его приобрести, ибо она - составная часть умственного развития, одна из форм самосознания людей. Её назначение - дать целостную картину исторического процесса во всей его сложности, сформировать историческое сознание как по­нимание связи настоящего с прошлым и ответственности за буду­щее. Ведь хотя история и не повторяется, результаты историче­ских событий до конца не исчерпываются, сохраняясь в традициях и культуре, в исторической памяти.

Но как же сохранить для общества ушедшее прошлое в наибо­лее полном виде, не допуская его искажений? Сделать это трудно не только потому, что сложным является само формирование ис­тории, но и потому, что ещё сложнее - её осмысление. История реально существует вне человеческого сознания, но в таком каче­стве она бессмысленна, так как выходит за рамки человеческих ценностей. Смысл бытие прошлого получает только в связи с че­ловеческим сознанием (осмыслением) и человеческим пережива­нием (рефлексией). Но миросозерцание людей разнообразно. Для одних главное в истории - смена династий, для других - история войн или революций, развитие культуры, смена общественных форм либо божественный промысел и т.д. Примирить разные по­зиции трудно, поскольку у всех различная шкала ценностей. И ес­ли в процессе познания окружающего мира наиболее эффектив­ным способом, как известно, является эксперимент, который, бу­

дучи правильно выполнен, даёт учёному правдивый ответ на во­просы, которые он ставит, пытаясь понять, к примеру, сущность того или иного природного явления, то историк лишён этой воз­можности. Инвариантность не позволяет историю повторять.

Экс­перимент невозможен. Остаётся только использовать историче­ские остатки в виде предметов (обычно обнаруженных в результа­те археологических раскопок), сохраняющихся пережитков про­шлого в быту народов, а также устных и письменных свидетельств современников ушедших событий, написанных в разное время ис­торических трудов. Ясно, что с течением времени, в веках и тыся­челетиях, многое теряется и искажается. Поэтому исторической наукой выработаны определённые принципы и методы поиска ис­торической истины - методология и методы исторической науки.

Методология истории, т.е. способ подхода к познанию и изуче­нию истории, опирается на ряд основополагающих принципов. Первое место принадлежит, бесспорно, принципу объективности, опора на который позволяет, изучая и осмысливая исторические факты, создать картину исторических событий, наиболее близкую к объективной реальности. Речь идёт о правдивом отражении ис­тории, о честной интерпретации, правильном истолковании собы­тий. Это сложно, так как складывающаяся в сознании историка картина прошлых событий, его предварительная гипотеза, соот­ветствующая сформировавшимся убеждениям, может помешать этому. Учёный должен быть выше своих пристрастий. Нельзя под­гонять факты под доктрину, нельзя пренебрегать фактами, тем бо­лее скрывать их, если они не укладываются в умозрительно соз­данную картину прошлого.

Очень важен принцип историзма - рассмотрение исторических событий в движении, развитии и изменении, что позволяет понять причины их становления и, возможно, гибели и исчезновения. Этот принцип отражает суть истории - изменение общества во времени. Разумеется, время, как форма существования материи, не зависит от человека, протекает плавно и ритмично. Другое дело - историческое время. Историческое время прерывисто. Возникнув вместе с историей общества, оно изменяется вместе с ним, насы­

щаясь конкретно-историческим содержанием, может замедляться и ускоряться, даже идти вспять. Историческое время, тесно свя­занное с историей, субъективно, оно зависит от людей, их дея­тельности.

То же можно сказать об историческом пространстве, которое определяется местоположением жизни общества. Оно едино, если говорить о планете Земля, но формируется в виде дробного комплекса - экономического, политического простран­ства, пространства культуры. В его развитии проявляется тенден­ция к превращению в единое историческое пространство в ходе становления единой мировой истории.

Методология истории тесно связана с применением в исследо­вательской работе общенаучных методов (логического и истори­ческого, абстрактного и конкретного, индукции и дедукции, сис­темного, генетического моделирования и др.), а также собственно исторических методов исследования (историко-типологического, сравнительно-исторического, историко-системного, метода диа- хронного, т.е. хронологического, анализа), позволяющих изучать ход истории на основе её конкретных проявлений - исторических фактов.

Сложность, разнообразие истории, наличие различий в её ис­толковании породили многообразие концепций происхождения, движущих факторов и перспектив исторического процесса.

Наиболее далеко в века уходит сложившаяся первоначально на основе мифологического осмысления окружающего мира концеп­ция божественного происхождения всего сущего, самого человека, общества и его истории, наиболее полно представленная в миро­вых религиозных системах. Теологическая концепция объясняет ход истории как закономерный процесс прогрессивного поступа­тельного движения к Богу, давшему волей провидения первона­чальный толчок к формированию свободной человеческой лично­сти, выступающей в качестве результата собственного историче­ского развития. Речь идёт и о предопределённости начала и конца истории, сроки которого скрыты от человеческого разума. Прови­денциализм сыграл большую роль в самопознании человеческого общества и его развитии. Сформировались мировые религии, люди

увидели мир в движении, человек получил возможность выбора между Добром и Злом, формировалось представление о человече­ских ценностях. Идеи провиденциализма способствовали склады­ванию важных направлений теоретического осмысления общест­венного развития.

Значительную роль в познании исторического процесса сыгра­ла эпоха Просвещения, в ходе которой были подвергнуты критике многие аспекты христианских представлений. Обществу была предложена рационалистическая трактовка всемирно-историчес­кого развития, которая развёртывалась в концепциях, порой, каза­лось бы, диаметрально противоположных, особенно когда дело касалось вопроса о взаимосвязи духовного и естественного начал в истории. Так, исторический субстанциализм, наиболее рельефно представленный Г. Гегелем, выдвигал теорию, постулирующую духовное начало как некую субстанцию истории, развёртываю­щуюся во времени. Содержание субстанции духа - стремление к свободе, которое и выступает, по Гегелю, в качестве определяю­щего начала (т.е. детерминанты) истории. Представители истори­ческого номинализма (Вильгельм Виндельбанд, Генрих Риккерт и др.), исходя из неповторимости исторических явлений, полагали, что таковые не могут быть сведены к идеальному духовному со­стоянию (субстанции).

Бесспорно, крупным шагом в понимании истории стала теория исторического процесса, сформулированная К. Марксом и Ф. Эн­гельсом. Отрицая ведущую роль духовного начала в развитии общества, марксизм исходит из определяющей роли практики, из того, что процесс эволюции природы привёл к возникновению новой формы движения материи - общественной жизни, которая развёртывается прогрессивно поступательно в направлении скла­дывания всё более развитых общественных отношений. Проявле­нием закономерности этого процесса в марксизме выступает дви­жение по ступеням формационного развития, отражающее объек­тивное совершенствование способа производства материальных и духовных благ. Наиболее подвижным элементом этого движе­ния являются производительные силы (т.е. орудия труда и люди,

приводящие их в движение), под влиянием изменения которых меняется и экономический строй общества (базис), включающий формы собственности, распределения и отношения сотрудниче­ства или эксплуатации между людьми, а также надстройка, т.е. формы общественного сознания, политические и общественные институты и культура. Марксизм исходит из теории коренных, качественных скачков, когда сложившиеся общественные отно­шения под влиянием объективных факторов порождают обостре­ние внутренних противоречий и революционное их разрешение. Так как основной субъект истории - человеческое общество, главной силой общественного развития является классовая борь­ба между сторонниками и противниками существующих общест­венных отношений. Именно это и порождает социальные катак­лизмы и революции.

В современном мире есть сторонники и противники марксизма, который подвергается серьёзной критике прежде всего за явную недооценку роли человеческого фактора и духовной составляю­щей общественной жизни. Следует, однако, иметь в виду, что ес­тественный процесс научного осмысления всего сущего предпола­гает появление новых идей, концепций, внесение поправок в прежние достижения человеческой мысли. Это не означает, что устаревшие теории и представления не были нужными. Они вне­сли свой вклад в процесс познания и заслуживают уважения.

В XX в. сформировалась и получила значительное распростра­нение и признание социокультурная (иногда её называют культур­но-исторической или цивилизационной) концепция исторического развития общества. Если до середины XX в., обращаясь к изуче­нию проблем общественного развития, обществоведы преимуще­ственное внимание уделяли рассмотрению социально-экономичес­ких процессов, то затем постепенно стал преобладать социокуль­турный подход, отводящий решающую роль в историческом про­цессе не детерминизму, как жёсткой обусловленности и неизбеж­ности развития истории (на чём в известном смысле сходятся ре­лигиозная и материалистическая традиции), а человеку, человече­скому действию, социальным и духовным факторам.

И

Вслед за инициативой «отца кибернетики» Норберта Винера история общества начинает подвергаться анализу в качестве исто­рии развития многоуровневой, открытой для связей, многофактор­ной, относительно устойчивой системы, требующей, однако, веро­ятностно-детерминистского описания исторического процесса. Социум выступает в объектно-субъектном виде, изменение кото­рого (события) не может быть предсказано чисто детерминистски (с позиций безусловной неизбежности), потому что, во-первых, эволюция социума не носит линейного характера, является нерав­новесной, обладает вероятностью распада; во-вторых, эта система способна, выходя за порог устойчивости, вступать в фазу хаоса с угрозой полного распада; в-третьих, жизнеспособная система в условиях хаоса дестабилизации способна под влиянием различных факторов, в том числе случайных, порождать формы высшего по­рядка и перехода к устойчивости. Здесь находит проявление исто­рическая закономерность, немыслимая без случайности. В каж­дый момент истории наличествуют различные альтернативы, т.е. повороты общественного развития не предопределены, победа од­ной из альтернатив определяется действием субъективного факто­ра, хотя историческое событие не «дело случая», оно в принципе ожидаемо в силу наличия предшествующих условий.

Большой вклад в развитие социокультурного подхода к истори­ческому процессу внес русский учёный Н.Я. Данилевский, первым представивший на суд общественности свою теорию культурно­исторических типов, или цивилизаций, позволяющих в совокупно­сти рассматривать всемирную историю как единую многогранную систему.

Не менее важную роль сыграла нашумевшая в своё время книга немецкого культуролога Освальда Шпенглера «Закат Европы», поставившего вопрос о том, что процесс цивилизационного разви­тия общества развёртывается прежде всего за счёт взаимодействия и взаимообогащения различных культур. Противопоставляя в не­котором смысле культуру и цивилизации, которые порождает ка­ждая культурная обособленность в качестве своего апогея и одно­временно конца, после которого наступает процесс нового рожде­

ния и расцвета новой культуры, О. Шпенглер подчёркивал, что нет плохих и хороших культур, каждая культура данного человеческо­го сообщества - свидетельство его поступательного движения.

Особую роль в развитии теории «локальных цивилизаций» сыграл английский историк Арнольд Тойнби, посвятивший её раз­работке почти весь XX в. А. Тойнби продвинулся дальше рациона­листической концепции истории, выдвинув на первый план необ­ходимость фундаментального изучения свойственных различным человеческим сообществам возникающих и исчезающих локаль­ных цивилизаций, которые учёный выделял в качестве основы для понимания содержательной стороны исторического процесса, рас­сматривая каждую цивилизацию как определённый пространст­венно-временной регион, включающий, как правило, группу стран с определённой общностью в первую очередь духовных особенно­стей, поскольку это позволяет всесторонне рассмотреть на протя­жении сравнительно больших периодов их существования особен­ности становления и развития крупных сообществ, специфику их культуры, экономики, социальных и политических отношений.

Тойнби выделял более 20 наиболее крупных цивилизаций, от­вергая при этом единство мирового исторического процесса на основе европейской цивилизации (европоцентризм) и превосход­ство той или иной цивилизационной системы над другими. При этом сложившиеся раньше, первичные цивилизации формируют своеобразный цивилизационный ресурс, на который опираются вторичные, третичные и последующие цивилизационные образо­вания. В качестве исходного момента развития локальных цивили­заций Тойнби выделял особую роль мировых религий, полагая, что связь с цивилизацией-прародительницей осуществляется через «универсальную церковь». К примеру, христианская церковь яви­лась «куколкой» западнохристианской и восточнохристианской цивилизаций, магометанская церковь - «куколкой» исламской ци­вилизации и т.д. В философию истории Тойнби вводил идею по­ступательного движения, религиозно-духовного прогресса, разви­тия общества, которое неизбежно движется к реализации гумани­стической формулы «конечная реальность есть любовь». То есть

историософия Тойнби переходит, как видим, в нравственную кон­цепцию. К концу XX в. эта концепция получила широкое распро­странение в мире, в том числе и в России, существенно потеснив другие подходы к пониманию исторического процесса.

Отечественная история - составная часть мировой истории всех стран и народов мира. Вместе с тем она играет важную самостоя­тельную роль в мировом историческом процессе, предложив чело­вечеству собственный вариант цивилизационного развития, кото­рый ученые определяют по-разному: русская (О. Шпенглер), вос­точнохристианская (А. Тойнби), православная (К. Ясперс) цивили­зация и т.п. Исходя из градации, предложенной А. Тойнби, её можно считать вторичной цивилизацией. Первичными цивилиза­циями были восточные цивилизации, зародившиеся в долинах крупных рек - Нила (Египет), Тифа и Евфрата (Месопотамия), Инда (Хараппская цивилизация), Хуанхэ (китайская цивилизация) и получившие развитие в IV-II тысячелетиях до н.э., а также ан­тичные цивилизации Древней Греции и Древнего Рима, сыгравшие выдающуюся роль в мировой истории III тысячелетия до н.э. - V в. н.э. Первые цивилизации создали цивилизационный ресурс для дальнейшего становления цивилизационного процесса. Для России в процессе складывания русской цивилизации и развития Древне­русского государства сыграло в известном смысле судьбоносную роль пограничное положение между Востоком и Западом, по­скольку в некоторой степени использовался цивилизационный ре­сурс различных цивилизаций, но имело место и тормозящее влия­ние в результате агрессивного давления на Русское государство с той и другой стороны.

Периодизацию отечественной истории принято проводить в свя­зи с периодизацией всемирной истории: 1. Древний мир - время древних культур и цивилизаций вплоть до падения Западной Рим­ской империи в 476 г. н.э. 2. Средние века - до начала эпохи Возро­ждения в XVI в. н.э. 3. Новое время - до окончания Первой мировой войны в 1918 г. 4. Новейшее время - до настоящего времени.

Что касается Русского государства, то для него характерны сле­дующие периоды: 1. Киевская Русь, история которой пришлась на

IX-XII вв. 2. Верхневолжская Русь - XIII - первая половина XV в.

3. Московское государство - вторая половина XV - XVII в. 4. Рос­сийская империя - XVIII - начало XX в. 5. Союз Советских Со­циалистических Республик - XX в. 6. Российская Федерация - Россия - конец XX - начало XXI в. Разумеется, здесь приведено наиболее общее определение периодизации отечественной исто­рии. Общие определения, как известно, обычно точнее передают общее содержание явлений, хотя живая история, её нюансы, осо­бенности теряются. Поэтому часто учёные-обществоведы приво­дят собственные дефиниции (определения).

Книг и статей по истории написано множество. В них содер­жится колоссальный материал об исторических событиях, проис­ходивших в мире с древнейших времён до наших дней. Как обыч­но, каждый автор привносил в изложение истории прошлого своё видение и понимание происходивших событий. Историография отечественной истории также весьма обширна. У истоков россий­ской истории стояли выдающиеся мыслители, патриоты своей Ро­дины Василий Никитич Татищев и Михаил Васильевич Ломоно­сов. В.Н. Татищев в начале XVIII в. написал первую «Историю Российскую с самых древнейших времён». Будучи страстным при­верженцем Петра I и его преобразований, он активно выдвигал идею «государственной пользы» и процветания России, готовил издание комментариев к Судебнику Ивана Грозного, сопоставлял Соборное уложение Алексея Михайловича с действовавшими за­конами и т.д. Выдающийся русский учёный-энциклопедист М.В. Ломоносов был и крупным историком своего времени. Ему принадлежат «Древняя российская история» в двух частях, заме­чания на диссертацию Г.Ф. Миллера «Происхождение имени и народа российского» и его «Сибирскую историю», а также на «Ис­торию Петра Великого» Ф. Вольтера и другие исторические сочи­нения. Широко известна борьба против «норманнской теории» Готлиба Байера в защиту самодостаточности русского этноса и его способности к созданию государственности.

Особое место в российской историографии занимают Николай Михайлович Карамзин и 12 томов его «Истории государства Рос­

сийского», ставшей с 1816 г. по мере выхода из печати, применяя современные понятия, подлинным бестселлером для просвещён­ной части общества. Полагая, что история свидетельствует о со­вершенствовании и прогрессе общества, Карамзин усматривал в исторической науке великолепное средство нравственного воспи­тания и назидания, когда речь идёт об ошибках прошлого. Исто­рию страны он отождествлял с историей государства и его основ­ного скрепляющего фактора - самодержавной монархии, силу ко­торой придаёт доверие общества к своему монарху. Яркое изобра­жение исторических событий и блестящий литературный язык этого труда и сегодня являются образцом для историков. «Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка - Колумбом» (А.С. Пушкин).

Крупнейшим из преемников Карамзина можно считать Сергея Михайловича Соловьёва, академика Российской академии наук и профессора Московского университета, фундаментальный 29-том­ный труд которого «История России с древнейших времён» не имеет себе равных по степени освещения конкретных фактов и событий российской истории и количеству использованных ар­хивных источников. С.М. Соловьёву было суждено пойти во мно­гом дальше Н.М. Карамзина, так как он расширил подход к рус­ской истории, не ограничиваясь историей династий и государства, а рассматривая отечественную историю как историю всего русско­го народа, развивавшегося естественно и закономерно. Ему уда­лось представить целостную картину русской истории на протя­жении веков.

Блестящим лектором и глубоким учёным был профессор Мос­ковского университета Василий Осипович Ключевский. Его книги, в том числе основательный «Курс русской истории» в 9 томах, бы­ли направлены на всестороннее раскрытие исторического процес­са, складывавшегося под влиянием многообразных факторов, из которых Ключевский выделял географические, а также экономи­ческие, социальные и политические.

Выдающимися представителями русской историографии были Сергей Фёдорович Платонов («Полный курс лекций по русской

истории»), Николай Иванович Костомаров («Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей»), Константин Дмитрие­вич Кавелин («Краткий взгляд на русскую историю»), Павел Ни­колаевич Милюков («Очерки истории русской культуры»), пред­ставители русского зарубежья Георгий Владимирович Вернадский («Русская история»), Сергей Георгиевич Пушкарёв («Обзор рус­ской истории») и др.

Большой пласт исторической литературы накоплен за годы со­ветской власти и в постсоветский период. В это время были созданы крупные многотомные труды по истории СССР и истории КПСС, базирующейся, разумеется, на материалах гражданской истории. История России и СССР органически вошла в текст 12-томного из­дания «Всемирной истории». Фундаментальные исследования по отдельным периодам и направлениям отечественной истории были проведены В.В. Алексеевым, К.В. Базилевичем, В.И. Бугановым, С.Б. Веселовским, П.В. Волобуевым, И.М. Волковым, Б.Д. Греко­вым, М.М. Громыко, В.П. Даниловым, Н.М. Дружининым, И.Е. Зе­лениным, Н.А. Ивницким, В.В. Кабановым, И.Д. Ковальченко, М.Н. Нечкиной, С.Б. Окунем, М.Н. Покровским, А.М. Самсоновым, В.М. Селунской, Л.И. Семенниковой, А.Н. Сахаровым, Р.Г. Скрын- никовым, С.О. Шмидтом, В.Л. Яниным и многими другими.

Во второй половине XX - начале XXI в. подготовлены круп­ные издания по многим периодам и направлениям научной рабо­ты историков: истории русских революций и Гражданской вой­ны, истории нэпа и социалистической реконструкции, исто­рии рабочего класса и крестьянства, истории культуры, истории Великой Отечественной войны и всего послевоенного периода; идет теоретическое осмысление отечественной истории, разраба­тываются вспомогательные исторические дисциплины, проводят­ся междисциплинарные исследования, изучаются международ­ные отношения нашей страны. Большую роль играют научные учреждения и высшие учебные заведения, в первую очередь уни­верситеты.

Важно отметить, что в стране активно разрабатывается регио­нальная история. Например, в изучение истории Сибири большой

вклад внесли сибирские учёные В.Т. Анисков, J1.B. Алексеева, В.П. Андреев, Н.В. Блинов, Л.И. Боженко, А.П. Бородавкин, З.Я. Бояршинова, А.А. Говорков, Л.М. Горюшкин, В.В. Гришаев, Н.Я. Гущин, В.А. Демидов, А.П. Деревянко, А.Н. Жеравина,

B. П. Зиновьев, Д.М. Зольников, Н.И. Кабацкий, Е.Э. Казаков,

C. А. Красильников, З.Г. Карпенко, М.С. Кузнецов, Ю.В. Куперт, Н.С. Ларьков, Н.А. Миненко, Б.Г. Могильницкий, А.С. Москов­ский, А.П. Окладников, М.Е. Плотникова, Н.Н. Покровский, Г.Х. Рабинович, И.М. Разгон, В.А. Скубневский, В.Л. Соскин, Л.Г. Сухотина, Н.А. Томилов, С.Ф. Фоминых, О.А. Харусь, Э.И. Черняк, Ш.Б. Чимитдоржиев, Л.А. Чиндина, А.С. Шевляков, Л.И. Шерстова, М.В. Шиловский, Н.П. Шуранов и др.

В последнее время появилось много учебников и учебных по­собий по отечественной истории. Особо следует отметить учебни­ки историков МГУ под редакцией А.С. Орлова и др.; авторского коллектива под руководством А.А. Данилова и редакцией С.В. Ле­онова; авторского коллектива под редакцией А.Н. Сахарова; ав­торского коллектива под руководством С.В. Кулешова; авторский учебник М.Н. Зуева; учебник под редакцией А.А. Радугина; учеб­ники и учебные пособия (практикумы) Л.И. Снегирёвой и др.

Разумеется, историческое познание не может опираться только на исторические труды и учебники. Составляющей его частью яв­ляется использование исторических источников. Исторический источник - это всякое явление, которое можно использовать для познания прошлого. Это - составная часть «общественной памя­ти». Основными историческими источниками являются продукты деятельности людей во всём их многообразии. Это могут быть и предметы, и документы. Сложной является проблема классифика­ции источников. Во-первых, всякая классификация условна. Во- вторых, в процессе исторического познания меняется роль источ­ников и отношение к ним. Подчас то, что считалось несуществен­ным, со временем приобретает важное значение. Основанием для всех исторических построений остаются исторические факты, о которых мы узнаём через источники. Очень трудная проблема ис­точниковедения - соотношение достоверности самих историче­

ских источников и исторических фактов, т.е. приближение к исти­не и выявление субъективных и выдуманных, даже фальсифици­рованных источников и исторических фактов. Поэтому изучение истории предполагает обязательное знакомство не только с описа­нием событий в том или ином виде, но и с изучением источников (исторических остатков и свидетельств современников происхо­дивших событий).

Прошлое - часть того жизненного потока, который составляем и мы сами. Из него не следует что-то вычеркивать, что-то забы­вать. Наша историческая память - это связь с прошлым и ответст­венность за будущее.

Контрольные вопросы

1. В чём состоит основное назначение истории как науки?

2. Раскройте роль принципа историзма в осмыслении истории.

3. Как соотносятся история как процесс и история как наука?

4. Что входит в понятия «исторического времени» и «историче­ского пространства»?

5. Какую роль сыграл в разработке теории «локальных цивили­заций» английский историк А. Тойнби?

6. Как выглядит в наиболее общем виде периодизация отечест­венной истории?

Литература

Барг М.А. Человек - общество - история // Новая и новейшая история. 2003.

№ 2.

Блок М. Апология истории, или Ремесло историка. М., 1986.

Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М., 2003.

Маркс К. К критике политической экономии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 13.

Могильницкий Б.Г. Историческое знание и историческое сознание. К поста­новке вопроса // Историческая наука и историческое сознание. Томск, 2000.

Могильницкий Б.Г. Об исторической закономерности как предмете истори­ческой наукн // Новая и новейшая история. 1997. № 5.

Моисеев Н.Н. Информационное общество: возможность и реальность // По­лис. 1993. №3.

СеменниковаЛ.И. Россия в мировом сообществе цивилизаций. Брянск, 1995.

Смоленский Н.И. Возможна ли общеисторическая теория? // Новая и Новей­шая история. 1996. № 1.

Тойнби А. Постижение истории. М., 2003.

Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1994.

<< | >>
Источник: Отечественная история. Часть I (IX-XIX вв.): Учеб. пособие /Г.Н. Алишина, В.В. Миркин, Е.Л. Казакова и др. - Томск' Томский юсударственный университет,2010. - 228 с.. 2010

Еще по теме ВВЕДЕНИЕ:

  1. ВВЕДЕНИЕ
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. Введение
  5. Введение
  6. ВВЕДЕНИЕ
  7. ВВЕДЕНИЕ
  8. ВВЕДЕНИЕ
  9. Введение
  10. ВВЕДЕНИЕ
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. Введение
  13. ВВЕДЕНИЕ
  14. ВВЕДЕНИЕ
  15. Введение
  16. ВВЕДЕНИЕ
  17. ВВЕДЕНИЕ