<<
>>

Антагонизм предчеловеческого стада и гаремной се­мьи предлюдей

Физиология размножения предлюдей не могла отли­чаться сколько-нибудь существенно от физиологии размно­жения антропоидов. Предлюди были животными и, как все животные, стремились лишь к удовлетворению своих ин­стинктов.

Это делало неизбежным существование у предлю­дей гаремных семей и системы доминирования как в гарем­ной семье, так и в стаде. Как и стадо обезьян, предчеловече- ское стадо состояло из гаремных самок и самцов-холостяков.

У обезьян обычно лишь часть холостяков входит в со­став общего стада, остальные либо образуют однополые ста­да, либо ведут одиночный образ жизни. Для предлюдей оди­ночный образ жизни был невозможен. Вряд ли также можно

предполагать существование у них однополых стад самцов- холостяков. Чтобы такие стада могли существовать, они должны были представлять собой сравнительно большие по размерам (хотя и меньшие, чем общие стада), прочные и по­стоянные объединения. Но стада холостяков прочными и постоянными объединениями быть не могут. Кроме того, существование больших стад холостяков должно было бы обессиливать общие стада, делая их неспособными ни ус­пешно защищаться, ни успешно охотиться, обрекая их на гибель и тем самым всех предлюдей на вымирание. Общие стада поэтому были единственной самостоятельно сущест­вующей формой объединения предлюдей. Даже если учиты­вать только указанное выше обстоятельство, то и в этом слу­чае мы должны прийти к выводу, что процент самцов, ли­шенных существующей системой доминирования возмож­ности удовлетворения полового инстинкта, должен был в стаде предлюдей значительно превышать процент холостя­ков в стаде обезьян. Но, помимо него, были и другие, не ме­нее важные.

Известный французский антрополог А.Валлуа в одной из своих статей (Vallois, 1961) на основании анализа боль­шого фактического материала пришел к выводу, что в эпоху раннего и позднего палеолита и мезолита продолжитель­ность жизни женщин была меньше продолжительности жиз­ни мужчин и что поэтому в течение данного длительного периода времени число взрослых мужчин в человеческих коллективах превышало, причем довольно значительно, чис­ло взрослых женщин.

Причиной более ранней смертности женщин А.Валлуа считает осложнения во время беременно­сти и родов. Интересно в этой связи напомнить сделанный А.В.Немиловым в книге „Биологическая трагедия женщин"(1929) вывод о том, что переход к прямохождению и связан­ная с ним перестройка организма неизбежно должны были повлечь за собой возрастание числа осложнений при бере­менности и родах, а следовательно, и повышение женской смертности. Если принять во внимание, что у всех видов обезьян число взрослых самок превышает, как правило, чис­ло взрослых самцов, то данное А.Валлуа объяснение боль­шей женской смертности в ранний период истории челове­

чества представляется весьма вероятным.

Предлюди были прямоходящими существами. Однако в отличие от людей двуногий способ передвижения был у них еще далек от совершенства Организм у них не был еще пол­ностью перестроен в направлении приспособления к прямо­хождению (Washburn, I960). Поэтому следует ожидать у них наличие большего, чем у ранних людей, числа осложнений при беременности и родах и соответственно большей смерт­ности среди самок.

Сочетающаяся с вхождением всех взрослых самцов в состав общего стада резкая диспропорция между их числом и числом взрослых самок неизбежно должна была делать попытки со стороны холостяков изменить свое положение в системе доминирования и обзавестись гаремами гораздо бо­лее частыми, чем в стаде обезьян, должна была делать сис­тему доминирования в стаде предлюдей крайне неустойчи­вой. Стычки и драки из-за самок, представляющие нередкое явление и среди обезьян, должны были быть очень частыми в предчеловеческих стадах. Возможность драк усугублялась и тем обстоятельством, что вожаки гаремных семей не могли избегнуть столкновений с холостяками путем отделения вместе с семьей от стада. (См. примечание 7).

Стадо должно было представлять собой, за исключени­ем лишь времени обороны от хищников и коллективной охо­ты, арену постоянных драк и стычек между самцами.

Косвенным подтверждением такого предположения мо­гут послужить наблюдения С.Цукермана (Zuckerman, 1932, р.215 — 230) над жизнью колоний павианов в Лондонском зоологическом саду в 1925 — 1930 гг.

и на Парижской вы­ставке 1931 г. Эти колонии были ненормальными по своему составу. Так, например, в колонии павианов на Парижской выставке были 81 самец и всего лишь 29 самок. Самки были распределены между 12 самцами, причем один из них имел девять самок, три самца по три самки каждый, три самца по две самки, пять самцов по одной самке. Остальные 69 сам­цов были холостяками. Не менее ненормальным было поло­жение и в Лондонском зоологическом саду. В этих колониях битвы из-за самок происходили почти каждый день в тече­ние всего времени существования этих колоний. Результа­

том этих битв была большая смертность среди павианов.

Сам С.Цукерман (р 217, 220) указал, что битвы в на­блюдаемых колониях были, несомненно, более частыми, чем в природных условиях, в силу неестественного соотношения полов в колониях и неестественности обстановки. Сосредо­точенные на малой площади животные не могут отделиться друг от друга, как в естественных условиях. Самец, не на­столько доминирующий, чтобы сохранить гарем в большом стаде, не может даже временно отделиться от него, как это имеет место в природных условиях (р.217). Резонно поэтому думать, пишет далее С.Цукерман (р.220), что в этих колони­ях семейные группы приходят в контакт с холостяками мно­го чаще, чем на воле. Большое число холостяков в колониях также было обстоятельством, способствовавшим „социаль­ному разрушению11 (р. 220).

Аналогия между ненормальными по составу колониями павианов, описанными С.Цукерманом, и стадом предлюдей бросается в глаза. В стаде предлюдей, как и в этих колониях, число взрослых самцов значительно превышало число взрослых самок; вожаки предчеловеческих гаремных семей также были не в состоянии отделиться вместе со своим га­ремом от стада, как и вожаки гаремных семей павианов опи­санных колоний

Драки в стадах предлюдей были не только более часты­ми, чем у обезьян, но и носили более жестокий характер. Обезьяны в большинстве своем являются растительноядны­ми животными. Единственными орудиями, которые они пускают в ход во время драк, являются руки, ноги и зубы.

Предлюди были хищниками, владевшими искусством уби­вать довольно крупных животных дубинами из дерева и кос­ти и камнями. Несомненно, что эти орудия они должны бы­ли пускать в ход и во время драк между собой. Использова­ние дубин и камней в драках имело следствием серьезные ранения и нередко вело к смертельному исходу. Мнения о том, что во время вспыхивавших в стаде австралопитеков на почве полового соперничества конфликтов между самцами широко применялось оружие, придерживается ряд ученых (Bartolomew and Birdsell, 1953, р 490 — 491)

В работах Р Брума и Г Шеперса (Broom and Schepers,

1946) и особенно Р.Дарта (Dart, 1948, 1949) приведены мно­гочисленные данные, доказывающие, что в стадах австрало­питеков имели место частые кровавые конфликты, завер­шавшиеся нередко смертью. Об этом достаточно красноре­чиво говорит хотя бы такой, особо отмеченный Р Брумом (Broom,Schepers, 1946) и Р.Дартом (Dart, 1948, 1949) факт, что практически все найденные черепа австралопитеков но­сят следы повреждений, аналогичных тем, что были обнару­жены на черепах павианов. Черепа австралопитека африкан­ского и одного из плезиантропов носят следы бокового уда­ра, черепа двух других плезиантропов — вертикального уда­ра, причем один из этих черепов проломлен использованной в качестве дубины длинной костью конечности копытного животного (Dart, 1949, р.5, 37—38). Череп австралопитека прометея вначале был проломлен тяжелым косым ударом дубиной по макушке, а затем от него была отделена заты­лочная кость (р.38). В черепе парантропа массивного был обнаружен кусок камня около 5 см. в диаметре. Камень этот пробил кость и застрял во внутренней полости черепа (р.5, 38). На основании этих данных Р.Дартом был сделан вывод, что австралопитеки использовали костяные и деревянные дубины и камни не только для охоты на животных, но и в „истребительной междоусобной борьбе'4 (1948, р.278)

С.Цукерман (Zuckerman, 1932) указал, чго смерть любо­го члена колонии павианов неизбежно влекла за собой новые драки, ибо нарушала систему доминирования, сложившуюся в объединении.

Новая система не могла сложиться без сты­чек и столкновений. Подобное положение должно было иметь место и в стаде предлюдей. Смерть одного из членов стада должна была повлечь за собой новые драки, которые также могли приводить к смертельному исходу, что в свою очередь закладывало основу для новых столкновений, и так без конца. К нарушению системы доминирования приводили и ранения.

Непрерывные, непрекращающиеся драки в стаде пред­людей подрывали систему доминирования. Последняя не столько существовала в стаде предлюдей, сколько ломалась, нарушалась, перестраивалась. Зоологический индивидуа­лизм в стаде предлюдей достиг своего наивысшего развития

и подрывал сам себя, ибо все в большей и большей степени становился угрозой самому существованию предлюдей Вся жизнь предчеловеческого стада представляла собой чередо­вание периодов междоусобных конфликтов, подрывавших и расшатывавших стадо, и периодов совместной обороны от врагов и коллективной охоты, когда стадо выступало как единое целое. В жизни стада брала верх то имевшая своей основой оборонительный и пищевой рефлексы тенденция к объединению и сплочению, то имевшая основой половой инстинкт тенденция к его расшатыванию и разрушению И последняя тенденция в части стад угрожала стать преобла­дающей Бесконечные кровавые конфликты могли приво­дить и приводили в некоторых случаях к сокращению раз­меров стада до такой степени, что оно становилось неспо­собным ни к успешной обороне, ни к успешной охоте. В та­ком случае стадо рано или поздно неизбежно погибало

Антагонизм между гаремной семьей и стадом, отмечен­ный у обезьян, принял у предлюдей необычайно острые формы Для тех стад, в которых он достиг такой степени развития, что превратился в угрозу для самого существова­ния предлюдей, разрешение конфликта между гаремной семьей и стадом стало насущной жизненной необходимо­стью Конфликт этот мог быть разрешен либо путем разру­шения гаремных семей и растворения их в стаде, либо путем распада стада на отдельные ведущие самостоятельное суще­ствование гаремные семьи.

Первый путь предполагал посто­янное и прочное подавление полового инстинкта всех вхо­дящих в состав стада самцов, второй —■ выработку у пред­людей таких качеств, которые делали возможным их суще- сівование небольшими объединениями.

Предлюди были животными. Их эволюция определялась теми же закономерностями, которые действуют в животном мире, и прежде всего естественным отбором.

Факты показывают, что естественный отбор в опреде­ленных условиях может привести и приводит к постоянному и прочному подавлению полового инстинкта большинства членов биологического объединения. В „обществах" муравь­ев, пчел и т.п. половой инстинкт большинства особей полно­стью подавлен. Почти все индивиды, входящие в состав этих

„обществ", являются бесполыми Эта бесполость подавляю­щего большинства „общественных" насекомых является не­обходимым условием существования их „обществ".

Бесполость большинства членов „обществ" насекомых является необычайно ярким проявлением господствующей в этих „обществах" специализации особей к выполнению лишь нескольких или даже одной функции из тех, что име­ются у „необщественных" животных. Эта специализация не представляет выгоды для каждого индивида, взятого в от­дельности, ибо она лишает его возможности существовать самостоятельно. Она выгодна для объединения, для вида и тем самым для индивида. Специализация эта, как и другие формы приспособления к среде, несомненно возникла под действием естественного отбора, но отбора нс вполне обыч­ного, отбора, объектом которого были не индивиды непо­средственно, а их объединения и лишь тем самым они В ре­зультате этого отбора каждое объединение, состоявшее пер­воначально из особей, обладавших всеми функциями биоло­гически полноценных, превратилось в своеобразный коллек­тивный биологический организм, внутри которого отдель­ные особи и группы их выполняют функции различных его, органов „Общества" животных являются по своей природе не объединениями, а коллективными биологическими орга­низмами, сверхорганизмами, сверхиндивидами.

Такой взгляд на „общества" насекомых полностью со­гласуется с новейшими данными энтомологии. Вот, напри­мер, что пишет крупнейший специалист в этой области Р.Шовен, обобщая результаты своих исследований над пче­лами: „Попытаемся отвлечься от привычного понятия о рое и представить себе (рой) пчел как организм нового типа Эти живые существа, место которых на одной из верхних ступе­ней эволюции, могут быть сопоставлены с животными клас­са губок, занимающими одну из низших исходных ступеней ее Сравним их с устойчивым организмом, полости которого заполнены скоплениями газов с большим содержанием угле­кислоты, в котором сильнодействующий механизм вентиля­ции работает лишь от случая к случаю. Обмен некоторых веществ, например, витаминов или различных питательных веществ, по всей вероятности, высокоактивен. Никсон и

Риббандс дали шести пчелам радиоактивный фосфор. Через 24 часа 40 процентов всего населения улья (составляющее до 40 тысяч пчел) было радиоактивным. Это яркий показатель активности обмена питательными веществами внутри сверх- организма. Организм этот — двуполый (ведь в каждом улье есть самцы и самки), но двуполость эта носит сезонный ха­рактер, так как самцы исчезают с наступлением холодов. Он обладает органами защиты (сторожевые пчелы), органами, выделяющими воск (строительницы), и своеобразной маткой (масса кормилиц), внутри которой расплод развивается до конца стадии куколки“ (1960, с. 197 — 198).

Стать объектом естественного отбора и начать эволю­цию могут лишь объединения, способные превратиться в биологический коллективный организм, сверхиндивид. Пер­вым результатом действия естественного отбора на объеди­нение, первым шагом в эволюции объединения является его превращение в сверхорганизм, пусть самый зачаточный, пусть самый примитивный, но сверхорганизм. Последующие шаги будут состоять в дальнейшем развитии и совершенст­вовании этого первичного сверхорганизма. Объединения животных могут развиваться, лишь превращаясь в сверхор­ганизм.

Естественный отбор, действием которого определяется эволюция сверхорганизма, отличается от обычного индиви­дуального естественного отбора, но это отличие не носит принципиального характера. И в том, и в другом случае мы имеем дело с отбором биологических индивидов, но в одном

— с отбором обычных биологических индивидов, в другом

— с отбором биологических сверхиндивидов. Отбор инди­видов и отбор „обществ" насекомых представляют собой не два совершенно различных вида отбора — отбор биологиче­ский и отбор „социальный", а две разновидности естествен­ного отбора — отбор индивидуальный и отбор сверхиндиви­дуальный.

Таким образом, естественный отбор может привести к постоянному и прочному подавлению полового инстинкта членов зоологического объединения, лишь выступая в форме сверхиндивидуального отбора.

Иного пути постоянного и прочного подавления ПОЛО­

вого инстинкта животных, кроме превращения их объедине­ния в коллективный биологический организм, а подавляю­щего большинства его членов в бесполые существа, нет. Но превращение объединения высших млекопитающих живот­ных в сверхорганизм, а их самих в бесполые существа явля­ется делом невероятным Поэтому разрешение конфликта между стадом предлюдей и предчеловеческой гаремной семьей путем подавления полового инстинкта и растворения семей в стаде было немыслимо, пока предлюди оставались животными, пока предлюди оставались предлюдьми.

Что же касается второго пути разрешения конфликта между стадом и гаремной семьей предлюдей, предполагаю­щего приобретение предлюдьми таких качеств, которые де­лали возможным самостоятельное существование отдельных гаремных семей, то он вполне мог иметь место. Сами беско­нечные конфликты в стаде предлюдей подготавливали воз­можность такого пути разрешения указанного конфликта. В условиях, существовавших в стаде предлюдей, выживали и получали возможность оставить потомство главным образом самцы, обладавшие наибольшими размерами и наибольшей физической силой Естественный отбор неизбежно вел к развитию у предлюдей полового диморфизма и общей их эволюции по линии гигантизма.

У той части предлюдей, в стадах которых конфликты происходили чаще и носили более ожесточенный характер, развитие по линии гигантизма пошло быстрыми темпами и довольно скоро привело к такому возрастанию размеров тела и физической силы, что сделало возможным в конце концов отделение гаремных семей от стада. С возникновением воз­можности отделения гаремных семей от стада начали обра­зовываться и самостоятельные объединения самцов- холостяков, Общее стадо у этой части предлюдей если и продолжало существовать, то в виде текучего по своему со­ставу, неустойчивого условного объединения.

Гигантизм и распад стада имел своим следствием ума­ление роли предчеловеческого труда и в конечном счете его деградацию. Гигантские предлюди, обладавшие огромной физической силой, могли успешно обороняться от врагов и не прибегая к помощи орудий. Они, вероятно, продолжали

по-прежнему пользоваться орудиями, но это использование орудий перестало быть для них жизненной необходимостью. Если в процессе перехода на землю использование орудий из случайности превратилось в правило, а затем стало необхо­димостью, то у этой части предлюдей эволюция предчелове­ческого труда пошла в обратном направлении. Следствием деградации предчеловеческого труда явилось развитие есте­ственного вооружения — челюстного аппарата, клыков и т.д. В целом эволюция этой части предлюдей пошла в сторо­ну от пути, ведущего к человеку.

Предлюди, у которых развитие пошло по линии дегра­дации предчеловеческого труда, собственно, уже не могут быть названы предлюдьми в полном и точном смысле этого слова. В отличие от истинных, настоящих предлюдей, их можно было бы именовать бывшими предлюдьми или мни­мыми предлюдьми.

Высказанное выше предположение находит свое под­тверждение в палеонтологическом материале.

В настоящее время всеми без исключения учеными в группу австралопитеков (т.е. в число предлюдей) включают­ся австралопитек африканский (место находки — Таунг), плезиантроп (австралопитек) трансваальский (Стеркфон- тейн), австралопитек прометей (Макапансгат), парантроп крупнозубый (Сворткранс) и парантроп массивный (Кромд- раай близ Стеркфонтейна). Существует много иногда до­вольно значительно отличающихся друг от друга классифи­каций австралопитеков (Dart, 1948, 1955а; Broom, 1950; Washburn and Patterson, 1951; Robinson, I953a, 19536, 1954, 1955, 1962, 1963; Oakley, 1954; Howell, 1955; Clark Le Gros, 1955, Leakey, 1959; Бунак, 1959; Зубов, 1964; Якимов, 1964). Однако, несмотря на все различия, большинство указанных ученых в той или иной форме выделяют среди австралопи­теков две основные группы: группу собственно австралопи­теков (австралопитек африканский, плезиантроп трансвааль­ский и австралопитек прометей) и группу парантропов (па­рантроп крупнозубый и парантроп массивный).

Значительные расхождения существуют и в вопросе о датировке австралопитеков (Broom, Schepers, 1946; Broom, 1951; Robinson, 1953a, 1954; Oakley, 1954, 1957a; Howell,

1955; Singer, 1958; Dietrich, 1958; Leakey, 1959), однако большинство ученых считают группу австралопитеков гео­логически более древней, а группу парантропов более моло­дой (Oakley, 1954, 1957а; Howell, 1955; Leakey, 1959; Wash­burn, 1960; Washburn and Clark, 1960; Якимов, 1964).

Парантропы значительно отличаются от австралопите­ков большими размерами тела, сильным развитием челюстей и зубов и, вероятно, соответственно большей физической силой (Washburn, 1960, р.67; Robinson, 1962, р.483; 1963, р.393). Как указывал В.П.Якимов (1951, с.43), развитие па­рантропов шло по пути приобретения признаков гигантизма. Эти данные вместе с имеющимися указаниями, что паран­тропы больше отличались от людей, чем австралопитеки (Robinson, 1962, р.481; 1963, р.286), дают основания пола­гать, что парантроп крупнозубый и парантроп массивный должны быть скорее отнесены к числу не истинных прсдлю- дей, а мнимых, что они представляют собой боковую ветвь в развитии предлюдей. Как представителей поздней боковой ветви в развитии австралопитеков, ветви, развитие которой отклонилось от пути, ведущего к человеку, рассматривал парантропов У.Ле Гро Кларк (Clark Le Gros, 1955, р. 157).

В пользу взгляда на парантропов как на представителей той ветви предлюдей, у которых предчеловеческий труд на­чал претерпевать обратное развитие, свидетельствует и тот факт, что несомненные доказательства использования ору­дия для охоты на животных обнаружены лишь в местах на­ходок представителей группы австралопитеков — Таунге, Стеркфонтейне и Макапансгате (Dart, 1948,1949).

К выводу о том, что использование орудий было у па­рантропов развито значительно слабее, чем у австралопите­ков, пришел Дж.Робинсон (Robinson, 1962, 1963). Имеются также основания полагать, что в отличие от всеядных авст­ралопитеков парантропы были существами растительнояд­ными (Robinson, 1962, р.484; 1963, р.393,406).

Но наиболее типичным представителем мнимых или бывших предлюдей следует, по-видимому, считать гиганто- питека. По вопросу о природе этого очень своеобразного существа имеется несколько точек зрения. Ф.Вейденрейх (Weidenreich, 1946, р.58 — 61) видел в гигантопитеке пред­

ставителя гигантской стадии в эволюции людей. В.П.Якимов (19476, 1951), М.Ф.Нестурх (1948, 1954, 1958), У Жу-кан и Н.Н.Чебоксаров (1959) рассматривают его как гигантского антропоида, Г.Кенигсвальд (Бунак, 19596, с.65) и А.Валлуа (Vallios, 1957) как азиатского представителя австралопите­ковых.

Многие ученые считают гигантопитека двуногим пря­моходящим существом (Weidenreich, 1946, р.58 — 61; Pei Wen-Chung, 1957, р.836; Vallios, 1957). Тот факт, что гиган- топитеки были прямоходящими существами, обладавшими освобожденными верхними конечностями, говорит о том, что они в своем развитии прошли стадию систематического использования естественных орудий, ибо только возникно­вение и развитие предчеловеческого труда могло привести к освобождению передних конечностей и появлению двуногой локомации (Ю.Семенов, 1956а, с.172—184). Огромные размеры гигантопитека позволяют предположить, что он был представителем боковой ветви предлюдей, развитие ко­торой пошло по линии отказа от стадного образа жизни и умаления роли предчеловеческого труда.

Это предположение подтверждает находка, сделанная в провинции Гуаней (КНР), где в пещере горы Лэнцзай была обнаружена нижняя челюсть гигантопитека (Pei Wen-Chung, 1957). В пещере были найдены также остатки оленей, каба­нов и других животных. Животные эти не могли сами по­пасть в пещеру, находившуюся на склоне крутой горы на высоте 90 м. Они могли попасть в нее лишь как объекты охотничьей деятельности обитавших в этом месте гиганто- питеков. Пэй Вэнь-чжуном (р.837) было обращено особое внимание на то обстоятельство, что в пещере не было обна­ружено ничего, напоминающего орудия, ни камней, ни ду­бин. На основании изложенных выше данных им был сделан вывод, что гигантопитеки в своей охотничьей деятельности не использовали орудий. С этим выводом хорошо согласует­ся и другой отмеченный Пэй Вэнь-чжуном факт, что добы­чей гигантопитеков были только либо молодые, либо одрях­левшие животные, т.е. такие, которых можно было убить при помощи естественных органов, не прибегая к помощи орудий.

Судьба парантропов и гигантопитеков служит нагляд­ным опровержением всех теорий, в которых животная семья рассматривается как отправной пункт развития человеческо­го общества (Мэн, 1884; Ратцель, 1901, I—II; Старке, 1901; Westermark, 1925, I—111; Seligman, 1929, 1950; Zuckerman, 1932; Murdock, 1949; Elkin, 1954; Count, 1958; Sahliπs, I960; Bergouπioux, 1961; Washburn and De Vore, 1961 и др.).

Таким отправным пунктом может быть только стадо. Переход от стада животных к первобытному человеческому стаду предполагает иной путь решения конфликта между стадом предлюдей и гаремной семьей, чем тот, который имел место у мнимых предлюдей. И он стал возможным по­тому, что у той части предлюдей, в стадах которых стычки были менее частыми и носили менее ожесточенный харак­тер, ранее приобретенные ими качества, делавшие возмож­ным обособленное существование гаремных семей, произве­ли существенные изменения характера их деятельности, именно: произошел переход от систематического использо­вания естественных орудий к изготовлению средств труда.

<< | >>
Источник: Семенов Ю.И.. Как возникло человечество. — Изд. 2-е, с нов. пре- дисл. и прилож. —М.: Гос. публ. ист. б-ка России,2002. — 790 с.. 2002

Еще по теме Антагонизм предчеловеческого стада и гаремной се­мьи предлюдей:

  1. Революция 1905 – 1907 гг. в России (предпосылки, периодизация, характер, движущие силы, специфика, основные политические события).
  2. Образование Пелопоннесского союза
  3. Домашние животные
  4. Общественные отношения людей раннего палеолита
  5. § 5. Возникновение первобытной родовой общины.
  6. Культура Кортайо западноальпийских свайных построек
  7. Борьба Руси с монголо-татарским нашествием (XIII – XVвв.). Проблема взаимоотношений Руси и Орды в исторической литературе.
  8. «Просвещённый абсолютизм» второй половины XVIII в.: политические иллюзии и реальность. Историография проблемы.
  9. 4. НАРОДНЫЕ ДВИЖЕНИЯ В ПОЗДНЕЙ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ
  10. 1. ГРЕЧЕСКИЙ МИР НА ПУТИ К МЕЖДОУСОБНОЙ ВОЙНЕ
  11. 29. I мировая война. Нарастание общенационального кризиса и победа Февральской революции. Падение самодержавия.
  12. Реформы Петра I
  13. § 1. Восстания рабов в Италии в первой половине IIв. доп. э.
  14. § 1. Восстание плебса и начало плебейской организации.
  15. § 1. Реформаторский период: братья Гракхи.
  16. § 3. Формы классовой борьбы рабов в древней Греции.
  17. Главa III ИБЕРЫ, КАРФАГЕН И РИМ ВО ВРЕМЯ ВТОРОЙ ПУНИЧЕСКОЙ ВОЙНЫ
  18. 4. Участие России в Первой мировой войне
  19. § 3. Италийская федерация под властью Рима.