<<
>>

Постановка проблемы становлення человеческого общества

Нельзя правильно ни поставить, ни решить проблемы становления человеческого общества, проблемы скачка от биологического к социальному, не преодолев до конца тех взглядов на ранний период истории человечества, которые преобладали до недавнего времени в советской науке и ко­торые нашли свое наиболее четкое выражение в упоминав­шейся выше рецензии Л.Я.Брюсова (1953а).

А между тем эти взгляды до сих пор все еще далеко не полностью преодоле­ны даже теми учеными, которые являются сторонниками теории двух скачков. Об этом свидетельствуют все предла- іаемьіс в настоящее время схемы периодизации первобьп- пой истории (Равдоникас, 1939, I. 1947, II; Толстов, 1946; Борисковский, 19506, 1953, 1957а; Горбачева, 1952; Кос­вен, 1952, 1957, I960; Ефименко, 1953; Монгайт и Першиц, 1955; Монгайт, 1955; „Всемирная история'1, 1955, I; Першиц, 1955, 1959, I960; Sellιιow, 1961 и др.). Во всех этих схемах без исключения грань, отделяющая первобытное стадо от родового общества, рассматривается как грань между двумя этапами развития одной общественно-экономической фор­мации —первобытно-общинной, т.е. как грань менее важная, чем граница между общественно-экономическими форма­циями, а период первобытного человеческого стада соответ­ственно рассматривается как первый этап развития перво­бытно-общинной формации.

Подобного рода схемы периодизации первобытной ис­тории кажутся на первый взгляд вполне обоснованными. Предшествовавший родовому обществу период первобытно- 5Х

го человеческого стада, безусловно, является эпохой станов­ления рода. Вполне естественным кажется взгляд на эпоху становления родового общества и эпоху расцвета и разложе­ния родового общества, как на разные этапы одного единого периода истории человечества, противостоящего остальным ее периодам, как на разные ступени развития одной формы существования человеческого общества — одной общест­венно-экономической формации.

Однако правильным при­знать его, по нашему мнению, нельзя.

Прежде веет следует отметить, что взгляд на эпоху становления той или иной общественной формации как на первый этап развития данной формации не является полно­стью оправданным даже в применении к зрелому человече­скому обществу, Эпоха становления классового общества, например, большинством историков-марксистов рассматри­вается не как начальный этап развития первой антагонисти­ческой формации, а как последний этап эволюции бесклас­сового общества, первобытной формации.

Таким образом, установление того факта, что эпоха пер­вобытного стада есть период становления родового общест­ва, не дает еще достаточного основания для объединения эпохи первобытного стада с эпохой родового общества в од­ну общественно-экономическую формацию даже в том слу­чае, если мы не будем принимать во внимание то обстоя­тельство, что период первобытного стада был временем пре­вращения слада животных в человеческий коллектив. Пели же мы примем во внимание последнее обстоятельство, то 01 взгляда на первобытное стадо и родовое общество как на два подразделения одного единого периода истории человечест­ва придется отказаться.

Период первобытного стада, несомненно, представлял собой период становления родового общества. Но процесс становления родового общества качественно, принципиаль­но отличается от процессов становления рабовладельческо­го, феодального и других обществ. Процесс становления феодального, например, общества есть процесс изменения сложившегося готового человеческого общества, есть про­цесс смены одной конкретно-исторической формы сущест­вования человеческого общества другой его конкретно­

исторической формой. Становление общественного бытия и сознания феодального общества есть процесс изменения уже существующего общественного бытия и общественного соз­нания. Становление феодального базиса и надстройки есть процесс смены одних базиса и надстройки другими базисом и надстройкой. То же самое можно сказать и о процессах становления рабовладельческого, капиталистического и коммунистического обществ.

Совсем иной характер носит процесс становления родо­вого общества. Становление бытия и сознания родового об­щества не представляет собой процесса изменения уже су­ществующих общественного бытия и общественного созна­ния. Процесс становления бытия и сознания родового обще­ства есть процесс становления самих общественного бытия и общественного сознания как таковых. Становление базиса и надстройки родового общества представляет собой не смену одних базиса и надстройки другими базисом и надстройкой, а процесс становления базиса и надстройки человеческого общества как таковых. Процесс становления родового обще­ства качественно отличается от становления рабовладельче­ского, феодального и других обществ, ибо является процес­сом не изменения сложившегося человеческого общества, не превращения одной конкретно-исторической формы суще­ствования человеческого общества в другую конкретно­историческую форму его существования, а становления са­мого человеческого общества как такового.

Отсюда следует, что сущность периода первобытного человеческого стада состоит не в том, что он является эпо­хой становления родового общества, а в том, что он пред­ставляет собой период становления человеческого общества, период скачка от биологического к социальному. Являясь эпохой превращения стада животных в общество людей, пе­риод первобытного человеческого стада качественно отли­чается от всего последующего периода истории человечест­ва, представляющего собой эпоху развития готового, сфор­мировавшегося человеческого общества, эпоху смены кон­кретно-исторических форм существования сложившегося человеческого общества. Качественная грань, отделяющая первобытное стадо от родового общества, таким образом, не

только не менее значительна, чем рубежи между родовым обществом и рабовладельческим, рабовладельческим и фео­дальным и т.д., т.е. между общественно-экономическими формациями, но, наоборот, является несравненно более глу­бокой, ибо она отделяет формирующееся общество от гото­вого, в то время как последние отделяют одну конкретно­историческую форму существования готового общества от другой его формы.

История человечества, таким образом, прежде всего де­лится на два основных крупных периода: историю перво­бытного стада (период формирования, становления, склады­вания человеческого общества) и историю человеческого общества (период развития сложившегося, сформировавше­гося, готового человеческого общества).

Человеческое общество всегда существует в историче­ски определенной конкретной форме, формами сущее гвова- ния человеческого общества, ступенями его исторического развития являются общественно-экономические формации. Пока человеческое общество не сложилось, не имеет смысла говорить о какой-либо исторической форме его существова­ния. Поэтому категория „общественно-экономическая фор- мация“ имеет смысл только в применении ко второму ос­новному периоду истории человечества — периоду развития сформировавшегося человеческого общества. Общсствспно- экономические формации являются формами существования готового человеческого общества.

Все это требует пересмотра понятий „первобытно­общинная общественно-экономическая формация11, „перво­бытно-общинный строй“. Под термином „первобытно­общинная формация" в настоящее время объединяются и рассматриваются как единое целое две несоизмеримых ве­личины; один из двух основных периодов истории человече­ства— период скачка от зоологического объединения к че­ловеческому обществу и один из этапов следующего основ­ного периода—периода развития готового, сформировав­шегося общества. Объединение периода первобытного стада с начальным этапом истории сложившегося человеческого общества и противопоставление этой конструкции как пер­вой общественно-экономической формации всем остальным

этапам истории человеческого общества нельзя считать в настоящее время оправданным. В действительности первой общественно-экономической формацией является период, который во всех схемах периодизации первобытной истории рассматривается как второй этап развития первобытно­общинного строя, — родовое общество, родовой строй. Ро­довой общественно-экономической формацией и открывает­ся история человеческого общества.

Все эти выводы, необходимо следующие из теории двух скачков, были изложены и обоснованы нами в упоминав­шейся работе „Возникновение и основные этапы развития труда (в связи с проблемой становления человеческого об- щества)“ (1956а) и в несколько ранее вышедшем авторефе­рате этой работы (19566). С этими выводами полностью со­лидаризировался совершенно независимо от нас пришедший к ним советский антрополог В.П.Якимов (1960а). В извест­ной степени выводы эти были предвосхищены в упоминав­шейся выше статье В.К.Никольского „Первобытно­коммунистическая формация"(1933), в которой эпоха пер­вобытного стада, характеризуемая как период становления первобытного коммунизма, рассматривалась как предшест­вовавшая первой общественно-экономической формации — первобытно-коммунистической (с.28 — 29).

Выводы о том, что история человечества прежде всего делится на два крупных периода: историю человеческого стада и историю человеческого общества, что понятие „об­щественно-экономическая формация" неприменимо к пер­вому из них, ни в малейшей степени не находятся в проти­воречии с марксистским взглядом на историю человечества, Они прямо следуют из положения о существовании особого периода формирования человеческого общества, выдвинуто­го Ф.Энгельсом и развитого В.ИЛениным. Можно полагать, что сами эти выводы впервые были сделаны В.ИЛениным. В пользу подобного предположения говорит тот факт, что В.И.Ленин, неоднократно подчеркивавший, что первобыт­ной родовой коммуне предшествовало первобытное челове­ческое стадо (Г1СС, т.ЗЗ, с. 10; т.48, с.232), в то же время как на первую общественно-экономическую формацию указы­вал на первобытный родовой коммунизм (ПСС, т.4, с.36).

Это, на наш взгляд, свидетельствует о том, что В.И.Ленин за начало первой формации принимал смену первобытного стада родовым обществом, а последнее рассматривал как первую общественно-экономическую формацию.

Установление того факта, что история человечества прежде всего делится на два крупных качественно отличных друг от друга периода: период человеческого стада, являю­щийся эпохой становления, возникновения человеческого общества, и период человеческого общества, являющийся эпохой смены конкретно-исторических форм существования готового, сложившегося общества, дает возможность кон­кретизации самой постановки проблемы становления чело­веческого общества.

Прежде всего из него следует вывод, что дать конкретное решение проблемы возникновения че­ловеческого общества можно, лишь выявив внутреннюю объективную логику процесса развития первобытного чело­веческого стада, лишь раскрыв закономерности, определяв­шие это развитие. Второй вывод,· который естественно на­прашивается, это вывод о качественном отличии закономер­ностей, действовавших в период первобытного человеческо­го стада, от закономерностей, определяющих развитие гото­вого человеческого общества.

Выявить специфику закономерностей, действовавших в эпоху первобытного человеческого стада, невозможно, вс учитывая того обстоятельства, что данная эпоха была не только периодом становления человеческого общества (со­циогенеза), но и периодом становления человека (антропо­генеза). Нельзя ни конкретно поставить, ни конкретно ре­шить проблему становления человеческого общества, не раскрыв истинного отношения между социогенезом и ан­тропогенезом.

Процесс становления общества и процесс становления человека рассматривали, да в значительной степени и до сих пор продолжают рассматривать, как два связанных между собой, но разных процесса. Проблему социогенеза и про­блему антропогенеза рассматривали и рассматривают обыч­но как две связанные, но различные проблемы. В свое время такой взгляд был исторически оправдан. До создания теории двух скачков невозможно было ни конкретно поставить, ни

тем более конкретно решить вопрос о становлении общест­ва, нельзя было конкретно выяснить соотношение социоге­неза и антропогенеза; что же касается выдвинутых класси­ками марксизма положений о совпадении периода становле­ния общества с периодом формирования человека, то они оставались не понятыми. Все их значение раскрылось лишь после создания теории двух скачков. Вследствие этого про­блема социогенеза ставилась лишь в работах специалистов по общественным наукам, в работах историков и философов, причем ставилась крайне абстрактно, в полном отрыве от вопросов антропогенеза. В работах же антропологов стави­лась лишь проблема антропогенеза, причем она рассматри­валась в отрыве от проблемы становления общества. От­дельные попытки связать воедино социогенез и антропоге­нез были чисто декларативными (Ананьев, 1930).

С созданием теории двух скачков, возникшей в резуль­тате привлечения для решения вопросов антропогенеза ма­териалов по становлению общества, было доказано предска­занное Ф.Энгельсом совпадение периодов становления че­ловека и общества, было доказано, что начало процесса ста­новления человека является и началом процесса становления общества, что завершение первого является одновременно и завершением второго. После появления этой теории нет больше оправдания для рассмотрения проблемы социогенеза и антропогенеза как двух связанных между собой, но разных проблем. Нельзя более рассматривать отношения между со­циогенезом и антропогенезом как отношения между двумя самостоятельными, одновременно протекающими, хотя и взаимодействующими процессами. Процесс становления человека и процесс становления общества представляют со­бой не два самостоятельных процесса, а две стороны одного единого процесса— процесса становления человека и обще­ства (антропосоциогенеза).

Взгляд на антропогенез и социогенез как на две стороны единого процесса необходимо вытекает из марксистского понимания сущности человека. Именно последнее обстоя­тельство и дало возможность классикам марксизма задолго до появления теории двух скачков предсказать совпадение периодов становления человека и общества. Процесс ста­

новления человека—антропогенез — не может не быть прежде всего процессом становления человеческой сущно­сти. „Но сущность человека, — писал К.Маркс, — не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действи­тельности она есть совокупность всех общественных отно- щений“ (Соч., т.З, с.З). Отсюда следует, что процесс станов­ления человека (антропогенез) есть прежде всего процесс становления совокупности общественных отношений, т.е. процесс становления общества (социогенез). Процесс становления человека в своей сущности есть процесс ста­новления общества. Это значит, что нельзя до конца решить проблему антропогенеза, не разрешив проблему социогене­за. Антропологи, заложив созданием теории двух скачков основу для конкретного решения проблемы становления общества, тем самым заложили основу для более глубокого проникновения в сущность антропогенеза. Как нельзя ре­шить проблему антропогенеза, не решив проблемы социотс- неза, так и обратно, решение проблемы социогенсза невоз­можно без решения проблемы антропогенеза. Проблема ста­новления человека и проблема становления общества — две стороны одной и той же проблемы.

Из положения, что антропогенез и социогенез являются двумя сторонами одного единого процесса, необходимо вы­текает, что одни и те же факторы определяли как формиро­вание человека, так и формирование общества, что станов­ление человека и общества шло по единым закономерно­стям, что движущие силы процесса антропогенеза совпадали с движущими силами социогенеза. Процесс становления че­ловека и общества (антропосоциогенез), процесс превраще­ния биологических существ в социальные, биологического объединения в общество, процесс перехода от биологиче­ской формы движения материи к общественной пс мог каче­ственно не отличаться как от процесса развития животного мира, процесса развития и смены биологических видов, так и от процесса развития общества, процесса смены обществен­но-экономических формаций. Поэтому он не мог опреде­ляться и направляться ни только чисто биологическими, ни только чисто социальными закономерностями, он должен был иметь и свои собственные специфические законы. В то

же время процесс антропосоциогенеза не мог в определен­ных чертах не бьпь сходным и с процессом развития биоло­гических видов, и с процессом развития общества. Отсюда следует, во-первых, что специфические закономерности ан­тропосоциогенеза не могли не быть сходными в определен­ных отношениях как с законами биологическими, так и с за­конами социальными, во-вторых, что в период становления человека и общества должны были в какой-то степени дей­ствовать как чисто биологические законы, так и чисто соци­альные.

Выявление движущих сил антропосоциогенеза, раскры­тие специфических для него закономерностей является важ­нейшей задачей, без решения которой невозможно дать кон­кретный ответ на вопрос, как возникло человеческое обще­ство. Конкретное решение проблемы социогенеза необходи­мо предполагает и требует выявления факторов и законо­мерное і ей ангропосоциогенеза и невозможно без него.

Эпоха первобытного человеческого стада была перио­дом становления человеческого общества. Но человеческое общее і во может существовать и всегда существует лишь в определенной конкретно-исторической форме. Общечелове­ческое может существовать и всегда существует лишь в кон­кретно-историческом[XXX]. Поэтому процесс становления чело­веческого общества не мог не быть процессом становления определенной конкретно-исторической формы его сущест­вования, определенной общественно-экономической форма­ции. Человеческое общество возникло в форме родового общества. Процесс становления человеческого общества был процессом становления родового общества.

Из этого следует, что проблема становления человече­ского общества является одновременно и проблемой станов­ления родового общества, что нельзя дать решения пробле­мы становления человеческого общества, не решив пробле­мы возникновения рода, не раскрыв диалектику превраще­ния первобытного стада в родовую коммуну. Так как необ­ходимейшим и существеннейшим признаком рода является

экзогамия, то конкретное решение проблемы социогенеза неизбежно включает в себя решение вопроса о происхожде­нии экзогамии.

Если процесс становления человеческого общества за­вершается возникновением рода, то процесс формирования человека завершается возникновением человека современно­го физического типа — Homo sapiens. Так как становление человека и общества является двумя сторонами одного про­цесса, то из этого следует, что возникновение рода и неоан­тропа также является двумя сторонами одного процесса, что действие одних и тех же факторов привело к возникновению рода и современного человека, что невозможно поэтому ре­шить проблему возникновения экзогамии и рода, не разре­шив вопрос о происхождении Homo sapiens, и, обратно, ре­шение проблемы возникновения человека современного ти­па немыслимо без разрешения вопроса о возникновении эк­зогамии и рода.

Подводя итоги всему изложенному выше, можно κopoι- ко сказать, что дать конкретное решение проблемы возник­новения человеческого общества — это значит раскрыть за­кономерности и движущие силы процесса становления чело­века и общества, дать решение проблемы возникновения эк­зогамии и рода и проблемы происхождения нсоан грона.

Такая постановка вопроса делает необходимым хотя бы самый краткий обзор современного состояния вопроса о до­родовом человеческом коллективе (первобытном стаде), во­проса о происхождении экзогамии и рода, проблемы дви­жущих сил и закономерностей становления человека и свя­занного с ней вопроса о происхождении Homo sapiens.

<< | >>
Источник: Семенов Ю.И.. Как возникло человечество. — Изд. 2-е, с нов. пре- дисл. и прилож. —М.: Гос. публ. ист. б-ка России,2002. — 790 с.. 2002

Еще по теме Постановка проблемы становлення человеческого общества:

  1. 2.2. Становление человеческого общества, возникновение присваивающего хозяйства (3–5 млн лет до н.э. – V–IV тыс-е до н. э.)
  2. ПОЛИС И ГОРОД: К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ
  3. АЛЕКСАНДР МАКЕДОНСКИЙ И ПОЛИСЫ МАЛОЙ АЗИИ (К постановке проблемы,)
  4. (3) Проблемы этногенеза восточных славян. Основные этапы становления государственности.
  5. (12) Становление индустриального общества в России: общее и особенное.
  6. ПЕРЕСЕЛЕНИЯ КЕЛЬТОВ (К ВОПРОСУ О РОЛИ МИГРАЦИИ И ВОИН В СТАНОВЛЕНИИ РАННЕКЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА)
  7. К ПРОБЛЕМЕ ГОРОДА И ГОСУДАРСТВА В РАННЕКЛАССОВОМ 11 ФЕОДАЛЬНОМ ОБЩЕСТВЕ
  8. ГЛАВА III ПИРЕНЕЙСКИЙ ПОЛУОСТРОВ В ЭПОХУ СТАНОВЛЕНИЯ РАННЕКЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА И ГОСУДАРСТВА
  9. Проблема становления Ольвии как города и полиса относится к числу важнейших и еще не решенных в науке вопросов.
  10. Человеческие жертвоприношения
  11. НОВОКУМАКСКИЙ КОМПЛЕКС И ПРОБЛЕМА ЭТНИЧЕСКОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ И СОЦИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ АНДРОНОВСКОГО ОБЩЕСТВА
  12. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ РАННЕКЛАССОВЫХ ОБЩЕСТВ (город и государство). Под редакцией Г. Л. Курбатова, Э. Д. Фролова, И. Я. Фроянова. Издательство Ленинградского университета, 1986г., 1986