<<
>>

Проблема возникновения труда

Человек и человеческое общество возникли в процессе трудовой деятельности. Естественно, что решение проблемы становления человека и общества немыслимо без обращения к вопросу о возникновении и развитии труда.

Последний вопрос был подробно рассмотрен нами в работе „Возникно­вение и основные этапы развития труда (в связи с проблемой становления человеческого общества)" (1956а) и целом ряде примыкающих к ней публикаций (19566, 1958а, І9586, 1958r). Это освобождает нас от необходимости подробного рассмотрения проблемы возникновения и развития труда во всем ее объеме в настоящей работе и позволяет сосредото­читься лишь на тех ее моментах, которые прямо нужны для понимания процесса превращения зоологического объеди­нения в человеческое общество. В то же время это делает необходимым изложение основных положений по вопросу о возникновении и развитии труда, содержащихся в указанных выше работах.

Коротко они сводятся к следующему:

Обезьяны вообще, человекообразные в частности, яв­ляются высшими представителями животного мира. У обезьян высшая нервная деятельность животных достигает своею последнего, третьего этапа развития, характеризую­щегося появлением исследовательской тенденции и иссле­довательской (чистокорковой) деятельности — стремления и способности животного к многообразным действиям с пред­метами внешнего мира, не имеющими для него непосредст­венного биологического значения (Ю.Семенов, 1956а, с. 145 — 172; 1958а, с.31—59). Закономерным и неизбежным следствием высокого развития исследовательской деятель­

ности является возникновение у человекообразных обезьян (и не только человекообразных) отдельных, случайных актов использования естественных предметов для овладения объ­ектами потребностей (1956а, с. 150 — 162; 1958а, с.55 — 59). Многочисленные примеры такого рода актов приведены в трудах ученых, занимавшихся изучением поведения обезьян (Ладыгина-Котс, 1928, 1935, 1958, 1959; Келер, 1930; Войто- нис, 1936, 1940, 1948, 1949; Вацуро, 1947, 1948; Г.Рогинс- кий, 1948, 1955; Протопопов, 1950; Хильченко, 1953; Фабри, 1958; Новоселова, 1960; Yerkes, 1943; Kohler, 1948).

Анализ акта использования обезьяной естественного предмета для овладения объектом потребности (например, использования палки для доставания плода) убеждает, что в данном случае мы имеем дело с актом труда, но труда не человеческого, а животного, дочеловеческого. „Простые мо­менты процесса труда, — писал К.Маркс (Соч., ι.23, I, с. 189—190), — следующие: целесообразная деятельность, или самый труд, предмет труда и средства труда.

Земля (с экономической точки зрения к ней относится и вода), первоначально снабжающая человека пищей, готовы­ми средствами жизни, существует без всякого содействия с его стороны как всеобщий предмет человеческого труда. Все предметы, которые труду остается лишь вырвать из их непо­средственной связи с землей, суть данные природой предме­ты труда... Средство труда есть вещь или комплекс вещей, которые рабочий помещает между собою и предметом труда и которые служат для него в качестве проводника его воз­действий на этот предмет. Он пользуется механическими, физическими, химическими свойствами вещей для того, чтобы в соответствии со своей целью заставить их действо­вать в качестве орудия его власти. Предмет, которым рабо­чий овладевает непосредственно, — мы оставляем в стороне захват готовых жизненных средств, напр., плодов, причем только органы тела рабочего и служат средствами труда,— есть не предмет труда, а средство труда. Таким путем пред­мет, данный самой природой, становится органом его дея­тельности, органом, который он присоединяет к органам своего тела, удлиняя таким образом, вопреки Библии, есте­ственные размеры последнего".

В случае использования обезьяной палки для достава­ния плода палка в руках обезьяны есть вещь, которую она помещает между собой и другим природным объектом и ко­торая служит в качестве проводника ее воздействия на этот предмет. Палка — предмет, данный природой, — является органом деятельности обезьяны, органом, который она при­соединяет к органам своего тела, удлиняя таким образом ес­тественные размеры последнего.

Предмет, которым обезьяна овладевает непосредственно, палка, не является готовым жизненным средством, она функционирует в данном случае как средство труда, является не чем иным, как средством труда. Объект, который обезьяна при помощи средства труда вырывает из его непосредственной связи с землей, в данном случае плод, является предметом труда. Два момента труда здесь налицо. Из этого следует, что акт использования одно­го природного предмета (средства труда) для овладения дру­гим предметом (предметом труда) является не чем иным, как актом труда.

Однако нельзя не видеть, что трудовой акт обезьяны не отвечает полностью данному К.Марксом определению тру­да. Трудовой акт обезьяны, как и все ее действия, как и все поведение любого животного, является деятельностью не целесообразной, а рефлекторной. Действие обезьяны есть акт труда, но труда не человеческого, не целесообразного, а животного, рефлекторного. Являясь актом животного, реф­лекторного, инстинктивного (в смысле несознательного) труда, действие обезьяны не подходит полностью под опре­деление К.Маркса, ибо последний, не затрагивая, как он сам предупреждает, в данном месте „первых животнообразиых инстинктивных форм труда“ (с. 185), дает определение не труда вообще, а труда лишь „в такой форме, в которой он составляет исключительное достояние человека" (с. 185).

Необходимыми моментами всякого труда являются дея­тельность, или самый труд, средство труда и предмет труда. Это то общее, что позволяет как животный, так и человече­ский труд как труд противопоставить всем остальным фор­мам внешней деятельности. В то же время животный и чело­веческий труд качественно отличаются друг от друга. В про­цессе человеческого труда при помощи средства труда под­

вергается заранее намеченному изменению предмет труда. В конце процесса труда получается предмет, отличный от предмета труда. Результат процесса труда, существуя к его началу в голове работника, т.е. идеально, как цель, опреде­ляет течение процесса труда и его результат.

В конце про­цесса труда начинает существовать объективно то, что к на­чалу его существовало только в голове работника. Человече­ский труд есть целесообразная, сознательная деятельность по преобразованию природы. Акт человеческого труда есть акт производства. Процесс животного труда, как и вся внеш­няя деятельность животного, является деятельностью реф­лекторной и, как всякая рефлекторная деятельность, может направляться лишь такими явлениями, которые существуют объективно к началу процесса труда. Из этого следует, что результат животного труда, чтобы определить процесс тру­да, должен существовать объективно к его началу, или, иными словами, продукт животного труда не должен отли­чаться от предмета труда.

Таким образом, если в процессе человеческою труда получается то, что существовало в его начале лить идеаль­но, то в конце процесса животного труда должно получиться то же, что существовало к его началу реально Если акг че­ловеческого труда есть акт производства, то акт животного труда есть акт присвоения готовых, доставляемых природой продуктов. Если человеческий труд есть сознательное, целе­направленное преобразование природы, то животный — рефлекторное по своему механизму приспособление к среде. Животный труд по самой своей природе предполагает не изготовленные, а готовые средства труда. Если труд вообще начинается с использования готовых, данных природой средств труда, то человеческий труд начинается с сознатель­ного (пусть в самой зачаточной степени) изготовления ору­дий. Сущность различия между трудом животным и челове­ческим заключается в том, что первый есть условно- рефлекторная по своему механизму деятельность по при­своению предметов природы при помощи естественных, природных средств труда, есть приспособление к среде, а второй — сознательная деятельность по изменению предме­тов природы при помощи предварительно подвергнутых об­

работке орудий труда, есть целенаправленное преобразова­ние природы, производства. Только человеческий труд явля­ется трудом в полном и точном смысле этого слова.

Что же касается животного труда, то он является трудом и не явля­ется им, это труд, но труд не в полном смысле этого слова.

Говорить о существовании животного, рефлекторного труда у обезьян нет оснований. У них встречаются лишь от­дельные, спорадические, случайные акты животного труда, не имеющие сколько-нибудь существенного значения в при­способлении этих животных к среде. Несомненно, что от­дельные спорадические акты животного труда были прису­щи. далеким предкам человека — крупным антропоидам миоцена. На последней стадии развития высшей нервной деятельности животных необходимо возникает возможность животного труда, выражающаяся в появлении отдельных рефлекторно-трудовых актов. Эта возможность преврати­лась в действительность, когда в результате имевшего место в миоцене биологического процветания крупных человеко­образных обезьян начался переход наиболее высокооргани­зованных из них на землю. Физическую слабость, недоста­ток естественного вооружения антропоиды, принадлежав­шие к наиболее развитой из всех пород обезьян, переходив­ших на землю, стали восполнять использованием для защи­ты от хищников тех предметов, которыми они манипулиро­вали раньше и которые они использовали в отдельных слу­чаях в качестве средств труда. Постепенно рефлекторно­трудовые акты из случайности стали правилом, а с перехо­дом к охоте на крупных животных превратились в необхо­димость. На смену отдельным случайным рефлекторно­трудовым актам, биологическое значение которых ничтож­но, пришел животный труд, являющийся необходимым ус­ловием существования.

Возникновение животного труда имело своим следстви­ем превращение крупных человекообразных обезьян, разви­тие которых пошло в этом направлении, в прямоходящие существа, обладающие свободными верхними конечностя­ми. Существа, основным видом деятельности которых был рефлекторный труд, были не людьми, а животными, но та­кими, которые сделали первый шаг к человеку, встали на

путь, ведущий к человеку. Этим они качественно отличались от всех обезьян, не исключая и человекообразных.

Для их обозначения нами был предложен термин „предлюди“ (пре­гоминиды, проантропы) (1956а, с. 177; 1958r, с. 121). К числу предлюдей должны быть отнесены южноафриканские авст­ралопитеки[XXXVIII]. Рефлекторный труд является основным видом деятельности предлюдей, присущ только им. Поэтому его можно именовать предчеловеческим трудом.

Эпоха существования и развития предчеловеческого труда и предлюдей является периодом подготовки условий для становления человека и общества. Развитие предчелове­ческого труда закономерно подготовляет и на определенном этапе требует перехода от использования готовых средств труда к их изготовлению, что в свою очередь делает необхо­димым освобождение труда от рефлекторной формы, воз­никновение человеческого труда. На смену этапу предчело­веческого труда приходит период освобождения труда от животной, рефлекторной формы, период становления чело­веческого труда, становления производства. Этот период является эпохой социогенеза и антропогенеза. На грани ран­него и позднего палеолита труд окончательно освобождается от животной формы, становится подлинно человеческим трудом. Начинается третий этап развития труда — развитие труда в его исключительно человеческой форме. Завершение

процесса освобождения труда от животной, рефлекторной формы есть вместе с тем завершение процесса антропогенеза и социогенеза.

Сходные в ряде положений взгляды мы находим в ста­тье О Н Бадера, А.Я.Брюсова, С.В.Киселева и А А.Фор- мозова „Некоторые вопросы возникновения человеческого общества“ (1957), в работах А.П.Окладникова „Становление человека и общества[XXXIX] (1958а) и П.Ф.Протасени „Происхож­дение сознания11(1959), в которых систематическое исполь­зование естественных орудий австралопитеками характери­зуется как животный труд.

Положение о существовании, кроме человеческого тру­да, труда животного, дочеловеческого, инстинктивного мы находим также в работах Б.Ф.Поршнева (1955b, 1957, 1958а), однако взгляды последнего на животный труд расхо­дятся с изложенными выше. Б.Ф.І Іоршнев отказывается при­знать систематическое использование готовых предметов природы для овладения объектами потребностей, имевшее место у австралопитеков, трудом, даже животным, дочело- веческим. Как животный, инстинктивный труд он рассмат­ривает деятельность пауков, муравьев, бобров, а также пите­кантропов, синантропов и ранних неандертальцев (1955в, 1958а, с.147—154). Взгляды Б.Ф.Поршнева на животный труд нам представляются неверными. То, что он именует животным, инстинктивным трудом, либо совсем трудом не является (деятельность муравьев, бобров и т.п.), либо не яв­ляется животным трудом (деятельность ранних гоминид)[XL],

2.

<< | >>
Источник: Семенов Ю.И.. Как возникло человечество. — Изд. 2-е, с нов. пре- дисл. и прилож. —М.: Гос. публ. ист. б-ка России,2002. — 790 с.. 2002

Еще по теме Проблема возникновения труда:

  1. Часть 4 ПРОБЛЕМА ВОЗНИКНОВЕНИЯ ГОРОДОВ НА РУСИ ПО МАТЕРИАЛАМ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ АРХЕОЛОГИИ
  2. 50. Локальные национальные и религиозные конфликты на постсоветской основе, в том числе и РФ, в 90-е годы ХХ в. Назовите критерии, по которым вы классифицируете перечисленные конфликты. Какие причины привели к их возникновению. Можно ли считать проблемы Ольстера в Великобритании, Басков в Испании, Квебека в Канаде и пр. схожими с проблемами на территории СНГ. Ответ аргументируйте.
  3. Лекция 1: Возникновение земледелия, скотоводства и ремесла. Общие черты первого периода Истории Древнего Мира и проблема путей развития.
  4. Хозяйственная жизнь и орудия труда
  5. Древнейшие орудия труда
  6. § 2. Первое крупное общественное разделение труда.
  7. Общая характеристика орудий труда верхнего палеолита
  8. Первое великое обществленное разделение труда
  9. § 4. Второе крупное общественное разделение труда.
  10. О РЕНТАБЕЛЬНОСТИ ТРУДА РАБОВ В ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОМ ЕГИПТЕ*
  11. Каменные и медные орудия труда. Ремесла раннего царства
  12. № 33. ПЕРВОЕ МАССОВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ ТРУДА РАБОВ НА ОСТРОВЕ ХИОСЕ